Поединок сердец

Эдвардс Мэриан

Дамиана с притворной жалостью подняла руку Бетани.

– У нее такие тонкие руки, что она даже не сможет вытрясать пыль из одежды.

Бетани высвободила руку, и Ги фыркнул.

– Точно. – Его голос был полон веселья. – Меч и тот она держит с трудом.

Ройс улыбнулся, услышав шутку брата, но его молчание ясно дало понять, что с Дамианой он ею не поделится.

– Тайны, тайны, – подняла бровь нормандская дама. – Понимаю. – Она снова повернулась к Бетани. – Учтивые манеры и любезное обхождение часто являются первыми жертвами войны. Вырвавшись из-под влияния прекрасных женщин,

мужчины становятся прямо-таки дикарями. – Дамиана похлопала Бетани по руке. – Но теперь, когда здесь появилась благородная дама, все изменится.

Величественно пройдя мимо Бетани, она остановилась посреди залы. Проведя пальцем по столу, с которого еще не успели убрать остатки утренней трапезы, Дамиана, подняв руку, с презрением оглядела ее.

– Достаточно того, что этот замок похож на хлев. Но грязи в своем доме я не потерплю.

Бетани встрепенулась, услышав это оскорбление. Да, Ренвиг – не нормандский замок, но это ее дом, и он всегда был отмыт и оттерт до блеска.

Дамиана печально покачала головой:

– Слава богу, мои родители приедут только через несколько недель. Я хотела прибыть сюда пораньше, чтобы лично проследить, как идут приготовления к нашей свадьбе, но теперь я начинаю бояться, что все время уйдет только на то, чтобы сделать это место хоть сколько-нибудь пригодным для жилья. – Она ткнула пальцем в сторону гобеленов. – Этот ужас надо будет убрать, – бросила она резким тоном, затем с жалобным видом повернулась к Ройсу: – Ройс, неужели я покинула нашу прекрасную Нормандию ради того, чтобы терпеть лишения на этом варварском острове?

Ее властный, надменный голос наполнил воздух подобно сырому холодному туману, и всем, кого он коснулся, стало неловко и неуютно.

Бетани была потрясена, что Ройс позволяет кому-то обращаться к нему с такой наглостью в присутствии воинов. Но, если он предпочитает отмалчиваться, она не может оставаться в стороне, когда ее землю и людей поливает грязью эта заносчивая гостья.

– Нет, леди Дамиана, – резко произнесла Бетани. – Я слышала, вы покинули Нормандию для того, чтобы выйти замуж за своего возлюбленного. – Она сделала жест в сторону Ройса. – Однако, если невзгоды здешней жизни перевешивают ваше чувство, вам разумнее будет вернуться домой.

На лице благородной нормандки отобразилось изумление, вызванное этой отповедью. Ги даже не думал скрывать свою радость, Ройс же оставался совершенно спокоен, однако в его полуночно-синих глазах сверкнули веселые искорки.

Обуявшая Дамиану ярость выплеснулась ей на лицо, однако голос ее оставался полным скуки и безразличия.

– Мне очень жаль, cheri, что ты позволяешь рабыне вести себя так непочтительно. – Сверкнув глазами, она повернулась к Ги: – Меня не удивляет, что вы так радуетесь поведению этой простолюдинки. Вас всегда тянуло к грубым удовольствиям.

– Миледи, вы ошибаетесь. Бетани доставляет удовольствие не мне, а моему брату.

Взяв руку Бетани, он церемонно поднес ее к губам. По внезапно изменившемуся лицу Дамианы Бетани поняла, что та поняла истинный смысл слов Ги.

– Я начинаю подозревать, что этот остров более привлекателен, чем я думала.

Дамиана окинула Бетани жалостливым взглядом,

гораздо более красноречивым, чем ее слова. Томно вздохнув, она обратилась к Ройсу:

– Я не представляла себе, что военные действия будут длиться так долго. Но теперь я здесь, и все пойдет по-другому.

Ройс промолчал, тем не менее поднял брови.

– Вы собираетесь приказывать Ройсу? – спросил Ги.

Сверкнув на него глазами, Дамиана обратила к Ройсу кающееся лицо:

– Mais non. [8] Извини, cheri. После этой ужасной утомительной дороги я сама не своя. Пожалуйста, прости мне мою несдержанность.

– Дамиана, не волнуйся. Я сейчас же распоряжусь приготовить для тебя комнату. – Ройс повернулся к Бетани. – Скажи Майде, пусть она обеспечит нашу гостью всем необходимым.

8

Да нет же (фр.).

– Сам скажи.

Улыбка нескрываемого наслаждения изогнула губы Бетани. Увидев, что Ройс не обратил внимания на брошенный вызов, она попыталась еще больше вывести его из себя.

– Я больше не буду твоим переводчиком, – злорадно добавила Бетани.

Ее родные в безопасности; захватчик больше не имеет над ней власти.

– Ты смеешь бросать мне вызов? – тихо промолвил Ройс, а все его соотечественники в изумлении уставились на Бетани.

– Да. Отныне ты не можешь навязывать мне свою волю.

– Дерзкая девчонка! – воскликнула Дамиана, и ей вторили недовольные голоса нормандских воинов.

– Вашель! – рявкнул Ройс.

Перед ним тотчас же возник оруженосец.

– Oui, милорд. Что прикажете?

Окинув каменным взглядом Бетани, Ройс повернулся к воину:

– Приведи сюда тех, кто тебе поручен.

– Слушаюсь.

Через мгновение изумленная Бетани увидела, как Вашель вводит в залу ее брата и сестру. У нее перехватило дыхание, она заморгала, точно желая удостовериться, что не грезит. Святой Бид, зрение ее не обмануло. Бетани почувствовала, как у нее внутри все оборвалось. Она снова потерпела поражение.

Ройс пристально взглянул на Бетани. Сердито выругавшись, девушка обернулась к Майде и приказала той устроить нормандскую даму и проследить за тем, чтобы она ни в чем не испытывала нужды. Не обращая внимания на злорадство Дамианы, Бетани вскинула голову, не желая покориться и признать поражение. После того, как знатная нормандка удалилась, Бетани собралась было пойти следом за ней, но стальная рука Ройса стиснула ее запястье.

– К твоему бунту мы еще вернемся.

Он кивнул головой, подавая знак Вашелю.

Оруженосец немедленно подвел к своему господину девушку и мальчика. Брет подбежал к нормандскому рыцарю с радостным самозабвением ребенка, не ведущего о происходящем вокруг. Мери двигалась с опаской, словно боясь встречи с сестрой.

– Что случилось? – спросила Бетани.

– Мы попали в засаду, – ответила Мери.

– Как такое могло случиться? Ведь никто не знал о вашем предстоящем бегстве.

Протиснувшись между Ройсом и Бетани, Брет стал дергать сестру за платье, привлекая ее внимание.