Поспорить с судьбой
Шрифт:
Понимая, что большего от барона все равно не добиться, Кира спустилась вниз, чтобы проследить за ходом уборки в обеденном зале, и буквально остолбенела, столкнувшись нос к носу с Арчибальдом Браско.
— Ты что здесь делаешь? — процедила она, автоматически опуская руку на рукоять меча.
— Здравствуй, — улыбнулся Арчибальд. — Я в гости заехал. Тебе разве отец еще не сказал, что мы помирились и живем, как подобает добрым соседям?
— Мы об этом не говорили, — холодно ответила Кира, оглядывая «доброго соседа» с ног до головы и припоминая, как он всего полгода назад всадил в нее метательный нож во время очередной битвы за замок.
— Не успели, наверное, — словно не замечая ее враждебного тона, заметил Арчибальд. — Еще скажет. Ты и Леонарда еще не видела?
— С
— А он здесь у вас живет.
— Леонард? — изумилась Кира. — У нас? И папа его пустил?
— Пустил, — Арчибальд пожал плечами и без приглашения опустился в кресло. — Хорошо попросился, вот и пустил. Твой отец вообще старик добродушный и незлопамятный, чего не скажешь о тебе.
— Какого демона забыл у нас Леонард?
— Попросил приюта, — вздохнул молодой герцог Браско. — Ушел он от нас, не захотел с нами жить. Мы там немного поскандалили, когда папашино наследство делили… Алоиз распсиховался и Сигизмунда ядовитой паутиной накрыл. Он же у нас маг, и не совсем бездарный. Леонард был так шокирован тем, что братья друг на друга руку подняли, что отказался вообще иметь с нами дело. Молодой еще, впечатлительный. Да и наследства ему никакого не светило, едва старшим хватило. Фредерик свою долю за неделю пропил и подался счастья искать. А мы с Алоизом вдвоем живем. Хотя лучше бы я с общиной троллей жил, чем с Алоизом, его змеями и прочими насекомыми. Но не прогонишь ведь, брат все-таки. Да и скучно жить одному, а жениться как-то неловко, все соседи на нас до сих пор обижены. Так-то вроде помирились, но попроси я, к примеру, у твоего папы руки Элизы — не отдаст. Не доверяют мне. Может, ты за меня пойдешь?
Кире стало смешно.
— Да иди ты, — ответила она, с усмешкой оглядывая «жениха». — Ты же меня чуть ли не вдвое старше! Сдались мне такие женихи! Поскромнее надо быть, ваша светлость.
— Ну и напрасно, — обиделся Арчибальд. — Ты сама-то, тоже, образец скромности! В зеркало на себя посмотри, ну кто тебя замуж возьмет? Или все принца ждешь, как было предсказано? Так ведь испугается принц-то.
Ответить на это что-либо столь же ядовитое Кира не успела, поскольку их перебил спустившийся сверху барон и тут же заговорил с Арчибальдом о каких-то сельскохозяйственных делах. А к ней подбежала Нора с каким-то вопросом, и пришлось идти на кухню… так и осталось без ответа хамское высказывание Арчибальда. Первым за это поплатился дворецкий, которого Кира весьма невежливо отчитала за лестницу и за ковер. Затем кухарка, которая всего лишь разбила горшок. Потом Киру одернула Элиза, поинтересовавшись, с чего это она сегодня такая злая. Кира хотела и на нее прикрикнуть, но вовремя удержалась, понимая, что ни сестра, ни кухарка, ни дворецкий не виноваты в том, что в словах Арчибальда, увы, есть некоторая логика. И разве ему понять, что она, в общем-то, и не хочет замуж, так что ей вдвойне неинтересно его сомнительное предложение? Тут вон с королем не знаешь, что делать, а этот метатель ножей туда же! Жених выискался! И ведь, что противно, свято верит в то, что сказал. Ну, ничего! Он еще поймет! Посмотреть бы на его физиономию, когда он узнает… А что, собственно, он должен узнать? Она ведь еще не решила…
И тут задетое самолюбие одноглазой баронессы взяло верх. Что бы там ни получилось впоследствии, она выйдет замуж за короля, просто назло всем этим кретинам вроде Арчибальда и того придурка, которого она спустила с лестницы, всем этим козлам, которые считают ее невестой последнего разбора, которая, по их мнению, должна радоваться самому завалящему жениху. Любит ее король или нет, это вопрос второстепенный, главное, он действительно достойный и порядочный человек, а с супружеским долгом потом разберемся. В конце концов, она и сама-то, как верно заметил бесстыжий Ольгин мистралиец…
К приезду гостей обеденный зал сверкал, насколько это было возможно, комнаты были вылизаны с максимальной тщательностью, на кухне благоухал праздничный обед, и даже кабинет старого барона носил на себе некоторые следы конструктивной деятельности. К сожалению, Кира слишком поздно зашла взглянуть на результат папиных усилий и подправить
Кира как в магическое зеркало глядела. Едва покончив с приветствиями и знакомством и услышав, что обед будет готов через полчасика, король тут же предложил:
— Господин барон, могу я с вами поговорить об одном деле так, чтобы нам никто не помешал?
