Поединок сердец
Шрифт:
– Oui, если рядом со мной такая привлекательная женщина, как ты.
Бетани покачала головой, все еще не в силах оправиться от потрясения из-за того, чем они занимались среди бела дня.
Словно прочтя ее мысли, Ройс улыбнулся:
– Я был рад исправить это небольшое заблуждение.
– Представляю, как ты потешаешься на мой счет. Неопытная дикарка, которую мудрый нормандский рыцарь наставляет на путь истинный.
Бетани смахнула с глаз навернувшиеся слезы. Ну почему она показала себя полной дурой
– Бетани, не пытайся испортить этот счастливый день. Я должен признать, что твою неопытность нахожу весьма привлекательной. – Взяв Бетани за подбородок, он заставил ее взглянуть ему в глаза. – Некоторые готовы отдать целое состояние за подобную неопытность. Так что тебе нечего стыдиться.
– Теперь мне стыдно за свой опыт.
Ее слова застигли Ройса врасплох.
– Возвращаться назад поздно. Да и не думаю, что я не повторил бы того, что сделал. Какой бы мужчина, хоть раз увидев тебя, не взял бы то, что принадлежит ему по праву?
– Значит, я должна быть признательна тебе за то, что ты почтил меня своей милостью?
– Ты хочешь сказать, тебе не было приятно?
– Лгать я не стану. Но мне очень стыдно за ту тягу, которую я испытываю к тебе. Никогда прежде я не знавала такого наслаждения – и такой боли.
Высвободившись из его объятий, Бетани взяла платье. Из него вывалилось послание дяди Брама.
Ройс поднял с земли свиток.
– Что здесь написано?
– Разве ты не можешь читать написанное на нашем варварском языке? – спросила она, вспоминая, что распоряжения рыцаря писала Мери. – Какой стыд!
– Я не говорил, что не могу читать. Я спросил тебя, что здесь написано. Сейчас ты прочтешь мне это послание, и помни: ты дала слово – если оно что-либо значит – повиноваться мне во всем.
Бетани взглянула на письмо. Никто не может поручиться, что Ройс не умеет читать на ее родном языке; впрочем, не исключено, что он действительно не понимает, что там написано. Если бы не данное слово, она наплела бы ему все, что угодно.
– Мой дядя Брам отправляется просить Вильгельма Завоевателя освободить нас.
Некоторое время Ройс смотрел на нее так, словно она совершенно спятила. Затем он взглянул на письмо.
– Сказанное тобой настолько нелепо, что не может быть вымыслом. И все же я попрошу Ги проверить, так ли это на самом деле.
– Ты мне не веришь? – подбоченясь, спросила Бетани. – Я же дала слово.
– Я просто хочу убедиться, можно ли ему верить.
– Какой же ты подозрительный!
– Я начну верить тебе, моя маленькая леди, лишь после того, как ты докажешь, что тебе верить можно, – но не раньше. Мне кажется весьма сомнительным, чтобы твой дядя-шотландец отправился через всю Англию выпрашивать у нормандского принца свободу плененной саксонке.
– Значит, ты плохо знаком с историей нашей семьи, но
Судя по мрачному выражению лица Ройса, ему не понравились ни слова Бетани, ни тон, каким они были произнесены.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Уясни себе твердо, рыцарь: я не обладаю ни силой, ни могуществом, но я буду свободна. Со мной нельзя не считаться, и даже ваш принц вынужден будет это признать.
– По-моему, у тебя не все в порядке с головой.
Бетани пропустила мимо ушей его язвительное замечание:
– Повторяю: я буду свободна.
Ройс не унимался:
– Ты возлагаешь тщетные надежды на родственника, пытавшегося спасти тебя с помощью недочеловека.
– Не похваляйтесь слишком громко, милорд. Этот, как вы его называете, недочеловек едва не одержал над вами верх.
Глава 12
Жадные языки огня лизали стены, алчно пожирая сухую солому и тростник, которым была устлана остроконечная крыша дома. Ярко-желтое пламя, поглощающее жилище крестьянина, отбрасывало дрожащие отблески на укутанную в ночную темноту деревню.
Вдова Чадвик стояла, прижав к себе ребенка, и с ужасом смотрела, как все нажитое долгим трудом имущество превращается в пепел. Крестьяне с помощью людей Ройса бились над тем, чтобы не дать пожару распространиться по всей деревне, но отстоять этот дом уже не было никакой возможности.
Бетани отерла лоб, оставив на рукаве грязные потеки смешанного с сажей пота. Учитывая то, что пропало все стадо, пожар едва ли можно считать несчастным случаем.
– Кому это нужно? – устало произнесла она, ни к кому не обращаясь.
Отчаявшиеся люди, потерявшие родину и короля, идут на грабеж ради того, чтобы выжить. Впереди голодные зимние месяцы. Нортумберленд лежит прямо на пути в Шотландию. Какая горькая насмешка! Враги-нормандцы сейчас их единственная защита от остатков разгромленного и разбредшегося по стране войска соотечественников.
Ройс печально покачал головой, глядя на сгоревший дом, затем, развернувшись, вскочил в седло. По его сигналу небольшой отряд тронулся следом за ним и Ги. Ройс направил коня к Бетани.
– Следи за тем, чтобы мои подданные ни в чем не испытывали недостатка.
Бетани, встрепенувшись, скрестила руки на груди. Неужели он полагает, что она оставит без помощи тех, кто попал в нужду?
Ройс усмехнулся:
– Ты не забыла, что с момента нашего договора прошел лишь месяц?
– Нет, милорд.
– Анни, – сказал Ройс, – возможно, нам потребуется несколько недель на то, чтобы поймать этих бродяг. На время своего отсутствия я оставляю за себя Вашеля. На тот случай, если судьба будет ко мне неблагосклонна, я дал распоряжения относительно тебя и твоих родных.