После полуночи

Джоансен Айрис

– Конечно. Это твоя собственная игра.

Сет закрыл за собой дверь и быстро прошел к взятой напрокат машине. Глупо было с его стороны приезжать сюда. Кому, как не ему, знать, что Ной не потерши ничьего вмешательства. Что он сам себе голова.

Теперь Ной знает все как есть. Остальное его дело.

Что с того, что должок остался и что Ной его друг. Он отвечает сам за себя и за свои поступки. Ной идет на это сознательно. Это его личное дело. Если ему нравится балансировать на краю пропасти – кто в состоянии запретить это? Никто.

Сет

посмотрел на часы. Полчетвертого. Сегодня вечером он улетит отсюда. Руки его чисты. Ишмару его не касается.

Счастливо оставаться, Кейт Денби!

* * *

Вечерние лучи солнца, падающие сквозь ветви деревьев, прокладывали путь, по которому Ишмару осторожно пробирался вперед. Он любил такие мотели, стоящие на открытом месте. Ему казалось, что именно здесь удобнее всего обдумать предстоящее убийство.

Он побежал быстрее. Сердце его забилось сильнее, но не от усталости, а от предвкушения наслаждения.

Теперь Ишмару летел как стрела, выпущенная из лука. И ничто не могло остановить его.

Потому что им двигала воля воина и бойца.

Но воин не должен подчиняться указаниям таких глупцов, как Огден. Способ убийства должен был прийти как результат наития, а не холодного расчета. Прошлую ночь он долго лежал, не в силах заснуть, обдумывая, как подготовить нынешнее убийство. И отчего-то тревога все больше и больше нарастала в нем.

Взлетев на вершину холма, он застыл, чтобы успокоить дыхание. Прямо перед ним раскинулся прихотливый узор, составленный крошечными домиками. Прищурив глаза, он представил, что видит дом и участок Кейт Денби. Ишмару, когда следил за Кейт, испытал особое чувство удовлетворения от того, что ее дом стоял в такой непосредственной близости от домов ее соседей. Это вызывало особенное возбуждение: проползти неслышно, как змея, и ужалить в точно намеченное место. Попасть в цель.

Но Огден не желает, чтобы эту «цель» обнаружили другие. Огден хочет спрятать концы в воду. Чтобы о содеянном никто не смог догадаться. Чтобы героический поступок был завален грязной ложью, обманом и притворством.

Так что тревога Ишмару имела под собой основания. Его безошибочный инстинкт сразу подсказал, что Кейт Денби – не обычная женщина. Она требует особого подхода. И, впрямь, похоже, что этот вызов, посланный Эмилией?.. Ему надо помедитировать и попытаться уловить знак, посланный свыше.

Опустившись на колени, он погрузил пальцы во влажную землю, прочертил полоски на лбу и на щеках, а затем расправил плечи:

– Веди меня, – прошептал он. – Очисти мой ум и сознание. Я готов услышать тебя.

Это была древняя молитва, обращенная к Великому Духу. Но Ишмару мудрее, чем воины прошлого. Он знал, что Великий Дух находится в нем самом. Он сам одновременно является тем, кто ведет к Славе и Бесславию.

Ишмару продолжал стоять на коленях, раскинув руки в сторону час… два… три…

Лучи солнца поблекли. А потом начали надвигаться сумерки.

Вот-вот должен был прийти ответ.

Без особого знака Ишмару не смог бы выполнить волю Огдена.

И вдруг он услышал смешок в кустах, справа от себя.

Радость пронзила его насквозь.

Он не двигался. Не шевельнул ни рукой, ни ногой, лишь чуть-чуть скосил глаза в сторону куста.

На него смотрела маленькая девочка. Ей было лет семь или восемь. На ней было платье в клеточку и ранец за спиной. Его счастье достигло предела, когда Ишмару увидел, что у нее были светлые волосы. Не такого пепельного цвета, как у Кейт Денби, но того соломенного оттенка, какие были у Эмилии Сантос. Это не случайность. Сила его воли, его желания привела сюда эту девочку.

Она принесла долгожданный знак. И если он примет его в расчет, значит, можно не слушать Огдена и действовать так, как ему подсказывает собственное чувство.

Медленно повернувшись, он посмотрел на маленькую девочку.

Она все еще продолжала посмеиваться:

– Ты весь перепачкался. Что ты… – Улыбка сошла с ее лица. Глаза широко распахнулись, и она невольно отступила назад.

Она почувствовала исходящую от него мощь и силу, – возбуждаясь все более и более, отметил Ишмару.

– Я не хотела вас… – прошептала она. И, повернувшись, побежала вниз по тропинке. Зря она побежала. Это было неразумно с ее стороны. Ишмару легко вскочил и бросился за ней. Ноги несли его, словно он превратился в степного волка. Теперь уже ничто не могло остановить его. Воин в боевой раскраске вышел на тропу войны.

* * *

– А ты не забыла про мой лаптоп и видеоигры? – спросил Джошуа.

– Он в багажнике. Там же, где и твоя бита, – ответила вместо Кейт Филис. – И умоляю тебя, не проси уложить туда еще какие-нибудь из твоих штучек. Чтобы захватить все и грузовика не хватит.

– Зато у вас одно на уме – одежда, – возразил Джошуа. – А зачем, например, одежда для того, чтобы спать? Можно вынуть пижаму, а вместо нее положить…

– Нет, – решительно сказала Кейт и захлопнула багажник. – А теперь ступай в дом и прими душ. Я задержусь ненадолго: только проверю шины и масло. А ты к этому времени уже должен быть в постели.

– Хорошо, – Джошуа вприпрыжку взбежал вверх по ступенькам.

– Ты видишь, как он заметно повеселел? – спросила у Кейт Филис, понижая голос и подступив к ней поближе. – Думаю, что эта поездка окажется для него благотворной.

– Надеюсь. Ты не посветишь мне? А то уже довольно темно и мне не видно.

– Конечно, – Филис взяла фонарик и направила его в сторону открытого капота, где Кейт измерительной палочкой смотрела, достаточно ли у нее масла.

– Осталась всего четверть. Надо будет завтра остановиться у первой же бензоколонки и долить, прежде чем мы тронемся в путь.

– Как ты торопишься, – невольно отметила Филис. – И как это не похоже на тебя, – прибавила она задумчиво.

– Скучная, занудная, педантичная Кейт тебе больше по душе?