Пощады не будет
Шрифт:
Качая головой, Сэм все еще пыталась разобраться со всем этим.
— А тыкак узнал о них?
— Они пытались съесть моего младшего брата, Кайла, но он отговорил их. Он показал им, как открыть клуб и вести дела в человеческом мире, как обычные граждане — не считая свисания с потолка. С тех пор они дружелюбны по отношению к нам… по крайней мере, большую часть времени.
— Этот город такой странный, — вздохнула Сэм.
Дев засмеялся, притягивая ее к себе:
— Да, но… нет места столь же
Правда. Чистейшая правда.
Он провел пальцем по ее губам.
— Мы должны выяснить, чего даймоны хотят от тебя.
— Ну, мы оба знаем, что не мира во всем мире.
— Определенно нет. — Дев провел линию от ее губ к уголку глаза. — Ты в курсе, что твои глаза зеленые?
— Что? — ахнула Сэм.
— Твои глаза зеленые.
Она отскочила от него и подбежала к зеркалу. Разумеется, он был прав. Не удивительно, что, касаясь пола, она не получала ничьих воспоминаний. Силы Темного Охотника ее покинули. Сам факт, что она видит себя в зеркале, свидетельствовал об этом. Чтобы оставаться незаметными во время охоты, Темные Охотники не отбрасывали отражение, пока не применяли для этого свои способности.
И прямо сейчас она была человеком. По крайней мере, на время.
— Поэтому ты вытащил меня из битвы?
Он кивнул.
Потому что знал ту же правду, что и она. В этой форме ее могли убить.
Итон Старк на сражениях собаку съел. Это помогало ему в человеческой жизни. Когда он стал Темным Охотником, эта жажда крови всегда бурлила почти на поверхности. Ничто не доставляло ему большего удовольствия, чем втаптывать врагов в грязь и смотреть, как они истекают кровью прямо под его дорогими туфлями. Вот ради чего воин в нем жил.
Все,ради чего он жил.
Его друзей можно пересчитать по пальцам одной руки, и прямо сейчас у одного из них были серьезные проблемы.
Сэм.
Она ненавидела его, он знал об этом. Но не винил ее. Он был чудовищем, и она увидела темноту, живущую внутри него. Темноту, по меньшей мере, сводившую его с ума.
Но он все равно считал Сэм своим другом. И всегда будет, какие бы чувства она к нему ни испытывала. Поэтому он готов отдать свою жизнь, чтобы ее защитить — даже если это означало вечные муки и существование настолько отвратительное, что он до скончания времен будет кричать от невыносимой агонии.
Она того стоила.
С этой мыслью в голове, он телепортировался из «Санктуария» в дом Ника на Бурбон Стрит. Этой силой он пользовался нечасто, поскольку не хотел, чтобы кто-либо знал, на что он способен. Знание — сила, и чем меньше кто-то знал о его возможностях, тем меньших ему придется убить, дабы сохранить свою тайну.
Итон материализовался у подножия резной лестницы.
— Ник! — крикнул он, поднимаясь по ней и проходя по дому в поисках того, кто предал их и поставил под угрозу жизнь Самии.
Никто не ответил.
— Ник!
Снова тишина.
Закрыв
В нем никого не было.
Должно быть, Ник все еще с даймонами, составляет против них очередной заговор. Ярость разрывала его, вскрывая раны, которые Итон каждый день старался не тревожить.
— Отлично, мелкий подонок. Лучше бы тебе не высовываться.
Рано или поздно Ник вернется, и Итон убьет его.
Дев не отводил взгляд от Сэм, которая, наконец, заснула. Несмотря на то, что она была высокой, сильным бойцом, было в ней что-то невероятно беззащитное, когда она спала.
«Почему меня так влечет к тебе?»
Все, чего он хотел, это заботиться о ее безопасности, и эту потребность он совершенно не понимал. Словно Сэм забралась ему под кожу, и просто находясь рядом с ней, он чувствовал себя более живым, чем когда-либо прежде. На самом деле требовалась вся его сила воли, чтобы не сбросить с себя одежду, лечь рядом с ней и не заключить ее в свои объятия.
Это было так на него не похоже. Обычно его более чем устраивала девушка на одну ночь, которую он отправлял восвояси как можно скорее.
Дев услышал легкий стук в дверь.
Отойдя от кровати, он открыл ее, обнаружив по другую сторону Итона.
— Мы с Чи внизу. Шаронте начинают шевелиться, чтобы подготовить клуб к открытию. Вам что-нибудь нужно, ребята?
— Нет. Спасибо.
— Ашерон сказал держать ее здесь, — сказал Итон, наклонив к нему голову, — даже если она будет протестовать.
— А она будет.
— Ага, наверное, — засмеялся Итон, начав закрывать дверь.
Дев остановил его прежде, чем он совсем ушел.
— Вы с Сэм, кажется, немного близки. Ты знаешь, как она стала Темным Охотником?
— Продала душу Артемиде, — ответил Итон с выражением лица таким же бесстрастным, как и его тон.
Дев раздраженно вздохнул, получив столь остроумный ответ:
— Итон, я серьезно.
Он посмотрел на кровать, и в его взгляде промелькнула нерешительность. Наконец, снова взглянув на Дева, Итон ответил:
— Ее предала сестра. Сэм тогда только что избрали королевой, а ее сестра хотела корону. Поэтому она заключила сделку с группой даймонов, чтобы те убили Сэм и ее ближайших родственников, исключив их из линии наследования.
Эта новость сразила его, как удар в живот. Жестокость такого поступка была непостижима. Какая сука могла сделать что-то подобное?
— Да ты шутишь.
— Я бы никогда не стал шутить о таких вещах. Думаю, поэтому Сэм владеет психометрией.
— Не понимаю, — нахмурился Дев.
Итон тяжело сглотнул и понизил голос:
— Если бы она знала, о чем думает и что замышляет ее сестра, то могла бы спасти свою семью.
Странно, но в этом был резон.
— И кого она убила? Сэм и остальных ее сестер?