Полина
Шрифт:
Тёти Анфисы на кухне не было, что само по себе являлось нонсенсом. Мне показалось это настолько необычным, что я с трудом преодолела желание выйти из кухни и войти туда ещё раз – вдруг она всё-таки там появится.
Я побродила по дому, но отыскать кого-либо в таком большом строении не представлялось возможным, особенно если учесть, что все предпочитали находится в своих комнатах, а кто где живёт она даже не представляла. Я и свою-то комнату каждый раз находила с некоторым трудом.
– Видит Бог, я хотела помириться, – пробормотала я, скорее
Через одну из боковых дверей, которую раньше не замечала, я вышла на улицу. В глаза ударили яркие лучи солнца, в лицо подул тёплый ветер.
Погода – совсем весенняя. В такое время не хочется думать ни о чём плохом.
Накаркала! Только я порадовалась, что место здесь тихое и пасторальное (в самом хорошем смысле этого слова), как увидела остановившийся около дома автомобиль. Довольно солидный автомобиль, если я хоть что-то понимаю в местном машиностроении. Оттуда вышел человек – мужчина лет сорока, тоже довольно солидной внешности, некоторое время оглядывался по сторонам, словно не был уверен, туда ли он попал, затем, увидев меня, быстро пошёл в мою сторону. Ноги стали ватными – почему-то я была абсолютно уверена, что он приехал за мной и сейчас мне придётся давать объяснения, как и зачем я оказалась на Цитрее.
– Добрый день! – Вежливо поздоровался мужчина. – Лакруа тут живут?
Я сначала отрицательно помотала головой, затем кивнула.
– А кто вам нужен? – Удалось, наконец, выдавить не своим голосом.
– Альфред Ибрагимович.
Я даже не сразу сообразила, что он имеет в виду дядю Альфреда, а когда сей факт добрался до моего сознания, мне даже стало легче дышать. Выходит, он сюда приехал совсем не за мной.
Или я ошибаюсь?
– Пойдёмте, провожу! – Предложила я, очень надеясь, что гость согласится и по дороге я как-нибудь постараюсь выведать цель его приезда.
– Пойдём, – кивнул тот.
Пока мы продвигались в сторону мастерской, я пыталась сформулировать вопрос, могущий пролить свет на цель приезда визитёра и в то же время не вызывающий никаких подозрений. В голову, кроме "Вы издалека к нам?", ничего не приходило. В конце-концов я решила ничего не предпринимать. Незнакомый мужчина не обращал на меня ровно никакого внимания. Точнее, обращал, но не больше чем на ребёнка, который вызвался куда-то проводить.
На пороге мастерской они встретились как старые знакомые, обнялись, пожали друг другу руки и тут же ушли,
Минут десять я сидела на крыльце, приходя в себя. Где-то в подсознании упорно тлела мысль, а чего я, собственно говоря, боюсь? Я никого не убила, не обокрала, мне в вину могут вменить только то, что я покинула Землю по поддельным документам. Да и какие они в конце-то концов, поддельные, если получены в Навигации по демографическому учёту, причём самым каноничным путём из всех возможных – по личной заявке Сенатора – главного Навигатора планеты. И пусть кто-нибудь попробует сказать хоть слово!
Но, как я сказала, эти мысли исподволь
Подъехала ещё одна машина, почти такая же, как первая. Я предпочла затеряться в саду. Провожать каждого приезжающего к дяде Альфреду… Мне показалось, что я смогу найти более позитивное занятие.
Кстати, что за сабантуй тут намечается? Мне даже не пришлось долго думать: сразу вспомнила, что именно сегодня на Цитрее День независимости. Похоже, гости начинают съезжаться.
Я вспомнила тётю Анфису с её полным непониманием происходящего, и мне стало смешно. Очень яркий образ: дикари, которые танцуют вокруг костра и даже не подозревают, по какому поводу. Думаю, хозяйка надолго запомнит наш разговор.
Кстати, я ведь собиралась извиниться? Ладно, после обеда обязательно это сделаю. Может тётя Анфиса немного выпьет и тогда с ней будет проще найти общий язык.
Прогуливаясь, я забрела за дом, и мне в нос сразу же ударил резкий запах краски. Некоторое время я пыталась отыскать источник вони, и вскоре обнаружила эпицентр благоухания. Посреди комнаты, где сначала рыжики уронили шкаф, а затем мы сообща наводили порядок, сидел Виктор Иванович и сосредоточенно смешивал в белом пластиковом ведре содержимое нескольких банок из-под краски.
Капитан поднял голову, увидел меня, и молча продолжил заниматься своим делом. Я почувствовала себя неловко: уйти просто так было бы не вежливо. Тем более, вчера вечером я решила, что сегодня во что бы то ни стало скачаю через компьютер Виктора Ивановича блок новостей с Земли.
– Вам помочь?
Капитан снова бросил на меня быстрый взгляд, едва заметно улыбнулся:
– Помоги, коли не шутишь.
Я засучила рукава:
– Что делать?
Моя готовность его позабавила:
– Никогда бы не подумал, что ты такая…, – он не договорил.
– Какая?
Капитан пожал плечами:
– Не знаю Просто – такая. – И тут же перевёл разговор на другую тему. – Я был бы не против, если бы ты очистила пол от старой краски. Вон там валяются две стамески – выбирай любую из них и принимайся за работу.
– ВЕСЬ пол?
В моём голосе прозвучал такой ужас, что Виктор Иванович невольно улыбнулся:
– Сколько успеешь. Остальное закончу я сам.
Или капитан тонкий психолог (что скорее всего), или сказал это без всякой задней мысли. Короче – следующие два часа были самыми жуткими в моей жизни. Я карябала пол приспособлением, больше напоминающим орудие труда первобытного человека, про себя проклинала всё на свете и не представляла, когда этот кошмар закончится.
Когда последняя половица была закончена, я, привалившись к стене долго сидела, бессмысленно глядя прямо перед собой. Работа была вроде бы не сложной. Но попробуйте хотя бы десять минут постоять на полу, на коленках, низко склонившись – и вы поймёте мои ощущения.