Порезы
Шрифт:
– А я с радостью посмотрела бы на эту "демонстрацию".
– А как насчет того, чтобы принять в ней участие?
– Это вообще переходит верх всех мечтаний.
– Тогда пойдем в спальню?
– Какое прекрасное предложение.
Он отвел ее в спальню. Поскольку света, льющегося из прихожей было достаточно, лампу зажигать он не стал.
Он заключил ее в объятия.
Ее губы были так же ненасытны, как и раньше. Ее пальцы сдавливали и царапали его кожу. Прижавшись к нему тазом,
Он положил руку на ее свитер, скользнул под ткань и принялся ласкать одну из грудей.
Ее руки под его рубашкой были прохладными и сухими. Одна из них нащупала пояс. Ногти вцепились в ягодицы.
Он опустил свободную руку под ее юбку и задрал ту вверх.
Ни чулков, ни колготок, ничего!
Из горла Эмили Жан вырвался стон, когда он скользнул в нее своими пальцами.
Она расстегнула его ремень, раскрыла пуговицу на ширинке, и дернула молнию. А затем просунула туда руку.
Это должно было поднять его штуковину.
Но этого не произошло.
– Самое подходящее время, - прошептал он, - для возвращения Хелен.
– Она не вернется.
– Вдруг у нее прокололось колесо или случилось еще что-нибудь.
– Не волнуйся, ничего такого не случится.
– Но ведь такое уже было.
– Действительно было. Но мне кажется, что той неудачей для нас все и закончилось.
Его штаны упали. Рубашка тоже.
– Я просто ужасно боюсь, что Хелен заявится сюда и застанет нас, - сказал он.
– Я уверена, что этого не произойдет.
На глазах Лестера, она сняла с себя свитер и юбку. Высокая и стройная, она склонилась над кроватью, откинула одеяло и легла на простыни.
Лестер присоединился к ней.
Она тихонько застонала, когда он обнял ее.
Ее рука снова нащупала его пенис. Она легонько сжимала его, теребила и поглаживала. Но тот так и оставался вялым.
Она возилась с ним уже довольно долго.
Лестер отстранил губы от ее груди:
– Не понимаю, в чем дело, но...
– Не волнуйся, сладенький. Попробуй перевернуться.
– Что?
– Ну... перевернуться.
– А, окей.
– Он оседлал ее лицо, опустился на колени и принялся лизать скользкую щель между ног.
Эмили Жан извивалась под ним. Она стонала и задыхалась. Он чувствовал ее влажный рот, губы, зубы. Все это было приятно, но недостаточно.
Что за херня со мной происходит?
Он поднялся с нее.
– Извини, - сказал он, перевернувшись и ложась рядом.
– Я не знаю... Раньше такого никогда не случалось.
Она не смотрела на него. Она лежала на спине и глядела в потолок.
– Это моя вина, - пробормотала она.
– Нет! Ты здесь не при чем. Ты чертовски привлекательная женщина.
– Я намного тебя старше.
– И что
Он почувствовал, как пальцы под простыней подняли головку его члена, а затем отпустили. Но рука не ушла. Она обхватила его, окутывая своим теплом.
– Это не твоя вина, - сказал Лестер.
– Все дело во мне. Я не понимаю, что случилось. Наверное все из-за сложившихся обстоятельств. Нервы. Черт, ведь в субботу вечером я был в норме, разве не так?
– О, да...
– Она по-прежнему смотрела в потолок, но теперь уголок ее рта изогнулся в легкой улыбке.
– Даже слишком "в норме", если учесть еще и то, что ты сотворил с моим диваном.
Он обильно покраснел:
– Не могу поверить, что это произошло на глазах твоей дочери. Я имею в виду, что она все видела.
– Она не должна была возвращаться так домой.
– Но ведь она же понятия не имела, что мы...
– По крайней мере, она должна была хотя-бы рассматривать такую возможность. Почему-то я всегда стараюсь вести себя как можно осторожнее, когда знаю, что у Мэй Бет в комнате мужчина, а она так не делает.
– Ты не должна ее винить, - сказал Лестер.
Эмили Жан повернулась к нему лицом и посмотрела каким-то странным взглядом:
– Она ведь красивая юная леди, не так ли, Лестер?
– Вторая после тебя.
– Она гораздо красивее, чем я. И у нее такая великолепная фигура... такие прекрасные груди. Такие большие и упругие! В ее возрасте у меня были точно такие же. Тем-не менее, я никогда не одевалась так вызывающе, как она.
– Сейчас так одеваются все подростки. Уж не вам-ли, будучи учителем, этого не знать.
– Знаю, но совершенно этого не одобряю. Например вот эта штука, как там они ее называют... топ? Просто вызывающая вещица, особенно если девушка не носит под ней лифчика. А Мэй Бет никогда не носит лифчик.
Внезапно Лестер почувствовал, что его член начинает оживать.
– Хотя-бы в тот же субботний вечер, под этим топом Мэй Бет была абсолютно голой.
– Пальцы Эмили Жан, медленно заскользили вдоль его члена.
– Что ты...?
Она нащупала его руку и положила себе на грудь. Сосок был твердым и набухшим.
– А эти обрезанные джинсы? Как же нескромно они выглядят. Кажется, я даже видела под ними кусочек ее трусиков, а ты? Хотя, ели, конечно, они на ней были...
– Ты не должна говорить такого. Она твоя дочь.
– Закрой глаза, сладенький.
Он закрыл глаза. И почувствовал, как ведомая ей, его рука поднялась и легла на влажные волосы между ее ног.
– Разве тебе не хочется подмять ее под себя, голую и такую горячую?
– Это безумие...
– Все хорошо, дорогой.
Следуя ее позывам, он взобрался на нее сверху.