Последний враг
Шрифт:
Кончиками пальцев Аму нащупал позади себя камень и начал перетирать веревку, связывающую за спиной руки, о его выступы. Но это занятие лишь выматывало силы. Таким способом можно было пилить веревку несколько дней и порвать всего лишь одно или два волокна.
Пламя костра освещало лица воинов. Их неторопливый разговор о прелестях атумских амаун Аму слушал вполуха, но насторожился, когда беседа зашла о нем самом.
— За такого пленника нам могут и отпуск дать, — мечтательно произнес кто-то.
— Отпуск?
— Я бы выбрал отпуск, — вздохнул Онофу.
— Повтори, повтори, — сказал десятник и, не получив ответа, язвительно продолжил: — За отказ от великого поручения, во имя Отца Богов Урумана, мой юный друг, управляющий тебе даст отпуск… В каменоломни…
Командир хрипло рассмеялся, и его смех подхватили остальные.
— Иди лучше, посмотри, что делает наша добыча.
Когда Онофу подошел к Аму, тот одним движением губ выдавил:
— Помоги, Онофу… Во имя Уту.
Молодой страж бросил на пленника внимательный взгляд и громко произнес:
— Спит. Или притворяется…
— Притворяется, гаденыш. — Десятник снова рассмеялся. — Вот что, Онофу. Тебе новое поручение. Будешь его стеречь. Это великая честь. Если он попытается, слышишь, даже попытается бежать… Убью тебя прямо здесь! Приказ понял, хрисса?
— Понял, — кисло, сквозь хохот воинов, ответил Онофу.
— Не слышу, — сказал начальник.
— Понял! — чуть не плача, закричал молодой воин.
— Чего орешь? — рявкнул десятник под очередной взрыв хохота.
Аму не верил своим ушам.
Кех рассказывал, что любой уважающий себя страж не станет насмехаться над молодыми воинами, да и по кодексу такое не поощрялось. «Но эти ведут себя хуже, чем компания пиратов… Издеваются над своим же… — Неожиданно мысли Аму изменили ход. — А Онофу, пожалуй, единственный, от кого я могу ждать помощи…»
Молодой страж снова подошел к связанному. У огня продолжалось пиршество. Воины достали очередной мех с вином.
— Онофу, — прошептал пленник, — Онофу…
— Я слышу, — так же тихо ответил страж.
— Что происходит?
— Ничего…
— Почему Уруман — Великий Отец Богов? Почему я — преступник?
— Не знаю. — Онофу сел напротив узника и, воткнув мен, оперся на него. — Сам Уту сказал жрецам, кто его отец и повелитель…
— Но это… Невозможно.
— Великий Уту не обманывает.
— А жрецы?
Онофу молчал.
— И что сделал я? — прошептал пленник.
— Не знаю… Осквернял святыни на Урхе… Убил несколько жрецов… — тихим монотонным голосом произнес Онофу и обхватил голову руками.
— Болит? — спросил Аму.
Вместо ответа Онофу закрыл
— Онофу, помоги мне.
— Не могу…
Наступило молчание. Казалось, и пленник, и страж заснули. Костер догорел, вино было выпито, и воины устроились на ночлег. Тихие разговоры постепенно сменились стонами, посвистыванием и храпом.
— Онофу, ты спишь?
Страж молчал.
— Онофу, ведь Уруман не Бог… Великий Уту, Великий Усири — всегда были нашими Богами. Жрецы вас обманывают.
— Уруман — Великий Бог, — ответил Онофу все тем же тихим, монотонным голосом. — Уруман — Отец Всех Богов. Уруман…
Неожиданно темная большая фигура выросла позади стража.
«Кех?» — удивился Аму.
Но это оказался не Кех. Это был один из всадников, похожий на учителя фехтования лишь богатырской наружностью.
— Ну что, Онофу? — произнес тот.
Аму заметил, как юноша вздрогнул.
— Наконец-то мы наедине… Этот не в счет… — верзила кивнул на пленника, — так что давай, милый. Не заставляй меня сердиться… Тебе ведь нужен друг и защитник.
— Нет, — отрезал Онофу.
— Что? — Полупьяная громада нависла над ним. — Как ты разговариваешь, щенок!
— Я охраняю пленника, — твердо произнес юноша и встал на ноги.
— Пленник, — воин икнул, — не убежит… А со мной… — Он не договорил и ударил Онофу по зубам.
Тот споткнулся о связанного Аму и упал. Затем сплюнул кровь и попытался встать. Но верзила успел подойти и навалиться на него. На него и… на меч, который Онофу не выпускал из рук, а в последний момент поднял вверх острием.
— Уф, — шумно выдохнул великан.
Меч проткнул его насквозь, и лезвие торчало из-под лопатки подобно глянцевому листу паакора. Онофу выполз из-под мертвого тела.
— А-а-а… — тоненько завыл он.
— Не плачь, развяжи меня, — произнес пленник.
Онофу не слышал.
— Вытащи меч, — уже громче сказал Аму.
Страж очнулся. Стараясь не смотреть на мертвеца, он перевернул его и двумя руками вытащил меч.
— Бежим! — быстро заговорил Аму. — Они ведь убьют тебя…
Онофу разрезал веревку, связывающую руки пленника.
— Не спишь, хрисса? — вдруг донесся из противоположного угла двора голос десятника.
Онофу испуганно посмотрел на Аму.
— Онофу, я не слышу ответа!
— Да, начальник!
— Иди сюда! Ты не чесал мне пятки!
— Я охраняю пленника по вашему приказу, начальник, — ответил юноша.
— Я отменяю свой приказ, иди сюда!
— Что делать? — прошептал молодой страж.
— Иди, раз зовет.
Юноша развернулся, но Аму снова окликнул его:
— Стой! Меч вытри. И руку… Вот. — Пленник протянул подол своей рубахи и продолжил: — Видишь, Боги помогают нам. Я убегу, пока тебя нет…