Подмена
Шрифт:
Закончив с выдачей, Фолкнер погнал своих на стадион. Мы остались отжиматься возле блока. После завтрака обе группы повезли в Финикс, в ближайший к базе бассейн. Пользуясь возможностью, Макс подсел ко мне и долго делился воспоминаниями о брате, выбирая самые забавные. Устав кивать и улыбаться, я сделала вид, что задремала. В бассейне мы с Бонни чередовались на дорожке, не забывая караулить жетоны друг друга. Заплыв прошел удачно – все, получили по баллу за исключением Мишель, потянувшей связки на предплечье. На обратном пути она тихо всхлипывала и говорила,
На следующий день нас ждал спринт – десять раз по сорок ярдов с тридцати секундными перерывами. Мой результат был одним из худших.
– Для разнообразия попробуй быстрее шевелить задницей, – ехидно посоветовал Хаммер, делая пометку в планшете. – Ну а пока – ноль.
Столько же получила Мелани, подвернувшая ногу. Зато после практического занятия, сводившегося к надеванию и снятию противогаза, я хоть и с трудом, но все-таки уложилась в норматив по подтягиванию на перекладине. Вечер группа привычно провела в тренажерке, где Хаммер откровенно издевался надо мной, то придираясь к технике приседаний, то увеличивая вес гантелей, а когда я осталась в зале последней, велел добавить еще четверть часа ко времени на эллипсе. Выстраданный балл он поставил, скривившись:
– Свободна, Кейн.
Если в начале тренировки хотелось ему врезать, то к концу меня не хватило даже на «да, сэр». Еле переставляя ноги, я двинулась к выходу, но уже через пару шагов споткнулась о ножку скамьи и грохнулась на колени. Идущий позади Хаммер не стал дожидаться, пока я встану. Грубо обхватив за талию, он рывком помог мне подняться. Горячая ладонь скользнула выше, накрывая грудь. Я дернулась словно от удара током. Отпихнула поддерживающую руку, отскочила, яростно замахнулась… и только тогда поняла, что собираюсь сделать.
– Простите, сэр, – я судорожно сглотнула. – Это рефлекторно…
Неужели я только что извинилась за то, что меня облапали?
Поигрывая желваками, Хаммер презрительно бросил:
– В прошлом году ты постоянно оступалась около меня, Кейн.
Спасибо сестре, удружила. Так и знала, что она неспроста рвалась в тот тренировочный лагерь в Киллине. 2 От неожиданной догадки по спине пробежал холодок. Не может же Хаммер намекать на секс? Надеюсь, у Мары хватило ума с ним не спать?
2
Город в центральной части штата Техас, возле которого расположена одна из крупнейших военных баз США – Форт-Худ.
– Обещаю впредь быть внимательнее, сэр, – это «сэр» скоро набьет мне оскомину.
Не дожидаясь ответа, я выскочила из тренажерного зала.
Новый день начался с общего марш-броска с рюкзаком весом в четверть собственного: три мили по пустыне за сорок пять минут. Пот струился по лицу, ноги дрожали, дыхание сбивалось. Господи, лучше бы я умерла вместо Мары.
– Кейн, ускоряйся! – голос Хаммера в наушнике был подобен выстрелу в мозг.
Услышав его, я зацепилась за корень
– Жаль, нет оценки меньше ноля, – с сарказмом заметил Хаммер и потянулся к планшету.
Все теоретическое занятие я просидела, обреченно уставившись на экран со схемой винтовки, но не услышала ни слова из лекции. В голове крутилась одна единственная мысль: мне не продержаться шесть недель. Забег по полосе препятствий уверенности не прибавил. Кто-то из парней случайно задел мою ногу, и я соскользнула с мостика в грязь. А потом слетела с бревна. Хаммер даже не стал комментировать, просто показал жестом «ноль».
На ужине я с трудом запихнула в себя кусок запеканки из обезжиренного творога. На другое не было ни сил, ни желания. Я по-прежнему могла похвастаться всего четырьмя баллами, как и Элис – мы оказались худшими в группе Хаммера. У Фолкнера отставали Бен, Бри и Мишель. Последняя все чаще заводила разговор об уходе, поэтому никто не удивился, когда за день до сдачи норматива, она молча собрала чемодан.
На построении Хаммер прочитал нам лекцию о необходимости трезво оценивать свои возможности и не отнимать время у других. К концу нравоучения мы привычно чувствовали себя ничтожествами. Фолкнер и вовсе не снизошел до сопутствующей речи, а сразу отправил группу на полосу препятствий.
– Завидую – вас хотя бы не втаптывают в землю, – посетовала я Бонни, когда мы встретились на завтраке.
– Зато гоняют так, что хочется сдохнуть, – она пожала плечами и снова уткнулась в тарелку с омлетом.
Парней мы больше не обсуждали – накануне сдачи норматива все разговоры крутились возле тренировок и их результатов. Секунды и баллы – других тем не было. В тренажерном зале, не дожидаясь приказа, я увеличила нагрузку на первом же подходе. Хаммер рвение не оценил.
– Выслуживаешься, Кейн?
Предплечья болели, но я продолжала сопеть, притягивая блок к груди.
– Прогни поясницу, – Хаммер подошел ближе. – И сильнее сведи лопатки.
Неожиданно он коснулся моей спины, и я чуть не выпустила перекладину.
– Еще раз, Кейн!
Стиснув зубы, я продолжила. От непривычной близости кожа покрылась мурашками.
– Следи за дыханием! Вниз выдох, вверх вдох!
Тщетные увещевания – я не могла и думать о разминке, пока сердце яростно било в ребра, а пальцы ходили ходуном.
– Ну же! – горячая ладонь скользнула к копчику. – Держи ритм!
Да поняла я, поняла! Хватит меня трогать! Но Хаммер не убирал руку, пока я не закончила упражнение.
– Еще три подхода, и переключаешься на гантели, – он что-то пометил в планшете и двинулся в сторону лежавшего под штангой Блейза. – Ксандер! Если решил позагорать – проваливай на пляж.
В конце занятия все получили по баллу. Мы с Элис снова были с одинаковым результатом.
– Увидишь – я вылечу, – с грустью пробормотала она, когда мы столкнулись на выходе из душа.