Потерянный Ковчег Завета
Шрифт:
Я кое-как вытащил себя из постели и сел на диван в гостиной. Через несколько минут разговора стало ясно: утром я видел на улице именно Дауда. Он тут, оказывается, с кем-то встречался. А потом решил устроить мне приятное пробуждение. Ссутулившись и поглаживая пальцем крест, Дауд рассказывал мне, как ему неловко из-за последнего нашего разговора и его поведения на пути из Города Мертвых.
— Забудь об этом, — попросил он. — День прогоняет прочь ночное слово, — есть такая арабская поговорка.
Дауд принес обычное египетское блюдо — горячий салат из бобов, под названием «фуль мдаммас»: бобы по-дамасски. Мы поглощали фуль,
— Я слышал, ты обедал вчера в «Мена-Хаус», — заметил он. — Это место не для таких, как ты. Там живут только богатые туристы.
Я поленился выяснять, откуда он знает. Вечно у Дауда находятся какие-то надежные источники информации обо всем на свете. А сам подумал — если «Мена-Хаус» не для меня, то его-то приятель что там делал? Желая сменить тему, я рассказал Дауду про Наки и передал письмо с кучей вопросов по лексикографии. Дауд загадочно улыбнулся и убрал письмо в карман черной рубашки.
В тот день ближе к вечеру я попросил Дауда устроить для меня частный просмотр кое-каких экспонатов в Египетском музее древностей на площади Тахрир, неподалеку от восточного берега Нила. Я уже и раньше хотел посмотреть на предметы, которые соответствуют библейскому описанию Ковчега. Меня заинтересовало предположение Фрейда, что Моисей — египетский царевич, увлекшийся еретическим монотеизмом Эхнатона, и мне не терпелось изучить артефакты этого периода. Я читал, что некоторые ларцы и сундуки, найденные в гробнице Тутанхамона, очень напоминают более сложное из двух библейских описаний Ковчега. Быть может, экспонаты музея помогут мне лучше понять суть предмета, который я ищу.
— Теперь ты увидишь, что такое коптская цивилизация.
— Ты с ума сошел, Дауд. Помешался на своих коптах. Побойся Бога, это ведь музей египетских древностей!
— Одно и то же, эфенди, — упрямо сказал Дауд.
Для Дауда Египетский музей — великое хранилище истинного доисламского наследия Египта, наследия его народа. Здесь содержится, без сомнений, лучшее в мире собрание сокровищ эпохи фараонов.
Мы потихоньку обошли очередь измученных туристов, и нас провели в прохладное помещение с высокими потолками — кабинет одного из кураторов музея, где угостили крепким египетским кофе. Дауд немного поболтал со своим приятелем-куратором, который и повел нас по залам.
Сначала мы посмотрели замечательную коллекцию периода правления фараона Эхнатона (1364–1347 годы до нашей эры). В период Нового царства культ бога солнца Ра постепенно перешел в стойкий монотеизм Эхнатона. Ра был не только бог Солнца, он еще был богом вселенной, он был сама вселенная. Он создал себя из себя самого.
Ра представляли в виде диска Атона, солнечного диска, дающего жизнь и миру живых, и миру мертвых. Какое влияние, рассуждал я, оказал на Моисея монотеизм вероотступника Эхнатона? Если Фрейд прав и Моисей — не еврей, а египтянин, не сын рабов, подобранный египетской царевной, а египетский царевич, он и в самом деле мог получить свою веру в Единого Бога из египетских источников.
С такими мыслями в голове я поднимался по лестнице вслед за Даудом и его приятелем — к сокровищам Тутанхамона. Наки — не единственный, кто предположил некоторое сходство между предметами,
Среди погребальных принадлежностей находилась небольшая выложенная золотом деревянная рака, похожая на Ковчег, как его описывает Библия, но не точно такая же. Однако принцип был тот же — дерево, покрытое тонкими листами золота. Канопа — урна для внутренностей — выглядела также, и у нее даже, кажется, имелись приспособления для переноски с помощью шестов; кроме того, я увидел небольшой и очень тяжелый алебастровый ларец с лодкой, на концах которой сидели два горных козла. Рога их образовывали некое подобие арки и наводили на мысль о херувимах на крышке Ковчега. Все эти предметы Картер обнаружил рядом с погребальной камерой, в своего рода кладовой, так называемой сокровищнице.
В сокровищнице стояло множество богато украшенных сундуков, ларцов и макетов лодок; очень многие предметы походили на Ковчег, и у некоторых имелись шесты для переноски. Один из сундуков, самый роскошный, вместе с шестами почти в точности соответствовал тому, что мы читаем в библейском описании Ковчега. Еще одна впечатляющая деталь — была тут большая позолоченная канопа, в которой находился ковчег, вырезанный из цельного куска кальцита. Внутри ковчега хранились особые сосуды в прекрасно отделанных золотых саркофагах — для хранения забальзамированных внутренних органов фараона: печени, легких, желудка, кишок.
Я смотрел на все эти предметы и видел, что многие из них похожи на Ковчег, как он описан в Библии. А самый роскошный из них напоминал более сложный из двух библейских вариантов.
Еще бросились в глаза чеканные золотые изображения двух крылатых устрашающего облика женщин — на дверях и с боков раки, напомнившие мне о двух золотых херувимах, которые, согласно Библии, сидели с обеих сторон Ковчега.
Я долго разглядывал эти удивительные предметы.
Все здесь собранное было частью религиозных воззрений древнего Ближнего Востока, где боги изображались весьма своеобразно, часто в сидячей позе и с крылатыми существами по бокам.
Дня два назад я столкнулся в Оксфорде со своим старинным приятелем, Дэвидом Хокинсом, одним из ведущих ученых в области языка и культуры древних хеттов — основателей могущественной древней державы на Ближнем Востоке. Он — мой коллега по Институту изучения Востока и Африки. За кружкой пива в «Гербе короля» Дэвид объяснил, что южнее Анатолии, в современной Турции, богов было принято изображать сидящими и с крылатыми существами по бокам. То же самое относится к Вавилону и Древнему Египту. В точности как на Ковчеге.
Принципиальное различие между Ковчегом и обычными статуями богов, которым поклоняются в странах Ближнего Востока, состоит в том, что статуи ближневосточных богов обычно большие и заметные, в то время как Бог Ковчега, Яхве, вообще невидим. Существуют изображения богов ближневосточных стран, но евреям изображать Бога запрещалось. И потому между традиционными крылатыми существами — пустота. Бог — здесь, но видеть его нельзя.
— В обстановке Древнего мира, — сказал Дэвид, — такие номера проходили с трудом. Могли подумать, что это шарлатанство.