И пока барон Арманди растерянно соглашался, недоумевая, какие же это дела могут быть у его величества к провинциальному барону, король деловито сообщил:
— Вот и прекрасно. Где ваш кабинет?
Кира едва удержалась, чтобы не показать папе язык в ответ на его беспомощный взгляд.
Кабинет барона Арманди больше походил не то на оружейную, не то на охотничий музей. Засмотревшись на великолепно выполненное чучело фазана, король споткнулся о какие-то деревяшки непонятного назначения, и чуть не упал, чем привел барона в неописуемое отчаяние. Старик рассыпался в извинениях, подхватил короля под локоть довел до стола, притулившегося в углу, между перекошенной подставкой для алебард и чучелом медведя. Видно было, что кабинет прибирали — весь хлам, лежавший на столе, был сдвинут на один угол и свален горкой, а все остальное пространство было чисто вытерто, и сейчас на нем красовался поднос с графином вина и несколькими кубками.
— Прошу вас, ваше величество, — сконфуженно произнес барон, усаживая короля в собственное кресло и поспешно сбрасывая какой-то хлам с резного стула. — Простите великодушно, у меня здесь беспорядок…
— Что вы, это вы меня простите, что я приехал без предупреждения, — повинился король, понимая, в какое положение поставил старика своим неожиданным визитом. — Очень вас прошу, не смущайтесь так, это не официальный визит, а частный… можно даже сказать, очень личный.
— В любом случае, это большая честь для нашего скромного жилища… — пробормотал барон и запнулся. Видимо, все эти изысканные речи давались старому воину с большим трудом. Это король заметил еще на памятном банкете, а впоследствии и на церемонии чествования. Так что Шеллар поспешил перевести разговор в более деловое русло, чтобы не мучить ни себя, ни собеседника бесполезными церемониями.
— Как поживают братья Браско? — спросил он. — Не досаждают больше?
— Что вы, — облегченно ответил барон, видимо, радуясь, что никаких возвышенных речей от него не ожидают. — Мы с ними помирились и живем, как хорошие соседи. Арчибальд — парень рассудительный и не особо жадный, в отличие от своего покойного батюшки. Вступив во владение замком, он первым делом помирился со всеми соседями… ну, с кем смог. Леонард поссорился с братьями, еще когда они делили наследство, и теперь живет у меня. Фредерик уехал. Сигизмунда убил Алоиз во время дележа, что-то они там не поделили. А сам Алоиз… я его давно не видел, он к нам не показывается. Арчибальд вздыхает и говорит, что он так и не смирился с поражением, но поделать ничего не может, вот и злится молча. А от этого и рассудком можно повредиться. Боится мой сосед однажды оказаться под одной крышей с безумным братом, а также его змеями и прочей опасной живностью. Вы же знаете, Алоиз бакалавр магии школы Змеиного Глаза. А еще Арчибальд боится, что брат какую-нибудь страшную месть удумает, и ломает голову, как его от этих вредных мыслей отвратить.
— При малейшем подозрении немедленно сообщите, — серьезно сказал король. — Не ждите, пока он кого-нибудь убьет. И Арчибальду скажите. Хоть Алоиз ему и брат, но если он действительно свихнется, Арчибальд первым пострадает.
— Постараюсь, — вздохнул барон, наполняя кубки. — Да только разве же его поймаешь? Поди пойми, простые дикие анкрусы корову сожрали или его ручные? Просто так долгоносик завелся или его работа?
— Ну, если он развлекается таким мелким вредительством, заведите статистику, — посоветовал король. — Такие вещи всегда можно вычислить. А некромантией он у вас не балуется?