Попаданка с бабушкой

Каламацкая Елена Александровна

– Санажана святая женщина! Обо мне подумала, побеспокоилась. Спасибо. Вы столько для меня…

– Ну все хватит реветь! Тоже мне подвиг, ты бы тоже так поступила, – строго прикрикнул друг и приобнял меня за плечи. – Лучше скажи, чем собираешься заниматься?

– Я хотела принять ванну, – вытирая слезы, призналась я. – Как раз уговаривала мойку не ломаться и ты постучал.

Оська расхохотался и, схватив меня за руку, потащил к двери.

– Зачем ее уговаривать? Пойдем, я тебе все покажу. Скажи, где, по-твоему, здесь

амулеты? – ввалившись в мойку, обвел руками помещение парень.

– Везде, Ось, тут все синее.

Парень опять рассмеялся.

– Оно действительно синее. Это все сделано из синь-камня, – Освальд похлопал рукой по раковине. – У него чудесное свойство – он прекрасно плавится, а когда застывает, принимает любую форму и становится очень прочным. Поэтому ты и не видишь амулетов. Вот смотри, видишь тот бачок под потолком?

– Тоже синий.

– Да, там амулет для воды и подогрева, туда не лезь, а всем остальным можешь смело пользоваться. А вон видишь, за унитазом маленькую коробочку? В ней амулет утилизации, тоже не прикасайся к ней и все будет отлично работать, поняла? – парень шутливо щелкнул меня по носу пальцем и я улыбнулась.

– А освежитель? Как им вообще пользуются?

– Открываешь крышку, закидываешь белье и поворачиваешь вот этот рычажок. Через полчаса можно доставать. Но здесь амулет расположен в опасной близости, поэтому зови меня, я все включу. Делов-то!

– Спасибо, Осенька, ты так меня выручил и успокоил. Знаешь, когда ты первый раз подошел ко мне знакомиться, я даже разговаривать не хотела. Подумала, что все равно не увижу тебя больше никогда, – честно призналась я.

– А судьба распорядилась по-другому? – состроил хитрую рожицу парень.

– Судьба нас связала. Знаешь, у меня никогда не было ни отца, ни брата. А ты за эти несколько дней стал мне настоящим братом.

– Я всегда мечтал иметь сестру! – воскликнул Освальд, – Только младшую, а не старшую, но ничего и так сойдет.

– Ах ты, паразит, – я шутливо стукнула парня полотенцем, которое держала в руках.

– Подожди, а как это не было отца? Как такое может быть?

– В моем мире миллионы женщин воспитывают детей одни и миллионы мужчин скрываются от алиментов. Вот так!

– Что такое алименты?

– Денежная компенсация, ну если сами не воспитывают, то должны выплачивать деньги на расходы для ребенка.

– А они не платят?

– Нет, прячутся, как последние жалкие трусы! Вот и мой сбежал еще до моего рождения.

Парень удивленно округлил глаза и потерял дар речи. По его выражению лица и сжатым кулакам было понятно, что в этом мире таких отцов уничтожали бы как тварей. При чем как самых злобных и опасных.

– Ну все, я собираюсь ближайший час посвятить этой шикарной ванне, – я снова стукнула друга полотенцем, – Давай-давай, проваливай отсюда.

Оська послушно пошел к двери, но на пороге остановился и сказал, показывая пальцем вверх:

– Моя

комната находится прямо над твоей, если что стучи, услышу.

Я задрала голову к высокому потолку, соображая, чем это я смогу в него стукнуть и вопросительно посмотрела на парня, сделав брови домиком.

– Ну или кричи, – развел руками мой защитник и вышел из комнаты бормоча себе под нос: – Миллионы козлов…

Я блаженствовала. В стопке принесенных парнем вещей обнаружился мешочек с мылом шампунем и другими прелестями личной гигиены. От души поблагодарив добрую и предусмотрительную Санажану, я наполнила ванну водой и больше часа отмокала и наслаждалась.

Вышла из мойки вся расслабленная и жутко довольная. На мне был знакомый халат, именно его я надевала в Улесье. Переполненная благодарностью к чужой, по сути, женщине, которая в этом мире сделала для меня больше чем родная бабушка, решила убрать лишние вещи в шкаф. Распахнув дверцу, я с радостью обнаружила два комплекта постельного белья, благоухающих чистотой. Непроизвольно взвизгнув, как маленькая девочка, исполнила танец туземцев из племени умба-юмба и побежала застилать постель.

В дверь снова постучали. Не выселюсь. Ни за что! Я буду жаловаться королю! Королеве! Вастальдиону восьмому, уж он точно отрубит голову.

– Линария, это я, – послышался из-за двери Оськин голос.

– Опять ты? – на этот раз я встретила парня более любезно.

– А ты опять кого-то другого ждала? – съехидничал Освальд. – Я тут о ней беспокоюсь, понимаешь, ужин принес, а она.

– Еще и ужин, – я опять умилилась. – Точно, мы ведь только во дворце пообедали и давно.

– Да что мы там пообедали? Ты видела, какие порции у мамы? – стал критиковать королевскую кухню деревенский парень, расстилая на столе салфетку. – А здесь хорошая кухня, видишь, сколько мяса мне выдали?

– Ты уже и кухню нашел? – я подвинула стул. – Добытчик ты мой настоящий мужчина.

– Я здесь и раньше бывал с папой. Говорю же, мебель мы привозили. И да я такой.

Мы отлично перекусили, и счастье стало полным. Оська попросил журнал и принялся листать его, задавая иногда вопросы. Вдруг лицо парня вытянулось, оказывается, пару страниц были посвящены рекламе мягкой мебели. Вопросы посыпались с удвоенной силой. Все-таки будущий маг был сыном мастера-краснодеревщика и любил работу своих предков.

– Вот бы папе показать, – мечтательно произнес Освальд. – Кстати, готовься мы утром идем за покупками.

– Осталидан не уехал же еще? – я достала из сумки кошель, выданный казначеем.

– С папой и пойдем. Он ведь пока не удостоверится, что у нас все есть, не уедет, – мальчишка тяжело вздохнул. – Полный контроль.

– Не знаешь ты, ребенок, что такое полный контроль, – со знанием дела ответила я и высыпала содержимое кошелька на стол. – Рассказывай, какой тут у вас курс доллара.