Покидая рай
Шрифт:
– Миссис Рейнолдс?
– Да, Маргарет.
– Я боюсь пауков.
– Почему?
– Потому что у них восемь мерзких конечностей, они кусаются и у них липкие нити, которые выходят из их задницы, чтобы поймать жертву, прежде чем высосать из них кровь.
Я думаю, что миссис Рейнолдс будет смеяться надо мной. Но она этого не делает. Вместо этого она говорит:
– Пауки регулируют численность насекомых. Это их потребность, вот и все.
Это может быть правдой, хотя мне они все еще не нравятся. Но это не останавливает Миссис
Это определенно жуткий чердак - большие чемоданы в одном углу и коробки для переезда в другом. Миссис Рейнолдс находит старый стул и садится на него.
– Ты можешь начать с пыльных чемоданов.
Слава Богу, они находятся посередине комнаты и не тронуты паутиной. Пожилая леди полностью подготовлена. Она берет тряпку и может двигать ведро. Я обрызгиваю верх чемодана из дерева, очищая его, таким образом, до тех пор, пока он не начинает сверкать.
– Открой, - говорит Миссис Рейнолдс.
Я неуверенно смотрю на нее. Продолжаю. Открываю защелку, поднимаю крышку и заглядываю внутрь.
Первое, что я вижу это вставленная в рамку фотография мужчины и женщины.
– Это вы?
– Да, с моим покойным мужем, Альбертом, пусть земля ему будет пухом.
На фотографии более молодая Миссис Рейнолдс одета в простое платье до колен и атласные перчатки выше локтя. Мистер Рейнолдс же даже не смотрит в камеру, он смотрит на Миссис Рейнолдс как на редкий алмаз.
– Вы вышли замуж в молодости?
– Мне было двадцать, а ему двадцать четыре. Мы очень сильно любили друг друга.
Я протягиваю фотографию ей.
– Мне хотелось бы, чтобы мои родители любили друг друга. Они в разводе.
– Да, ну, в жизни всякое случается, не так ли?
– Да.
Даже после аварии, когда я знала, что никогда не смогу нормально ходить снова или играть больше в теннис, жизнь продолжает идти своим чередом.
Независимо от того, хочу я этого или нет.
Миссис Рейнолдс наклоняется и пристально рассматривает фотографию.
– Я провела немного времени с твоей мамой у тети Мэй, - говорит она, когда изучает фотографию маленького мальчика, - Она прекрасная женщина.
– Спасибо, - произношу я, гордая за маму. Она классная для мамы. Я просто хочу, чтобы папа думал, что она достаточно прекрасная, чтобы хотеть остаться с ней в браке.
Миссис Рейнолдс вручает мне фотографию маленького мальчика.
– Это мой сын.
Я чуть не смеюсь над фотографией. Кто бы мог подумать, что этот маленький мальчик вырастит и когда-нибудь станет начальником моей мамы?
– Однажды он был женат. Она умерла от рака яичников пять лет назад, - вздыхает она.
– У них не было детей?
– спрашиваю я.
Она качает головой.
– Ладно, хватит бездельничать. У меня есть куча коробок, которые нужно выкинуть. Почему бы нам не складывать их в углу,
Она указывает на один из углов чердака.
– Я думаю, что они вон там.
Я подхожу к коробкам и осматриваю комнату в поисках пауков. Ох. Нити паутины покрывают углы, только и ждут, пока прилетит ничего не подозревающее насекомое. Хоть я и не вижу пауков. Такое чувство, что они тайные шпионы, до тех пор пока их жертва не старается изо всех сил выбраться, безнадежно застряв в паутине. У меня мурашки по коже, когда я думаю об этом. Слава богу, я не насекомое.
– Маргарет?
– Да.
– Я старею с каждой секундой, ты знаешь.
Я засовываю руки в рукава комбинезона и толкаю коробку в сторону, зажимая в кулаке часть комбинезона, закрывающую руку. Я пытаюсь не думать о своей ноге и как собираюсь передвигаться вокруг коробок с пауками, наблюдающими за мной с потолка.
Я делаю дорожку и направляюсь к ряду коробок. Я проверяю оранжевый металлический ящик, который выглядит как корзина для пикника.
– Что это за коробка? Коробка с банка или коробка для перевозок?
– спрашиваю я.
– Я не помню, но уверена, что она должна быть помечена.
Ладно. Я ворочаю коробку, надеясь найти слова “налоги” спереди.
Я вскрикиваю, когда слышу что-то позади себя.
Оборачиваюсь и вижу только миссис Рейнолдс.
– О, успокойся, - упрекает она, - Ты что-то нашла?
– Да.
Я поднимаю коробку с надписью “налоги 1968”
– Эта?
Она хлопает в ладоши, как учитель, если ученик правильно отвечает.
– Да. Положи её у двери. Так много надо выбросить, думаю, это может занять несколько дней.
Как только я помещаю первую коробку в кучу “выбросить”, звонят в дверь, но миссис Рейнолдс не слышит.
– Кто-то звонит в дверь, - говорю я.
Она морщит брови и наклоняет голову прислушиваясь.
– Я не слышу, но опять же мои уши все ровно что и глаза. Будь хорошей девочкой, открой дверь, хорошо?
– Хорошо.
Я спускаюсь по лестнице. В дверь звонят ещё два раза, прежде чем успеваю добраться до неё. Я быстро открываю дверь, потом отступаю назад. Потому что человек, которого я ожидала увидеть меньше всего, стоит передо мной. Это Калеб Бекер.
И это уже второй раз после его возвращения, когда он протягивает руку, чтобы прикоснуться ко мне.
Глава 21. Калеб.
Клянусь, мои ноги почти не слушались меня. Потому что меньше всего я ожидал, что человеком, который откроет мне дверь дома миссис Рейнолдс ,будет Мэгги Армстронг, одетая в смешное, безразмерное платье с розовыми и зелеными цветами на нем.
Я пытаюсь схватить её за руку, когда она теряет равновесие, но слишком поздно. Оказавшись на полу, она отказывается от моей протянутой руки.