Поспорить с судьбой
Шрифт:
— Так тебя же не просят советовать. Сделай, как он просил, и все.
— Ну вот! И ты туда же! А если она совета спросит?
— А ты не советуй. Пусть спрашивает у кого-нибудь, кто может отнестись к этому непредвзято. Вон, у Кантора, например.
— Ага! Или у тебя!
— Нет, у меня не надо, — засмеялся Карлсон, разворачивая конфету. — Мой совет тоже будет… предвзятым. На мой взгляд, Шеллар отличный мужик и заслуживает в этой жизни хоть немножко счастья. Да и в вашем гадючнике давно пора порядок навести, а то подраспустил вас его величество. А королева Кира быстро научит, что такое
Он потянулся за сигаретой из шкатулки, и в этот момент в дверь снова постучали. Карлсон чуть не свалился со стола, спешно спрыгнул и опять бросился в ванную, а Эльвира отодвинула засов, недоумевая, с чего бы это такой наплыв гостей именно сегодня.
— Привет, — сказала Кира. — Чего закрылась? От кого запираться во дворце?
— От доставучих мужиков и наглых подруг, — отшутилась Эльвира. — Я не тебя имею в виду, а придворных дам. С некоторыми просто невозможно общаться, а они приходят, садятся и по три часа кряду болтают не пойми о чем. Садись. Приказать подать чаю?
— Нет, спасибо. — Кира скользнула взглядом по столу и мимоходом заметила: — Что это ты столько конфет ешь? Решила наконец наплевать на фигуру и жить в свое удовольствие? Ну и правильно. Мужики того не стоят, чтобы ради их внимания так над собой издеваться.
Эльвира молча заперла дверь. Возражать было лень, хотя она и не разделяла убеждения подруги, что ограничивать себя в еде — глупость. Конечно, ей проще, она час-другой с мечом попрыгает, со своими гвардейцами побегает, и о фигуре можно не думать. Купить себе, что ли, супермодные голубые штаны и бегать по утрам по дворцовому парку, как Ольга советовала? Так ведь, стоит кому-нибудь увидеть, насмешек не оберешься…
— Опять запираешься? — насмешливо спросила Кира. — Да какой же доставучий мужик сюда сунется, когда я здесь?
— Зато подруженьки ненаглядные слетятся, как на мед, — проворчала Эльвира.
— И что? — так же насмешливо продолжила подруга. — Не откроешь? А представляешь, что про тебя подумают, если ты будешь наедине со мной запираться?
— Да пусть думают, что хотят, — рассердилась Эльвира. — Надоели! Король еще хочет, чтобы я ими командовала! Назначил старшей, а полномочий не предоставил! Теперь надо мной просто хихикают.
— Укажи ему на ошибку, — посоветовала Кира, уже совершенно серьезно. — Так же не делается. Если командир отвечает за вверенное ему подразделение, он должен иметь и соответствующие полномочия.
— Да ладно, подожду, пока женится, потом уж займусь…
Кира вздохнула и взяла из вазочки конфету.
— Что вздыхаешь? — тут же уцепилась за повод Эльвира. — До сих пор не веришь?
— Верю, — снова вздохнула отважная воительница. — Только теперь не знаю, что с ним делать.
— То есть как — не знаешь? Что хочешь, то и делай. Если он тебе не нравится — дай ему это понять и не морочь мужику голову, а то ведь он дотянет до последнего,
— Он мне нравится, — совсем тяжко вздохнула Кира, с унылым видом облокачиваясь на стол. — Потому я и не знаю, как быть.
— То есть как — не знаешь? Женитесь на здоровье и будьте счастливы.
— Он мне пока ничего подобного не предлагал.
— Конечно, если ты постоянно с каменной физиономией ходишь, как ему бедному догадаться, что он тебе нравится? Хоть бы улыбнулась, что ли! Он не решается предложить, потому что боится услышать отказ. А ты его никак не поощряешь. Не умеешь или тоже… стесняешься?
— Эх… — Кира издала очередной вздох и жалобно взглянула на подругу. — В том-то вся и беда. Если я ему начну улыбаться, он тут же и сделает мне предложение. И что я тогда буду делать? Я не знаю, что ответить!
— Не поняла, — Эльвира озадаченно села и тоже взяла конфету. — Если он тебе нравится, чего тебе еще нужно? Большой и чистой любви, как говорит Акрилла? Так вроде ты романами не увлекаешься.
— Да при чем тут романы? Я о гораздо более прозаичных вещах. Если я буду его женой, мне ведь придется с ним… спать. А это не прогулки и беседы, а кое-что совсем другое.
— А… что не так? — осторожно поинтересовалась Эльвира. — Он тебе неприятен в этом отношении, или… у тебя с этим какие-то проблемы? Надеюсь, не такие, как у Терезы?
— Нет, ну что ты. Все засранцы, которые когда-либо посягали на мою честь, упокоились, не преуспев в своих жалких стремлениях. Просто не нравится мне это дело.
— Кира, а ты хоть пробовала?
— Разумеется, пробовала, как это можно сохранить целомудрие в армии? Раз пять, причем с разными мужчинами, и пришла к выводу, что это сомнительное удовольствие, не стоящее затраченных усилий и последующих моральных убытков.
— Может, тебе просто мужики какие-то негодящие встречались? — неуверенно предположила Эльвира, озадаченная таким суждением. — Мне тоже попадались такие, что действительно, одни убытки… Но не все же время.
— И одним из самых убыточных твоих мужчин был… кто? — грустно напомнила Кира.
— Тот кретин, которого наняла мама, чтобы обучал меня тонкостям секса, — решительно ответила Эльвира, чувствуя, как наливаются краской ее щеки. Вот и влипли вы, ваше величество. Поздновато надумали извиняться, как оказалось. Верно говорит Ольга, все колебания для вас плохо заканчиваются… — А что касается короля, если ты его имела в виду… Ты же знаешь, что о нем нет двух одинаковых мнений. Если тебя так смущает именно это, раскрути его насчет переспать и посмотри сама, а потом уж решай. По крайней мере будешь точно знать.
— Переспать? — ужаснулась Кира. — Ты что, издеваешься? Это я буду приставать к королю и тащить его в постель? Как это будет выглядеть? Ведь он сочтет мою инициативу знаком согласия! А потом окажется, что мне не понравилось, и я начну ему отказывать!
— Поговори с ним откровенно и объясни свои сомнения, — посоветовала Эльвира.
— Еще лучше! «Ваше величество, вы, конечно, мужчина приятный в общении и все такое, но у меня есть подозрения, что в постели вы ни на что не годитесь, а нельзя ли это как-то проверить?» Ты как посоветуешь…