Покидая мир
Шрифт:
— Несомненно. Джейн проделала все просто превосходно.
— А что бы вы сказали, миссис Вудс, если бы я договорился с Законодательным собранием Эдмонтона о перечислении, скажем, полумиллиона долларов на расширение библиотечных фондов?
— Вы хотите сказать, в дополнение к тем четыремстам тысячам, которые уже были нам перечислены? — осведомилась Марлин Такер.
— Не припомню, чтобы я интересовался вашим мнением на этот счет, миссис Такер, — отреагировал Хендерсон.
Марлин Такер уставилась в пол, сразу
— Миссис Вудс? — повторил Хендерсон.
— Я полагаю, что полмиллиона, если разумно вложить эти деньги в приобретение редких и представляющих интерес для коллекции изданий, могли бы стать для библиотеки великолепным подспорьем.
— Именно такой ответ я и надеялся услышать, — подхватил Хендерсон. — Теперь следующее: как я понимаю, вы пишете книги и публикуетесь, мисс Говард.
— Я написала всего-то одну книгу, сэр.
— И все же это книга. А у нас в штате библиотеки нет больше ни одного литератора… не говоря уж об ученых степенях. Что бы вы сказали на предложение занять пост руководителя отдела комплектования фондов и одновременно взять на себя труд по созданию сектора редких изданий?
Последовавшая за этим пауза длилась никак не меньше трех секунд. Промолчи я еще чуть дольше, и Хендерсон, наверное, списал бы меня со счетов как слабака. Но по опыту работы с финансистами я знала, что люди, подобные Хендерсону, ценят в других решимость. Они искренне верят, что окружающие видят мир в том же манихейском, свободном от сомнений ключе, что и они сами… Сомнения же ими воспринимаются однозначно — как признак безволия и слабохарактерности.
— Я ответила бы положительно, — сказала я.
— Прекрасно. Так тому и быть. У вас нет возражений, миссис Вудс?
Джеральдина Вудс, всегда считавшая Марлин Такер обузой (которая к тому же метила на ее место и даже не делала из этого большого секрета), изо всех сил старалась подавить торжествующую улыбку.
— Ни малейших, сэр.
— Стало быть, это решено.
— Но мистер Хендерсон… — подала голос Марлин Такер. — У нас же была договоренность, что этот отдел возглавляю я до тех пор, пока…
— Эта договоренность, миссис Такер, подразумевала, что вы будете успешно справляться со своими обязанностями. Но каковы ваши достижения на сегодняшний день? Прогресс незаметен, вы формально относитесь к делу, в лучшем случае поддерживая его на существующем уровне.
— Я несогласна с такой оценкой и нахожу ее несправедливой, — заявила Такер.
— Не сомневаюсь в этом, — заключил Хендерсон, — Но правду часто бывает трудно принять. У вас еще есть вопросы, мисс Говард?
— Что, если я составлю перечень возможных вложений, которые мы могли бы сделать для отдела редких книг… я могла бы сделать это еще до вашего разговора с представителями властных структур. Я проведу исследование
— Вот такаядальновидность мне по душе. Да, я был бы вам очень благодарен за подготовку такого документа. Недели вам на это хватит?
— Вполне, сэр.
— Ну, значит, взаимопонимание достигнуто, начинаем писать новую главу.
И все мы рассмеялись этой непритязательной шутке.
Не успел Хендерсон распрощаться и выйти, как Марлин Такер повернулась к Джеральдине Вудс:
— Я не согласна с принятым решением и собираюсь его опротестовывать… если потребуется, я буду судиться… или обращусь в попечительский совет…
— Пожалуйста, Марлин, — ответила Джеральдина Вудс. — Но в этом случае вам придется идти против нашего председателя, а он не выносит, когда ему прекословят. Но если вы этого хотите, поступайте, как считаете нужным, я не возражаю. Но я предвижу, что в этом случае он будет настаивать на вашем переводе на сортировку книг вместо приятной и несложной работы в секторе каталогов…
— Каталоги! Я начинала в этом секторе двадцать три года назад!
— Тогда в этом вашем возвращении к своим профессиональным истокам есть даже что-то приятное.
— Это еще не конец, вы обо мне услышите, — пророкотала Марлин и выскочила из комнаты.
Когда она захлопнула за собой дверь, Джеральдина Вудс громко протяжно вздохнула:
— Как же я благодарна вам за то, что вы появились в нашей жизни и избавили нас от этой дамы.
— Я этого вовсе не хотела.
— Я это знаю, поверьте. И Стоктон Хендерсон тоже это знает. Но вы просто потрясающе держались, когда наш председатель отпустил свое бесчеловечное замечание. К сожалению, боюсь, это его стиль.
— Вы забыли, что какое-то время мне довелось провести в мире бизнеса.
— О, я знаю, насколько вы многогранный и разносторонний человек, Джейн. Благодаря этому продвижению ваше жалованье отныне тридцать восемь тысяч в год. К тому же, если мы получим от властей эти полмиллиона, я хотела бы обнародовать вашу инициативу по улучшению наших фондов.
— Только не упоминайте меня, пожалуйста, — попросила я.
— Но для нас так важно, чтобы вы — автор книги, серьезный ученый, наша сотрудница — стали публичным лицом этого нового проекта.
— Простите, но я не могу… я не соглашусь на это.
— Не торопитесь с ответом, подумайте хоть пару деньков, хорошо?
— Я с радостью буду заниматься всей подготовкой, подбором книг, всеми переговорами и закупками… и выполнять обязанности заведующей отделом комплектования фондов. Только не надо заставлять меня делать это публично. Я уверена, что вы найдете достойного человека, который сможет быть лицом проекта.