ПодЛох

Дубик Владимир

Роланд озвучил задачу. Боевое охранение лежит на обойме Ректората и на нем с Хантом. Мы никуда не лезем, не задаем глупых вопросов и вообще, ведем себя, как школьники, которым по огромной удаче выпало попасть на настоящее сафари.

Черепу вменялось следить за порядком, как уже опытному человеку. А задача состояла как всегда из туманных фраз, типа — выход из точки А, в точку В и при этом стараться как можно быстрее добраться до этой самой конечной точки. Забрать некое порождение, чего порождение я не разобрал а на мой вопрос мне посоветовали

не заморачиваться и получать удовольствие. Когда еще в нормальной жизни придется прогуляться по самому опасному месту на земле. В общем и целом, приключения продолжаются.

Утро выдалось промозглым. На горизонте висели мокрые, надутые и темные от раздражения тучи. Ветер крепчал и все норовил сорвать капюшон с головы.

Раздалась команда и мы гуськом выползли за расположение бравого гвардейского легиона. У меня заныло под ложечкой. Такое происходило каждый раз, когда мне приходилось летать в самолете или сдавать экзамен в институте еще в той Москве и когда я естественно по предмету ни в зуб ногой.

Короче говоря, чегой-то я трусил.

Мы не прошли еще даже ста метров от периметра легиона, как внезапно слухач поднял морду и пошевелив ушами застыл. Роланд тоже поднял голову, и махнул рукой, мол продолжаем движение.

Наш кот недовольно мяукнул сделал несколько шагов и сел на задницу. Мы опять встали.

— Такими темпами, мы и за месяц не дойдем до этой пресловутой точки В, — пробурчал Ник.

— Главное, парни, что бы эта точка В, не оказалось точкой G, о которой до сих пор спорят есть она в природе или нет, — добавил Череп.

— В природе то ее точно нет, — хмыкнул я, — а вот в…

— Отставить разговоры, — прикрикнул Роланд направляясь к слухачу. — Что случилось, слухач?

Наш котяра махнул несколько раз лапами и мурлыкнул.

— Чего это он, — потянул меня за рукав вампир.

— Традиции, — перевел я, — он хочет, чтобы мы исполнили обряд, которые исполняют все, которые выходят в клоаку.

— Ну где я тебе достану молока и дохлую трехдюймовую мышь? — ярился Роланд, уже битый час ругаясь со слухачом.

В ответ, слухач сердито шипел, раздувался, показывал клыки и яростно крутил хвостом.

— Говорит, мол, ничего не знаю, но обычай нужно исполнять. И обычаи, просто так не появляются и не ему, Роланду, их отменять. Короче без молока и мыши, он и шагу не сделает в это сранное место, да еще с таким глупым и упрямым ослом, как Роланд. А если мы не соблюдем все традиции — быть беде! — перевел я.

— Согласен с пушистым, — мотнул лысой башкой Череп, — с традициями завсегда так, чуть что не исполнил, пиши завещание и пакуйся в деревянный костюм. Так то вот!

А слухач продолжал настаивать на своем.

Ребята из обоймы охранения, зорко отслеживали свои сектора, нет да нет, оборачивались на затеянный спектакль и улыбались.

— Ладно, сдался, Роланд, возвращаемся в расположение легиона, будет тебе твоя мышь и молоко. Будь они не ладны!

Слухач

опять зашипел.

— Не дело говорит, — перевел опять я, — возвращаться плохая примета!

Затем пушистый выдержал паузу и два раза благосклонно мяукнул.

— Уговорили. Говорит, по возвращению, двойная порция молока и пять мышей.

— Три, — твердо, сказал Роланд, для верности показывая на пальцах сколько мышей светит слухачу, — и не мышью больше. Учти, это последняя цена, а если не согласен, возьмем другого слухача. Да, — Роланд таинственно усмехнулся, — говорят, что там, куда мы идем, видели самочку.

При слово «самочка», слухач недоверчиво фыркнул, мол знаю я такие разговоры, затем грустно, видимо, своему чему-то, вздохнул и кивнул головой. Согласен.

Наш отряд опять двинулся вперед.

Уже на первом привале я узнал, что этот спектакль, без изменений, всегда повторялся между слухачем и старшим группы при выходе за периметр. Всегда, когда в группе находились первоходки. Так называли тех, кто первый раз выходил в клоаку.

А цель у этого действа была простая. Как ни крути, а клоака не курорт, и даже бывалые ходоки из разведроты легиона, которые в клоаку ходили почти что каждый день, и тем было иногда не по себе.

А тут необстрелянные, увидят чего, да как начнут сдуру палить во все стороны, и положат всех. Случаи бывали.

Соответственно, в процессе спектакля, новички отвлекались и незаметно сами для себя впитывали атмосферу клоаки. Поговаривали, что эта комедия ломалась также и для нее — клоаки. Читает вишь, она мысли входящих в нее и видит намерения. А кому понравиться, если в твои владения лезут со смешанным чувством опасения, агрессии и готовности палить во все и вся при малейшем движении.

А так, смотри, какие гости забавные. И смешные и совсем не злые. Зачем их кушать?

Так это или не так, никто достоверно не может быть уверен. Но те, которые не соблюдали эту традицию не возвращались. И это факт. Естественно не все те, которые следовали обычаю возвращались. Но процент выживших был повыше.

Ночь прошла без происшествий и наш отряд опять двинулся вперед. Шли ходко, но не торопясь.

Пейзаж среднерусской местности убаюкивал своей безмятежностью. Казалось, вот невдалеке группа березок стоит, а рядом, со склона, веет прохладой ручеек. Журчит, зовет, подойди напейся путник ты же устал. А березы шумят листвой в такт, приляг, отдохни, ты устал. Ага, счас!

После того, как Кеша, решил присесть на замшелый валун, чтобы завязать шнурок на берце, который не кстати ослаб, а Хант молниеносно двинул ему с ноги в челюсть, да так что вампир пролетел метра три и завис в воздухе подхваченный на лету Роландом. И все увидели во что превратился милый замшелый валун до того момента, как его чистильщики не распылили на атомы, всем резко расхотелось наслаждаться умиротворенностью и все также резко вспомнили предмет по флоре и фауне и психофизическим характеристикам еже с ними.