Покидая рай
Шрифт:
Прежде, чем я делаю первый укус, я говорю:
– Ты лучшая, Ирина.
И погружаю вилку в белый пирог с шоколадными чипсами, посыпанный сделанными из пшеничной муки крекерами и карамелью. Она всегда стоит рядом со мной, пока я не распробую и не вынесу ей свой вердикт.
– Он отрясающий, - говорю я, смакуя сырой вкус сливочной части и мягкий хруст чипсов, смешанный с карамелью и рассыпчатой текстурой сделанных из пшеничной муки крекеров.
– Это одно из
Ирина быстро возвращается в кухню, трепетная.
– Я вижу, что Ирина нашла тебя, - говорит мама, держа в руках поднос, полный трехслойных пластин.
– Когда закончишь с пирогом, я буду ждать тебя здесь.
Я наблюдаю за тем, как мама мастерски помещает пластины, наполненные едой, перед голодными игроками в боулинг.
Когда я взяла вторую вилку, вошел новый клиент. Это - старая леди с седыми волосами, белыми штанами и бирюзовым жакетом. Мистер Рейнолдс приветствует ее поцелуем в щеку.
– Мама, почему ты не сказала мне, что приедешь?
– спрашивает он леди.
– Погоди, а где Глэдис?
– Я уволила ее вчера, - говорит дама.
– Она была занозой сам-знаешь-где. Кроме того, мне не нужны сторожа. Я добралась сюда и без нее, не так ли?
– Мистер Рейнолдс выглядит взволнованным.
– Мама, ну почему ты не можешь ужиться ни с кем из тех, кого я нанимаю, чтобы помочь тебе? Клянусь, ты просто увольняешь их мне назло.
Старая леди встает прямо с упрямо поднятым подбородком, как трехлетний ребенок.
– Я не нуждаюсь ни в чьей помощи.
– У тебя больное сердце, - говорит мистер Рейнолдс.
Она махает рукой в воздухе, отметая его беспокойство.
– Кто это сказал?
– Твой доктор.
– Да что эти доктора знают, так или иначе? Они называют это практической медициной, потому что это - все, чем они когда-либо будут заниматься. Практика. Если бы ты навещал бы меня время от времени, то знал бы, что я в порядке.
– Я виделся с тобой в субботу.
– Раздраженно фыркнув, он спросил: - Ты голодна?
– Что особенно случилось у тебя на этой недели?
– Ирина сделает для тебя все, что угодно, мам. Только скажи что именно.
Она сужает глаза, глядя на него.
– Кукурузу и большой сочный стейк.
Мистер Рейнолдс качает головой и хихикает.
– Мама, у тебя дивертикулез и больное сердце. Попробуй снова.
– Ты совсем не весел, Луи.
– Зато ты прямо бочка смеха. Просто сядь за стол. Подожди … Иди за мной, познакомишься с дочерью Линды. Ты раньше никогда не встречала ее.
Я смотрю на пирог, стараясь не выдать того факта, что я подслушивала их разговор.
– Мэгги, это -
– Мама, это - дочь Линды Маргарет. Все зовут ее Мэгги.
Я улыбаюсь и протягиваю руку.
– Приятно познакомиться, миссис Рейнолдс. Вы действительно, тетя Мэй?
Пожилая леди берет мою руку и трясет ее.
– Дорогуша, имя Мэй носила первая собака моего сына.
Не может быть! Я смотрю на Мистера Рейнолдса, ища подтверждения. Он смущенно улыбается.
– Это правда, - шепчет он, - Только, тссс, это секрет. Если горожане узнают, что я назвал свой ресторан в честь собаки, это место будет пустовать в течение недели.
Я очень в этом сомневаюсь. Ресторанчик тети Мэй почти каждую ночь переполнен.
Кроме того, в этом районе нет других закусочных в радиусе десяти километров.
– Я не знала, что у Линды есть дочь. Сколько тебе лет, Маргарет?
– спросила она, игнорируя то, что ее сын сказал, чтобы она, как и все, звала меня Мэгги.
– Мне семнадцать.
– Она только начала свой первый год в старшей школе, - громко объявляет Мистер Рейнолдс, словно его мать глухая, - И она отправляет на учебу в Испанию в январе. Почему бы тебе не присесть и не послушать, как она рассказывает об этом. Я буду позади вас и скажу Ирине, чтобы она приготовила тебе что-то поесть.
– Скажи ей, чтобы она не делала блюда слишком здоровыми, - приказывает миссис Рейнолдс, прежде чем сесть напротив меня. Она осматривает мою тарелку, - Лу, скажи Ирине, чтобы она отрезала мне щедрый кусочек такого же пирога.
Я не думаю, что Мистер Рейнолдс слышал ее последнюю просьбу, или же он просто хотел, чтобы она подумала, что он не слышал.
Пожилая дама кладет свою сумку рядом с собой на стенд, а затем смотрит на меня. Она не улыбается, она не хмуриться. Она наклоняет ее голову, как будто пытается узнать, о чем я думаю.
– И почему же ты так сильно хочешь покинуть Рай?
– спрашивает она, словно правда может прочесть мои мысли.
– Просто так, - говорю я, надеясь, что она остановится на этом.
Она цокает языком.
– Если ты не хочешь говорить об этом, то так и скажи. Нет смысла ходить вокруг да около.
Я была занята тем, чтобы содрать весь лак с моих ногтей, но я остановилась и посмотрела на Миссис Рейнолдс.
– Я не хочу говорить об этом.
Пожилая леди хлопает руками.
– Хорошо. Если ты не хочешь говорить об этом, мы не будем говорить об этом.
Единственное, что стоит между мной и этой женщиной, так это пирог, который у меня есть, а она хочет.