Пощады не будет

Кеньон Шеррилин

Неблагодарные ублюдки.

Эш раскрыл телефон.

— Ник работает с даймонами, — произнес Итон, сразу перейдя к сути.

— Тоже рад тебя слышать, Спартанец. Не объяснишь, почему ты так думаешь?

— Потому что маленький говнюк пытался похитить Сэм из «Санктуария». Он был там во всей красе, преподнося ее нашим врагам. — Итон продолжал говорить, но Ашерон не услышал ни единого слова.

Вместо этого он видел не совсем понятные образы. Во всем этом сценарии было нечто абсолютно неправильное. Эш знал, что Ник связан кровью со Страйкером, но он боролся с этой связью…

Что-то

произошло, и тот вновь оказался в подчинении у Страйкера?

Нет. Не может быть. Ник слишком упрям. Даже Эш не мог его контролировать.

Он повесил трубку и встретил пытливый взгляд Уриана:

— Отправляйся в клуб Шаронте и не спускай глаз с Дева и Сэм. Если на нее нападут, меня не волнует, кто или что, ты защитишь ее.

— Окей. Что происходит?

— Просто сделай это. — Эш не объяснял своих действий другим. Никогда. Он на самом деле понятия не имел, зачем Страйкеру нужна Сэм, но какой бы ни была причина, это должно быть нечто жестокое. Тот не делал ход, не имея четко поставленной цели. И раз действия Страйкера непосредственно затрагивали Эша, он не мог увидеть, что, черт возьми, задумал этот гад.

Уриан исчез.

Эш призвал свою защитницу Шаронте, которая в данный момент располагалась на его бицепсе в виде татуировки с изображением дракона. Сими сошла с его тела, принимая человеческую форму напротив него. Она выглядела лет на девятнадцать и была лишь немного ниже его шести футов и восьми дюймов, хотя могла выбрать совершенно любой рост. Длинные черные волосы, с красной прядью спереди, были такими же, как у него, одета она была в короткую клетчатую юбку, высокие байкерские сапоги и черный кожаный корсет.

Сими ослепительно улыбнулась ему, обнажив клыки:

— Hola, [24] Акри. Мы едем в кино с Акра-Тори, Мариссой и Эн Джей? Сими хочет посмотреть на того страшного высокого зеленого мужчину, потому что он напоминает ей ее дядю…

— Еще нет. — Он не хотел прерывать ее словесный поток, но временами Сими болтала без умолку. Ему это нравилось, и обычно бывало чертовски забавно, но прямо сейчас им необходимо сосредоточиться. — Мне нужна помощь, Сим.

24

Hola — привет (исп.)

Ее глаза загорелись, и она взволновано потерла руки:

— Я должна съесть кого-то, кого ты не любишь? Можно, наконец, съесть сучку-богиню? С правильным соусом она будет вкусной! Он лишит ее мясо горечи, — сказала она, широко улыбнувшись.

Эш засмеялся и поцеловал ее в лоб.

— Не совсем. Я хочу, чтобы ты поднялась наверх и охраняла Тори вместо меня.

— Акра-Тори в порядке? — ахнула Сими. — Наш малыш ведь не пострадал?

Прежде чем рассказать Сими о беременности Тори, он боялся, что она будет ревновать, ведь в принципе была его ребенком в течение одиннадцати тысяч лет. Однако она была взволнована этим так же, как и они, и сейчас заявляла о своих правах на малыша.

— С ней все хорошо, Сими. Я просто не хочу оставлять ее одну, пока буду кое-чем заниматься. — И если кто-то был достаточно глуп,

чтобы прийти за его женой, и достаточно силен, чтобы сломать защиту, которую он возвел вокруг дома, ему бы хотелось, чтобы Сими разорвала их на куски.

Она единственная, кому он доверял свою жену.

— Скажи Тори, у меня экстренный случай, и что я скоро вернусь.

Сими с подозрением наклонила голову:

— Куда собирается Акри, что Сими не может пойти с ним?

— Наружу, Сим. А сейчас, пожалуйста, защищай ее и помни, если кто-то попытается навредить ей, надевай свои боксерские перчатки и пируй на внутренностях нападавших.

Она отсалютовала ему и исчезла.

Эш создал на себе уличную одежду — длинный черный кожаный плащ, черные джинсы и футболку — и перенесся из их скромного маленького дома в Новом Орлеане в храм Артемиды на Олимпе. Снаружи он был прекрасен. Сделан из золота, окружен лесами и природой. Но, как и Артемида, был таким же поверхностным.

Внутренности скрутило от гнева из-за того, что ему приходилось идти в то место, где некогда сучка-богиня пытала его. Ашерон ненавидел этот храм со страстью, пылающей с силой тысячи солнц. Теперь, когда он свободен от Артемиды и узнал, что значит быть с кем-то, кто на самом деле тебя любит, ему было тяжело возвращаться сюда, даже для кратковременного визита.

Он подавил одиннадцать тысяч лет горьких обид, пройдя через позолоченные двери, и резко остановился.

В храме никого не было. Даже служанок Артемиды. «О, ничего хорошего это не сулит». Он почувствовал тошноту, когда понял, что это значит.

«Ник, бедный ты сукин сын. Что же ты делаешь?»

У парня всегда присутствовали суицидальные наклонности, и Ашерон болезненно переживал то, как сильно они с Артемидой испоганили беззаботную жизнь Ника. Его пожирала вина, но с прошлым он ничего не мог поделать.

Речь шла о будущем.

— Артемида? — позвал Эш. Его глубокий голос эхом разнесся по мраморной комнате.

Она тотчас появилась перед ним. Она была безукоризненной, какой может быть только богиня, одета в свое привычное белое облегающее платье, подчеркивающее ее роскошное тело. Длинные рыжие волосы обрамляли настолько совершенное лицо, что даже смотреть на него было больно. Но века, проведенные в ее власти, лишили Эша способности ценить что-либо кроме ее отсутствия, и, выбравшись из-под ее каблука, он был действительно благодарен за это.

Артемида покусывала длинный красный ноготь на большом пальце, переминаясь с ноги на ногу. Эш издал многострадальный вздох. Судя по тому, как она нервно дергалась, дела плохи.

— Что происходит?

Прежде чем ответить, она прикусила губу и попыталась придать себе невинный вид. В чем с треском провалилась.

— Что ты имеешь в виду?

— Черт возьми, Артемида, не играй со мной в эти игры. Я устал. Где Ник?

— Какой Ник?

Зарычав, он схватил ее за руку и притянул к себе. Да, было грубее, чем необходимо, но она веками жестоко избивала его, а затем попыталась убить его жену. Ей еще повезло, что он был снисходительным богом, в противном случае…