Последний караван
Шрифт:
Покои наместника. Много шелка, золота и красного лака. На возвышении кушетка, застланная пестрым шелком - синим с золотом. На кушетке внушительный осанистый китаец с густыми бровями и жидкой бородкой. Это наместник.
У стены, потупясь, стоит слуга.
Входит евнух, валится на колени, восклицает:
– Ваше превосходительство!
Наместник, равнодушно:
– Ну, что у тебя?
Евнух, не поднимая головы:
– Наш человек в Пэкче прислал известие с ястребом.
Наместник, оживившись:
– Давай сюда!
Евнух
Наместник нетерпеливо разматывает рулончик, читает. Мы тоже видим эту единственную вертикальную строчку иероглифов.
"В Когурё ушел караван, с ним идут мать и сын царя. Не упустите."
Наместник:
– Хорошо. Можешь быть свободен.
Евнух, кланяясь, уходит.
Наместник, слуге:
– Генерала Вана ко мне. Немедленно.
Караван переправляется через быструю горную реку. Мокрые камни хрустят под сапогами, под лошадиными копытами, под колесами повозок. Лошадей ведут в поводу, и Тару ведет свою лошадь сам.
Лолан, дворец, покои наместника.
Входит генерал Ван, представительный мужчина лет сорока, в доспехе, со шлемом в руке.
Наместник:
– Я получил сведения из Пэкче. Тебе уже наверняка доложили.
Генерал:
– Да, ваше превосходительство.
Наместник:
– Этот караван - наш шанс решить проблему пограничных крепостей.
Генерал:
– Вы имеете в виду...
Наместник:
– Да. Но смотри, чтобы с голов старухи и мальчишки даже волос не упал.
Генерал:
– Слушаюсь, ваше превосходительство.
Кланяется, выходит.
Наместник, оставшись один:
– Сами разберут свои крепости. По кирпичику. И еще благодарить будут.
Широко улыбается.
Море. Скалы над заливом - довольно высокие. На край скалы выходят Сосоно, Тару, Юнхан, сзади за их спинами маячат Чжан и трое солдат, один из них Юнъян, другой - Чангу. Сосоно, внуку:
– Смотри, это море.
Волны бьют о подножье скалы. Пена, брызги.
Тару смотрит большими глазами, от волнения слегка пританцовывая на месте. Крупно: сапожки мальчика, из-под подошв срываются и падают вниз камушки.
Чжан:
– Молодой господин, отошли бы вы от края...
Тару не обращает внимания, он созерцает море. Никогда раньше не видел. Море большое, на гребнях волн солнечные блики.
Счастливая физиономия Тару. У него за спиной, как бы переминаясь с ноги на ногу, перемещается Юнъян, медленно приближаясь к царевичу. Шаг, еще шаг. Сапожки мальчика, камушки из-под подошв. Спина Тару. Рука Юнъяна, он сжимает и разжимает пальцы. Снова камушки из-под ног. Юнъян начинает поднимать руку, медленно, осторожно. Лицо его каменеет, в глазах решимость.
Тут Тару стремительно вытягивает руку вперед, кричит:
– Смотрите, смотрите, там
– и слегка подпрыгивает от нетерпения.
В волнах то ли что-то и правда есть, то ли мерещится. Блики.
Камушки из-под ног, подошва соскальзывает. Крик Сосоно:
– Тару, осторожно!
Чжан:
– Господин!..
Все подаются вперед, заглядывают за край обрыва.
В воду с шумом и брызгами падает человек, волны смыкаются.
Ужас на лице Сосоно.
Юнъян, на миг замешкавшийся, смотрит на свои руки с выражением недоумения - как так, я же только собирался толкнуть...
– потом кидается вперед и прыгает в море вслед за упавшим мальчиком.
Через долгое мгновение прыгает еще один человек.
Под водой. Мальчик, не сопротивляясь, погружается в глубину.
Удар об воду, изображение качается, и мы видим Юнъяна, он мощными гребками быстро приближается к тонущему. Подплывает. Хватает мальчика за плечи и с силой толкает его вниз - еще глубже, глубже, на дно. Провожает его взглядом, отталкивается от воды ногами, начинает подниматься вверх.
Снова удар об воду, снова всё качается, и в кадр стремительно вплывает Чангу, устремляется к Тару. Юнъян видит его, на лице угрюмая злоба. Разворачивается и снова ныряет.
Следующий кадр - оба охранника вместе выталкивают Тару к поверхности.
Камни на морском берегу. Чангу опускает мальчика на большой плоский камень. Тяжело дыша:
– Молодой господин, очнитесь... очнитесь, молодой господин...
Юнъян топчется рядом, вид встревоженный, но мы подозреваем, что он притворяется.
По камням, спотыкаясь и оскальзываясь, бегут люди из каравана, впереди начальник охраны, Сосоно и слуга Чжан. Добегают до Тару. Чжан причитает, Сосоно падает на колени, окликает мальчика. Начальник охраны Юнхан:
– Позвольте, госпожа.
Поворачивает Тару на бок и довольно сильно стукает его кулаком между лопаток. Тару содрогается, изо рта течет вода. Кашляет. Открывает глаза.
Чжан, вне себя от облегчения:
– Молодой господин, вы смерти моей хотите!
Сосоно:
– Замолчи. Поднимай молодого господина, его нужно переодеть и согреть.
Чжан, вполголоса продолжая причитать, взваливает царевича себе на спину.
Сосоно встает, смотрит на Чангу и Юнъяна. Говорит:
– Вечно буду благодарна.
И кланяется в пояс.
Чангу, растерянно:
– Госпожа!
Юнъян:
– Что вы, разве можно...
Сосоно выпрямляется и спешит вслед за Чжаном. Все устремляются за ней.
Юнъян мешкает, дожидается, когда все пройдут мимо него. Смотрит вслед. С досадой плюет себе под ноги.
Лагерь каравана, шатер Сосоно. В шатре под толстым одеялом лежит Тару. Рядом хлопочет слуга Чжан, утирает мальчику лоб влажной тряпицей. Тару порывается сесть. Чжан, сурово:
– Даже и не думайте, молодой господин.