Поспорить с судьбой

Панкеева Оксана

— Хорошо, давай. — В принципе было уже не важно, куда отправляться, лишь бы слезть наконец со скалы, на которую его затащил обкуренный вождь и идеолог. Пассионарио вдохновенно взъерошил челку, воздел руки и описал ими что-то неопределенное, более напоминающее зигзаг, чем круг.

Когда серый туман рассеялся, Кантор огляделся и высыпал на голову невменяемого спутника все ругательства, какие смог вспомнить. Но это вряд ли могло чем-то помочь в данной ситуации. Они сидели на площадке Центральной башни королевского дворца в Ортане, где было значительно холоднее, чем у костра

и с нее точно так же невозможно было слезть. А горе-телепортист как раз в этот момент начал отъезжать и виснуть на плече верного телохранителя. Кантор встряхнул его, хлестнул по лицу и напомнил:

— Куда ты нас приволок? Мы на базу должны вернуться!

— Куда? Почему? Мы же собрались в гости. К Шеллару. Где мы?

— На башне, дурья твоя башка! На Мафеевой башне! Как, по-твоему, Шеллар сюда залезет?

— А мы его позовем, он прилетит.

— Да он же летать не умеет!

— Я его научу, — пообещал неисправимый оптимист Пассионарио. — У него получится.

— Телепортируйся отсюда, пока нас стража не услышала, — снова встряхнул его Кантор. — На базу, а то по шее дам.

— Маэстро, не надо по шее! — заныл шеф. — Только не пюпитром! Это не я! Они сами пришли!

— Кто?

— Девочки…

— Какие девочки?

— Ну, вот же они. Маленькие девочки в передничках. Вот, на зубцах… три, четыре, пять… восемь штук. Кантор, давай их удочерим? А потом они вырастут и станут королевами…

— А потом придет Амарго, и так нас обоих удочерит, что мало не покажется! Если ты сейчас же не вернешь нас на базу, я ему расскажу, что ты курил!

— Ну и рассказывай! Ябеда! А я тебя не возьму на бал!

— Это я тебя не возьму на бал, потому что меня пригласили, а тебя нет. Но, если будешь слушаться, возьму.

— А ты и так возьмешь. Куда ты без меня? Верхом поедешь?

— Пассионарио, приди в себя, вот небо свидетель — стукну!

— А я тебе будущее расскажу!

— Лучше прошлое.

— Могу и прошлое. Но будущее интереснее. Я тогда еще так удивился — с чего бы это… А ты ножницами — раз! Вот такенными. Чик — и готово!

— Заткнись, — устало попросил Кантор, понимая, что разговор двух сумасшедших грозит затянуться надолго. К счастью, в этот момент на башне появился Мафей и с интересом воззрился на происходящее. Кантор бросился к нему как к последней надежде.

— Мафей, — не здороваясь попросил он, — сделай что-нибудь с этим болваном!

— Сам ты болван! — откликнулся Пассионарио. — Мафей, мы пришли в гости к Шеллару. Проводи нас.

— Не слушай этого ненормального, он травой обкурился, — перебил его Кантор. — Сделай с ним что-нибудь, а то он или упадет отсюда, или улетит, или всю округу разбудит.

— А какая трава? — деловито уточнил Мафей. — Я же их знаю только по справочникам.

— Угощайся! — щедро предложил идеолог, выгребая горсточку из кармана.

— Не вздумай! — предостерег Кантор. — С двумя невменяемыми магами я не справлюсь.

— Да ты и с одним не справишься! — засмеялся шеф.

Мафей между тем внимательно исследовал траву и с очень серьезным видом поймал коллегу за ухо. Проделав с этим ухом какие-то

манипуляции под возмущенные вопли хозяина, он отпустил Пассионарио и аккуратно ткнул пациента пальцем в середину лба. Пациент без звука повалился на бок и затих.

— Теперь он поспит часок, — сказал Мафей, удовлетворенно оглядывая результаты своих действий. — И проснется уже в своем уме, но… немного в депрессии. Это пройдет. А как вы сюда попали?

— Ты же слышал, — пожал плечами Кантор. — В гости к Шеллару его понесло. Посидишь со мной, или тебе надо назад?

— Холодно здесь, — поежился Мафей. — Пойдем лучше ко мне.

— А его здесь оставим? Боязно как-то. А если с ним что случится?

— Да не должно… А куда? Может, на его скалу? Там можно костер развести.

— Там есть костер, только дров мало. Постой, он что, дал тебе ориентиры своей скалы?

— Да. А что?

— Конспиратор хренов…

— Да что тут такого? С этой скалы все равно никак не слезть, и ориентиры базы не взять. Так что, к костру?

Кантор махнул рукой.

— Давай. Хоть погреемся. Заодно расскажешь мне и про бал, на который меня приглашают, и про сны…

Глава 8

Пересечь зал — трудное и продолжительное занятие, если он полон людей и они знакомы с вами.

Р. Желязны

«Веселитесь, дамы и господа. Бал все-таки… Вам весело, вам здорово, вам нравится — что ж, веселитесь. Повод есть. Даже не один. Радуйтесь. Танцуйте. Пейте кто сколько хочет. Ведите светские беседы. Рассказывайте друг дружке анекдоты, можно даже обо мне, мне как-то все равно. Развлекайтесь. Смейтесь. Флиртуйте. Трахайтесь на здоровье, если найдете где. Только оставьте меня в покое, боги, как я ненавижу эти балы…

Веселись, дорогой кузен, не обращай внимания на восторженные взоры моих невест, которые пришли сюда вовсе не за тем, чтобы пялиться на красавца-героя, но ничего не могут с собой поделать. Не на меня же им любоваться, понятное дело. Они стараются, конечно, изо всех сил пытаются привлечь к себе мое внимание, но взоры их помимо воли все же обращаются к тебе. Извечный конфликт сознательного и подсознательного. Возможно, это смешно. Пусть смотрят. Что нам до них? Тебе они и даром не нужны, ни одна из них не затмит твою нимфу ни красотой, ни чем другим. А мне они не нужны тем более. Пусть смотрят. Не обращай внимания. Веселись. Только, ради всего святого, не напивайся.

Веселись, несравненная Азиль, прекраснейшая из женщин. Я знаю, ты обожаешь балы и всяческие мероприятия, где можно потанцевать. Тебе это в радость, так танцуй, радуйся и люби всей своей детской душой, Ты волшебное существо, не подвластное никакому злу, созданное только для радости и любви. Как жаль, что я не умею танцевать так, как твой кавалер, красавец-мистралиец, наглый, но симпатичный, и, несомненно, лучший танцор в этом зале, достойный кавалер для божественной нимфы. Жаль, что я не умею танцевать так. Или хотя бы как-нибудь, лишь бы не было смешно. А то и я бы потанцевал с тобой.