Покидая рай
Шрифт:
– Ты не собираешься на ярмарку?
– спрашиваю я.
Она подходит реально близко ко мне и нагибается.
– Я ходила, но тебя там не было, - сексуально шепчет она.
– А тебе хотелось, чтобы я там был?
– Нет, потому что я хочу, чтобы ты целиком принадлежал мне. Ты легенда в Раю. Все требуют хотя бы возможности взглянуть на таинственного и опасного Калеба Бекера.
– Ты думаешь, что я опасен?
– Я просто передаю слухи. Ты был в тюрьме, знаешь ли. Я слыша, что множество вещей произошло
– И что ты думаешь?
– спрашиваю я, озадаченный причинами, по которым она пришла сюда.
– Ты думаешь, что я опасен?
– Конечно.
Она смотрит прямо на меня, но я чувствую, что она думает о чем-то ещё.
– Неужели это так жестоко, как они говорят?
– Иногда.
Она накручивает свой белокурый локон на палец.
– Ты думаешь обо мне?
– Почти каждый день, - признаюсь я.
– А ты?
Она улыбается.
– Я скучала по тебе. Но я не могу разобраться с тем, что произошло.
– Не волнуйся насчет этого. Это была однозначно дерьмовая ночка.
– Ты говорил мне это.
Я смотрю на неё сбоку. Я бы умер, чтобы узнать ответ на этот вопрос.
– Ты помнишь, что случилось?
Она дважды моргает, прежде чем ответить.
– Мало. Я была такая же пьяная, как и ты, и когда приехали полицейские, я убежала. Ты же знаешь, что мой отец мэр. Его дочь не могла попасть в центр этой грязной сцены.
– Угу.
– Я не думала, что тебя отправят в тюрьму, Калеб. Я просто…Это шокировало меня.
– Меня тоже это шокировало. Но теперь я вернулся.
– Точно.
Мне нужно все свое самолюбие, чтобы задать следующий вопрос. Странно, но эта беседа наш способ выяснить ,в каких отношения состоит каждый из нас.
– Ты была с кем-нибудь ещё?
– Кто б это ни был, это не имеет значения.
Что, черт возьми, это значит? Я не ревную. Ладно, это так. Но она сейчас здесь со мной, говорит мне голос в моей голове.
И я скучал по ней так сильно. Слишком. Я мечтал о её поцелуях снова, эти полные губы на моих, прикасаться к ней, пока мне не будет казаться, что я умру от настоящего удовольствия.
– Иди сюда, - говорю я, передвигая стул так, чтобы она могла сидеть у меня на коленях. Мое либидо приходит в форму, мгновенно готовый к этому.
– Это был долгий срок, Кенд, но я «за», если ты хочешь.
Она усаживается на мои бедра и обнимает за шею. Я с интересом смотрю на её губы, когда она улыбается мне. Влажные, блестящие от того, что она накрасила их, перед тем как пришла.
Тот, кто сделала это блестящее дерьмо для макияжа - гений.
Я беру закрученные концы её золотистых волос в пальцы и накручиваю их между большим и указательным пальцем. Её волосы на ощупь другие, не такие как я помню. Раньше они были мягче. Мне всегда нравилось играть с ними.
–
– Этот светлее. Тебе нравится?
Что я могу сказать: они на ощупь больше похожи на солому, чем на шелк?
– Мне нужно время, чтобы привыкнуть к нему.
Я знаю, что должен поцеловать её сейчас, но я медлю. Я раньше целовал Кендру тысячу раз. Она классно целуется, и эти губы предназначены, чтобы сводить с ума. Так в чем моя проблема?
Она чувствует, как мой ежик колит её ладони.
– Я надеюсь, что ты отрастишь волосы. Я не могу взяться за них сейчас.
– Увидим.
– Такой уклончивый ответ, верно?
– смеется она, а затем говорит: -Я скучала по тебе КБ.
Если она скучала по мне так сильно, то почему у меня это странное чувство, что она что-то скрывает. Черт, я должен перестать играть в эти игры разума с самим собой и анализировать поступки. Я знаю, что заставит меня перестать думать.
Я кладу руку на затылок Кендры и притягиваю её рот к своему. Когда мои губы касаются её, запах вишневого блеска пересиливает в плохом смысле.
Мои губы и язык соприкасаются с её, но все, о чем я могу думать, что ненавижу вишни. Я ненавижу вишневый пирог, вишни в фруктовом коктейле или на верхушке мороженого, политого горячей помадкой. Я даже ненавижу Cherry Coke.
Кендра стонет в то время, как мы целуемся. Её язык разошелся, и она изгибается таким образом, что сидит на мне верхом.
Пока мы целуемся, я открываю глаза и смотрю на комнату Мэгги Армстронг.
Мало того, что теперь вишневые губы приклеены к моим, надеюсь, Мэгги Армстронг не видит меня с соединенными губами и сплетенными языками с Кендрой. Даже не спрашивайте, почему это волнует меня.
Я отодвигаюсь назад и говорю:
– Пойдем внутрь.
Кендра соскальзывает с моих коленей, и мы держимся за руки, когда я веду её в свою спальню. Я вытираю свои губы, тыльной стороной ладони, надеясь, что вишневый вкус исчезнет.
Кендра ложится на кровать, когда мы добираемся до моей комнаты, даже не задумываясь или сомневаясь, почему мы движемся так быстро, хотя не были вместе почти год.
– Это как в старые времена, - говорит она.
Так или иначе, все выглядит не так волнующе или дерзко, как обычно. Может быть, потому что мы
теперь старше.
Я снимаю рубашку, затем проскальзываю в кровать к ней. Она начинает целовать мою грудь.
– -Боже, Калеб. У тебя огромные мышцы.
Указательным пальцем я слегка шевелю её новое блестящее кольцо в пупке.
– Я думаю, что мы оба изменились, да?
– Позволь мне узнать, как сильно?
Она, целуя, спускается вниз, мимо моей груди и останавливается на поясе моих джинсов. Когда она начинает расстегивать их, я кладу свою руку поверх её, тем самым останавливая её.