Подмена
Шрифт:
Я не смогла придумать ни одной ободряющей фразы. Самой бы завтра не собрать вещи. Но норматив я все-таки сдала – после недавнего марш-броска с грузом пробежка по тому же маршруту без утяжелителей показалась на удивление простой. Я даже умудрилась прийти к финишу девятой, обогнав сначала Элис, а потом Гордона и Тима. В лидеры ожидаемо попали Блейз, Макс и Шазза.
– Внимание! – Хаммер начал оглашать результаты, не забывая добавлять каждому нелестные характеристики.
Моя упитанная пятая точка тоже не осталась без комплимента. Не отреагировав на колкость, я продолжала улыбаться.
Добравшись до конца списка, он подытожил:
– Давайте попрощаемся с самой медленной блондинкой Миннесоты. Единственной, не уложившейся в заданное время.
– Я же говорила, – всхлипнула Элис.
– Подруги-чирлидерши давно соскучились по тебе, – Хаммер протянул руку, чтобы забрать у нее жетон. – Не заставляй их ждать.
Оставшуюся часть дня нас продержали на лекциях. Сержант Престон долго и монотонно рассказывал о способах создания радиопомех, но я слышала лишь, как Бри то и дело шмыгает носом – Фолкнер отчислил Бена. В спальне она рыдала в голос, пока Талула силой не потащила ее умываться.
– Им даже не дали толком попрощаться, – поделилась подробностями Бонни.
И в этой чертовой системе мне нужно провести еще пять недель.
В выходной нас отпустили сразу после построения и разминки. Наконец-то я могла заняться тестами! Достав из чемодана краткую энциклопедию искусств и распечатки с вопросами, я на всякий случай прикрыла их буклетом с подробным описанием устройства снайперской винтовки и вышла из блока. От нетерпения хотелось бежать, что я и сделала со счастливой улыбкой на лице. Поворачивая возле столовой, я едва не наткнулась на Хаммера – лишь в последний момент успела отскочить. Увидев в моих руках книги, он ухмыльнулся, но ничего не сказал.
На стадионе парни играли в баскетбол, а девчонки загорали на трибунах. Устроившись в тени навеса, я погрузилась в тесты и вскоре так увлеклась, что не заметила, как прошло время обеда. Случайно приподняв голову, я обнаружила, что вокруг никого нет.
– И почему в выходной время летит так быстро? – пробурчала я, собирая распечатки.
В столовой Блейз торжественно презентовал мне маффин:
– Надо отметить удачное прохождение первого круга ада!
– Мне нельзя сладкое, – с тоской в голосе я вернула подарок.
– Ешь, – Блейз придвинулся и заговорщицки прошептал: – А потом я помогу тебе сжечь калории.
Я упрямо покачала головой.
– Ладно, – не сдавался он. – Тогда пошли в бар.
– Куда? – переспросила я, все еще надеясь, что ослышалась.
Видимо шок на моем лице был слишком выразительным – Блейз расхохотался.
– Идем, трусиха, – сидевшая рядом Бонни обняла меня за плечи.
Они же помнят, что нам нельзя покидать базу? И что выпивка под запретом?
Пока я гадала, мы дошли до пристройки к блоку, где сержант Престон обычно читал нам теорию. Баром ее назвали весьма условно – в двух старых вендинговых автоматах не было напитков крепче кока-колы. Слева от входа, за столиком в нише сидели Хаммер и Фолкнер и пили безалкогольное пиво. В центре зала Грег с Робом играли в бильярд. Справа, возле музыкального автомата, танцевали Мелани и Тим. За ними Талула и Бри состязались в дартс; а тихоня Мозес с серьезным
– Раз нельзя маффин, как на счет моего друга Джонни Уокера? – он вытащил из-за пояса флягу. – Можно добавить в колу.
– Ты спятил? – шикнула на него я. – Если Хаммер увидит спиртное – нас выгонят! Или тебе…
Договорить я не успела.
– Ксандер, что там у вас? – язвительно прозвучало почти над ухом.
Я рефлекторно выдернула флягу у Блейза. Он тут же продемонстрировал Хаммеру пустые ладони. Сделав осторожный взмах кистью, я отправила виски в мусорное ведро, молясь, чтобы громыхнуло не слишком сильно. Повезло – туда уже успели накидать упаковок из-под чипсов.
– Кейн?
Я с готовностью обернулась. Лицо Хаммера помрачнело.
– Руки на стойку.
Все не понимая, чего он добивается, я повернулась к нему спиной и прижалась ладонями к деревянному покрытию столешницы. Хаммер ощупал ремень, и, не обнаружив за ним фляги, пнул каблук моего ботинка, устанавливая ноги на ширине плеч. Я удивленно вытаращила глаза. Он же не собирается… Черт!
Сжимая бедро с двух сторон, ладони медленно спустились ниже. Опешив, я замерла с неестественно изогнутой спиной – мышцы словно одеревенели, не давая мне возможности ни пошевелиться, ни дышать ровно.
Проверив обе щиколотки, Хаммер выпрямился:
– Повернись.
Я подчинилась. Возле перегородки уже успели собраться зрители.
– Сними рубашку.
– Что? – с хрипом выдавила из себя я.
Ради чего он продолжал этот унизительный фарс? Даже слепой увидел бы, что фляги у меня нет!
– Я не буду повторять, Кейн.
С горящими от стыда щеками я распахнула полы рубашки. Пару секунд Хаммер с каменным выражением лица рассматривал мой бюстгальтер, к великому стыду не скрывавший контур сосков, а потом мрачно резюмировал:
– Увижу алкоголь в дюйме от вас – выгоню.
– Кейн, я твой должник, – с облегчением выдохнул Блейз, когда массивная спина Хаммера скрылась за перегородкой.
– Да пошел ты, – трясущимися руками я застегнула молнию.
Зачем я вообще схватила флягу?
– Детка, я заглажу вину! Даже залижу, – Блейз прижал два пальца к уголкам рта и сделал характерное движение языком.
Я со злостью ткнула его кулаком в плечо. И тут же охнула, потирая ушибленные костяшки пальцев.
– Ксандер, завязывай, – Макс оттеснил меня в сторону. – Или, может, выйдем?
– Не надо, – я потянула его за рукав.
Блейз не стал нарываться. Отшутившись, он ушел к бильярдному столу. Макс сразу остыл и, пользуясь возможностью, весь вечер не убирал ладонь с моей талии. Около часа мы просидели у телевизора, обсуждая учебу и достижения. От скуки хотелось выть. Я несколько раз порывалась уйти, но стоило повернуть голову, взгляд словно магнитом притягивало к Хаммеру, который не переставал следить за мной. Оставлять поле боя первой было стыдно; хватит и того, что мой бюстгальтер лицезрел весь курс. Пришлось и дальше изображать беззаботность и хохотать над плоскими шутками Айвана.