Попаданка с бабушкой
Шрифт:
– Как интересно, – потер ладошки блондин.
– Что значит из другого мира? – воскликнул вредный аристократ.
– А вы еще не в курсе? – удивился куратор, приподняв брови.- Об этом вся академия говорит. Впервые за много лет в наш мир попал обыкновенный человек.
Я опять обиделась. Любой женщине неприятно услышать, что она «обыкновенный человек». Хотя, куратор же блондин? Ладно, позволю ему тупить. Только я успокоилась, как следующий вопрос, заданный безымянным аристократом, снова вывел меня из душеного равновесия.
– Как тварь?
– Сам
– Я имел ввиду как попала, через портал? – смутился шатен.
– Нет, на самолете прилетела! – я снова села на место, кипя от возмущения. Гаденыши мелкие, никакого почтения. Как хорошо, что я не пошла в школу по специальности работать, никаких же нервов не хватит.
– Студенты, нельзя же обижать гостью из другого разумного мира, – укоризненно покачал головой мэтр. – Она ведь многое нам может рассказать. Тем более что Линария еще ребенок. А что такое самолет?
– Начнем с того, уважаемый мэтр Августинус, что по законам моего мира я уже совершеннолетняя, – я снова встала, чтобы видеть всех присутствующих и доложила: – Мне двадцать лет.
– Значит, в твоем мире люди взрослеют раньше, не в тридцать, – пришел к выводу куратор. – Рассказывай, рассказывай очень интересно.
– Извини, Линария, я не хотел тебя обидеть, – к моему большому удивлению извинился аристократ.
Я благосклонно кивнула головой. Кот Леопольд призывал жить дружно, и я с ним полностью солидарна. Особенно когда жить предстоит практически с нуля в другом мире.
– Ты тоже извини, но слово «тварь» звучит для меня как оскорбление, я просто сорвалась. Вам о мире рассказывать или о том, как я сюда попала?
Неслаженный хор голосов потребовал рассказа обо всем. Глаза у парней разгорелись, дошло, наконец, что я ценный экземпляр. Куратор подошел к свободному ряду парт и, прихватив стул, поставил его возле своего стола.
– Я думаю, всем будет удобнее, если ты сядешь здесь, – Августинус снова улыбнулся.
Что-то понравился он мне с первого взгляда. Есть такие люди, которые сразу располагают к себе. Вернув блондину улыбку, я села на предложенное место. Сложив ручки на коленях, как примерная школьница, я посмотрела на группу с другого ракурса. Запрятанная в недрах мой души училка проснулась и довольно заурчала.
– Был обычный пасмурный осенний день. Мы шли с ба… женой по городскому скверу, и ничего не предвещало беды. Случайно мы обе наступили в одну лужу, и нас накрыла тьма. Я не могла пошевельнуться, перед глазами что-то мелькало, а когда способность двигаться вернулась, вокруг была ночь. Представляете, только что был день и вдруг ночь. На небе сверкали звезды и светились непривычные две луны.
– Почему непривычные? – вопрос прозвучал из зала.
– Потому что две.
– У вас одна луна?
– Одна-одинешенька.
– А Бажена это кто?
– Моя сестра, мы обе оказались в этом мире.
– Неужели? – заинтересовался мало информированный куратор. – И где же она сейчас?
Я окинула Августинуса придирчивым взглядом. Нет, не потянет он мою бабушку,
– Она старше меня и выглядит соответственно возрасту, поэтому осталась во дворце, а со мной мэтр Симерин не знал, что делать и отправил в академию. Вроде как на адаптацию учить историю, географию и все такое.
Я посмотрела на стопку бумаги на столе и, спросив разрешения, взяла один листочек. Быстро сложив из него самолетик, я ответила куратору на его вопрос, заданный ранее.
– Представьте себе, что это огромный как эта аудитория мабезкон с крыльями и мотором. Вот здесь сидят люди, и… – я размахнулась и запустила поделку, – летят на самолете.
Бумажный самолетик плавно преодолел расстояние между мной и студентами и плюхнулся на парту, за которой сидел парень с синим лицом. К сожалению, за этой синевой мне не удалось разглядеть его эмоций. Зато остальные мальчишки проследили за полетом сияющими глазами, кажется, у студентов появится новое увлечение и непредвиденные расходы на бумагу. А моя училка принялась разглагольствовать.
– Уважаемый ректор стращал вас отчислением и позором, а если бы он догадался, как мэтр Августинус, – я посмотрела на довольно улыбнувшегося блондина (совсем не собиралась подлизываться к куратору, само получилось), – попросить меня рассказать о жизни земных студентов, то вышло бы гораздо страшнее. А теперь послушайте, как другие дети живут и сравните.
Сама я в общаге никогда не жила, а вот к иногородним подружкам в гости захаживала частенько. Комната на четверых, удобства в конце коридора, общая кухня и так далее по списку. По сути, неплохо ведь главное крыша над головой, но аякские мальчишки слушали, широко распахнув от ужаса глаза и отвесив челюсти. Словно я им про черную-черную комнату вещала зловещим шепотом, а они маленькие и им страшно. Даже Оська, привыкший к моим ужастикам, прижал руки к груди.
– Я думаю, на сегодня хватит, мэтр, потом еще что-нибудь расскажу.
– Да-да, конечно. Очень увлекательно и познавательно, – согласился куратор и поинтересовался: – А какое у тебя впечатление от комнаты в нашем общежитии?
– Я решила, что парнишка ошибся и выдал мне ключи от королевских покоев.
Августинус и студенты довольно рассмеялись.
– И меня впускать не хотела, думала, пришли выселять. Еле переубедил, – хохотнул Оська и спросил: – А старосту будем выбирать?
– Кто хочет быть старостой? – тут же поинтересовался мэтр.
Ничего себе у них тут. Я удивилась и даже немного испугалась, как бы мальчишки не передрались, но студенты опустили головы, никто не рвался в бой.
– Я вот за этого шустрого, – вдруг вырвалось у меня. А что, он тут больше всех выступал, значит, умеет командовать и руководить.
Шатен с замашками аристократа удивленно поднял бровь.
– Почему?
– Ты самый активный и умеешь убеждать. В тебе есть зачатки лидера. Кстати, ребят, давайте познакомимся что ли, а то неудобно.