Повелитель Огня
Шрифт:
— Подождите!
Лейрус передал свой новозажжённый факел Зихию, сам взял догорающую деревяшку от старого и, вытянув её перед собой, протянул над ней открытую ладонь. Чахлые язычки пламени, готовящиеся было умереть на обугливающемся куске дерева, стали ярче, приобрели ярко-жёлтый оттенок и начали увеличиваться. Затем они, будто ожившие, стали по одному спрыгивать с раскалившейся палки — один, два, три, четыре… десять, одиннадцать… двадцать семь… сорок четыре… На шестьдесят втором Зихий сбился со счёту. Когда Лейрус отшвырнул от себя жалкий уголёк, бывший когда-то факелом, вокруг Нерождённого медленно кружились несколько десятков огненных шаров сочного оранжево-жёлтого цвета с рваными синеватыми краями. Лейрус слегка шевельнул пальцами и шары, заметавшись, выстроились в линию за его спиной; один из шаров быстро переместился к входу в тоннель,
— Теперь, даже если что-то произойдёт с нашим проводником, мы по этим огням, которые я буду оставлять через промежутки пути, сможем выйти в этот зал из любого лабиринта. А дальше дорога наверх несложная, — пояснил свои действия Лейрус.
— Здорово придумано! — восхитился Зихий.
— Да уж, умно, — медленно произнёс Тоф, с опаской поглядывая на мигающие языки огня, выстроившиеся позади Лейруса. — Ну что, теперь идём?
— Да. Здесь достаточно места, чтобы мы шли не друг за другом, а рядом, плечо в плечо. Так и двинемся, — решил Нерождённый.
Ступени длились недолго, за ними начался идущий прямо тоннель. Здесь густой опасной жидкости было совсем мало, тем не менее снимать с ног пузыри и идти по тонкому слою чавкающей грязи никто не решился, да и Тоф не посоветовал. То и дело путники оказывались на развилках, на которых предстояло выбирать из двух либо трёх каналов одинакового размера. Однако на этих распутьях почти не задерживались — Тоф двигался уверенно, ни разу не засомневавшись в правильности выбранного им направления. Каждый раз, когда сворачивали в новый проход, по неслышному приказанию Лейруса один из следовавших за ним огней поднимался к потолку и останавливался, служа отлично видимым маяком в этом лишённым света лабиринте. За какие-то полчаса с небольшим от длинной огненной шеренги Лейруса, насчитывавшей в начале более полусотни языков пламени, осталось менее десятка шаров. Зеникс столь непоколебимо верил во всё, что делает Нерождённый, что ни тени тревоги не было на его будто каменном лице: а вот Зихий, часто оглядывающийся на редеющую цепь огней, засомневался, хватит ли их для обозначения обратной дороги и уже хотел было скромно посоветовать Лейрусу «налепить» ещё огненных «снежков», как впереди показалась очередная развилка из двух расходящихся в разные стороны тоннелей, один из которых был освещён прикреплёнными к внутренним стенам светильниками.
— Это — вход в помещение для встреч Гиротса с его приближенными и гостями. Мы называем его «гнездо», — указывая на светящийся коридор, уставшим голосом произнёс Тоф.
— Этот проход не охраняют? — удивился Лейрус.
— Да нет, здесь должна быть охрана. Сам удивлён. Хотя…
В тёмном тоннеле, соседствующем с проходом в «гнездо», показались отблески света.
— Быстро тушите огни! — скомандовал Лейрус, резким движением ладони заставив исчезнуть ещё остававшиеся пылающие шары. — Зеникс, подтяни за верёвку Тофа поближе к себе. И знаешь что, — уже шёпотом сказал проводнику Нерождённый. — Вздумаешь хотя бы попытаться дать знать своим товарищам, что здесь кто-то есть, сильно пожалеешь.
Все факелы были потушены, Зеникс очень ласково стальной рукой приобнял Тофа, и все притаились. Свет из тёмного канала становился всё ярче, пока из него не показались двое вооружённых длинными тонкими мечами молодых мужчин с факелами в руках. Они подошли к началу озарённого светильниками коридора и встали прямо перед входом в него. Тот, что стоял справа, среднего роста крепкий безбородый и с рыжими волосами, ухмыльнулся и громко выругался:
— Проклятье, целый рой диких ос ему в глотку! Сейчас явится сюда, начнёт требовать, чтобы пропустили его к Хозяину. Терпеть его не могу, этого Фаида.
— Ты потише, не кричи, — посоветовал ему его товарищ. — А то услышит. А Фаид человек опасный.
— Ха, он ничего не посмеет сделать, мы люди Хозяина. А он, пусть и точит зубы для того, чтобы когда-нибудь стать здесь главным, да пока его зубы для этого слишком короткие да тупые!
— Это верно, — согласился второй. — Кстати, Хозяин сейчас в «гнезде»?
— Не знаю. Вроде был там, со своими немыми.
