Поддаться
Шрифт:
Его глаза встречаются с моими, рот открыт. Я вижу искры в его глазах, напряжение в его руке уходит, и думаю, что Круз возвращается ко мне. Он возвращается назад из транса и не будет бояться любить меня и говорить об этом.
Круз закрывает свои глаза, чувствуя мое сердцебиение под своей рукой. Я шепчу:
— Я знаю, что ты любишь меня.
Его расслабление временное, потому что сейчас я вижу, как мрак вновь окутывает его взгляд. Круз морщится и убирает свою руку:
— Женщина, ты заблуждаешься. Я не люблю тебя, Харлоу. Трахаться — это не любовь. Посмотри. Я трахаю, потом ухожу.
Я трясу головой:
— Нет,
Круз идет к холодильнику, достает бутылку с пивом, открывает и кидает крышку в раковину:
— Нет, я не люблю тебя, черт подери! Что я должен сделать, и сколько это займет времени, чтобы убедить тебя в этом? — Он подходит настолько близко, что наши носы соприкасаются. Мое дыхание сбивается. Я вдыхаю запах человека, которого люблю. — Ты изменила меня. Я никогда не возвращался. Ты была первой. Но твоя киска не золотая, чтобы заслуживать два с половиной часа езды. Если я хочу киску, то могу достать ее в любом месте, в любое время, в немедленное распоряжение.
Уходя, он допивает остатки пива, и Уиллоу пытается пробраться к нему со сжатыми в кулаки руками и готовая к драке:
— Ты нехорошая задница! Я предупреждала ее! Портер говорил мне про твои делишки, и я предупреждала ее. Кто тебе разрешал трахать ее своим заразным членом? — она поворачивается ко мне. — Извини, Харлоу. Я не хотела этого.
Прежде чем Круз получает шанс ответить моей подруге, я слышу какой-то шум из спальни. Там что-то падает.
У моего парня кто-то есть. Он с кем-то, и этот кто-то в его комнате. Я поймала его. Вот почему это все. Когда он понимает, что я слышу, то пожимает плечами. Вид удовлетворения на его лице. Но это не его лицо.
— Что я тебе говорил. В любом месте в любое время, — Круз самодовольно ухмыляется. — Я тебя могу похвалить в нескольких вещах, Харлоу. С тобой фантастически спать. Ты горячая, но разрушительная. Тот багаж, что ты имеешь, превышает мои возможности. Ты говорила сама, что ты сумасшедшая. У меня были такие, но ты… ты самая-самая.
Я даже не думаю о тех словах, что он говорит, когда кидаюсь на него. Я бью кулаками, шлепаю и царапаю его, не давая опомниться, так как движения мои быстры.
Я кричу на него, не слыша себя, но зная, что слова, которые вторгаются в мой мозг, в мою душу, разрушают их. Разбивают мне сердце.
— Я могу понять, что ты не хочешь быть со мной, потому что я сумасшедшая, но я не позволю, чтобы мне изменяли. Я мирилась с этим годами и боролась за место первой, когда не была ей. Я хочу быть первой! Я устала быть второй. Мне все равно, кто там. Я знаю, что я вторая снова и ненавижу тебя за это! Я ненавижу тебя!
В моем теле больше нет сил.
Все, что я могу, это тысячу раз сказать «я ненавижу тебя!». Круз стоит, пытаясь принять это, пока Уиллоу не оттаскивает меня. Я бью ее, когда она берет меня за плечи. Я не вижу его лица из-за слез. Он отталкивается от стойки:
— Правильно. Подтвердила, какая ты сумасшедшая. Продолжай. Это дает мне больше причин быть счастливым.
Я не могу дышать.
Нет воздуха.
Здесь нет воздуха.
Нет ничего.
О, Господи, помоги мне! Пожалуйста, кто-нибудь, помогите мне!
Уиллоу тащит меня к двери, пот течет с моего лица.
Я уйду, но у меня последний вопрос к человеку, которого люблю, перед тем как мое сердце разобьется, как стеклянный шарик. Я поворачиваюсь и смотрю на Круза в последний раз. Он выглядит искренним, руки сложены на груди, ноги расставлены в стороны в оборонительном положении. Глотаю слезы, чувствуя соль:
— Почему? — спрашиваю я.
Он останавливается, смотря на меня, мимо меня, и отвечает. Наконец-то.
— Потому что я могу.
Глава 18
Время, когда нельзя вернуться назад
Круз
— Ты знаешь, я действительно не хотел играть в этом никакой роли, правда?
Я киваю Максу, который выходит из моей спальни.
— И ты знаешь, что как только Харлоу и Уиллоу вернуться домой, Уилоу скажет Портеру все, и он вышвырнет тебя отсюда?
Снова киваю.
— И ты знаешь, что все, что ты сейчас сказал ей, ты не сможешь забрать назад? Она возненавидит тебя.
Я выдыхаю и смотрю в окно на нашу пристань. Знаю, что то, что говорит Макс — правда.
— Круз, ты будешь говорить, или мы просто будем стоять здесь и ждать апокалипсис?
Пока смотрю на Макса, под ложечкой снова сосет:
— Я уже собрал большую часть своего дерьма. Жду от Портера первых новостей завтра. Я удивлен, что Кроу не позвонил ему в первую очередь после того, как оставил мне сообщение, что Харлоу на пути сюда, и я… — Я делаю паузу, думая о том, что сказал ей. Как я уничтожил ее. Уничтожил единственного в жизни человека, которого любил, в ком был уверен. И она меня любила взаимно, не думая, что я за человек. — Я хотел, чтобы она меня ненавидела. Это единственный выход.
Макс сидит рядом со мной на диване, доставая бутылку «Джека» из шкафа и несколько шотов. Меня трясет, как на двадцатиградусном морозе, но я сижу здесь на диване, не понимая, что сотворил. Мои колени трясутся так, что бряцают кости.
— Что сказал Кроу в сообщении?
Я откидываюсь в кресле назад и чешу свою двухдневную щетину:
— Он назвал меня сукиным сыном, и что я лучше бы не играл в игры с его сестрой, и что он убьет меня.
Макс трясет своей головой в знак согласия:
— Кроу грубый. Удивительно. Не думал, что он способен на это. Я слышал, что он сделал с Ноксом.
Этот хрен Нокс разрушил Харлоу, когда она встретила меня. Теперь моя девочка все там же, где была до меня, и это убивает меня.
Макс наливает два шота:
— Я уверен, что Харлоу купилась, думая, что в твоей комнате там была девчонка.
Мы не чокаемся шотами. Мы не радуемся тому факту, что я разбил кому-то сердце. Мы просто стараемся выпить янтарную жидкость, надеясь, что она согреет мое тело и остановит дрожь, но мне холодно, моему сердцу и душе холодно.