Из тёмного тоннеля послышался шум, на стенах запрыгали блики от горящего факела и спустя несколько мгновений из него показался высокий чернобородый детина с наполовину
— Эй, вы! Мне нужно видеть Хозяина! — выталкивая из себя слова, словно выплёвывая их, чернобородый вертел свободной рукой длинную золотую цепь с каким-то расширением на конце.
— Хозяин сам решает, кого и когда ему хочется видеть, а кого не хочется, — с вызовом ответил ему рыжий охранник. — Тебя, Фаид, ему сейчас не хочется видеть.
— Мне нужно его видеть немедленно!
— Что тебе нужно, нас не касается. А дальше ты не пройдёшь.
Лицо Фаида перекосилось, казалось, он вот-вот бросится на стражу «гнезда» (даже сами охранники подумали об этом и подняли мечи). Но он сдержался — лишь громко отчётливо зарычав и с бешенством швырнув золотую цепь в темноту, в сторону, где прятались Лейрус и его спутники. Цепь, судя по звуку (здесь влаги вообще не было, так что звук падения на камни был прекрасно слышен), упала недалеко от притаившихся. Фаид даже не взглянул, куда он забросил цепь, круто развернулся и широкими шагами скрылся в тёмном тоннеле, грязно ругаясь. Зато рыжий охранник внимательно проследил, в какую сторону полетела драгоценная вещь. Когда звуки брани Фаида стихли, он процедил напарнику:
— Я сейчас вернусь, постой здесь.
— Куда ты? А-а-а, хочешь золотую цепь Фаида прикарманить? Ха-ха-ха, у тебя губа не дура, парень! Чур, делим пополам!
— Договорились.
Рыжий двинулся в сторону замерших на месте путешественников по подземелью, то и дело останавливаясь и освещая факелом каменный пол. Зихий напрягся и едва не вскрикнул, когда почувствовал на плече чью-то руку и услышал еле различимый шёпот Лейруса:
— Как услышишь щелчок, стреляй в дальнего охранника.
Зихий зачем-то кивнул (всё равно его движения не было видно в кромешной темноте) и медленно достал из-за спины лук и стрелу. Бесшумно выпрямившись, он положил стрелу на тетиву и резким быстрым движением натянул лук. Прицелившись, Зихй ждал условного сигнала. Рыжий подходил всё ближе, вот уже свет от его факела облизал камень, рядом с которым сидели Зеникс и Тоф. Рыжий крутился на одном месте, поворачиваясь из стороны в сторону в попытках рассмотреть, где же находится цепь Фаида. Вот он радостно воскликнул — Нашёл! — и бросился к стене. В то же мгновение Древославный услышал негромкий отчётливый щелчок и разжал начавшие уже подрагивать от напряжения пальцы. Стрела пролетела над пригнувшимся Лейрусом, выскочившим из темноты вслед направлявшемуся к поблёскивающей в свете факела золотой цепи рыжему. Зихий попал второму стражнику, который, увидев появившегося Нерождённого, уже открыл рот, чтобы предупредить ничего не подозревающего напарника, точно в середину горла. Охранник вместо крика издал тихий стон, ухватился руками за торчавшую из шеи стрелу и выдернул её. Рыжий, услыхав какие-то звуки, обернулся в сторону упавшего на колени товарища, и, увидев его, даже не успел сообразить, в чём дело, как Лейрус взмахом меча отсёк ему голову, укатившуюся во мрак. Факелы обоих бандитов упали на пол, из-за чего Лейрус, его товарищи и Тоф потеряли охранников из вида. Воцарилась тишина, которую нарушал хрип умирающего стражника. Лейрус подобрал факел рыжего и лежащую рядом золотую цепь и двинулся к коридору в «гнездо». Подойдя к нему, он осветил лежащего в луже крови затихшего бандита и взмахом руки подозвал к себе спутников. Те подошли к нему.
— Тоф, куда ведёт этот тёмный проход?
— Он поднимается наверх и выходит на широкую галерею.
— Там, наверное, стоит охрана?
— Да, там находится около двадцати человек.
— И они никого не пропускают далее вооруженным…
— Да, так и есть. Откуда ты знаешь?
— Фаид был без оружия, а, судя по всему, он не тот человек, который выходит из дома, не запасшись чем-нибудь этаким. Как часто меняются часовые возле «гнезда»?
— Я точно не знаю…
— А если подумать? — грозно спросил Зеникс, сжимая свою громадную руку вокруг шеи Тофа.
— От… пусти… Я ска… жу… Они меняются два раза в день.
— Два раза в день — это значит одна пара стоит день, другая — ночь?
— Да.
— Скорее всего, эти двое, — Лейрус махнул в сторону трупов, — только-только стали на пост. Значит, если сюда никто не явится, у нас достаточно времени. Тоф, сейчас подумай хорошо, прежде чем отвечать на мой вопрос. Если ты меня обманешь…
Лейрус приблизил к лицу Тофа факел, пламя на котором вспыхнуло с такой силой, что бандит зажмурился и инстинктивно отдёрнул голову.