Поддаться

Джозеф М. Р.

Когда он терзает мои соски и ладонями мнет груди, я выгибаюсь от неумолимого удовольствия, и Круз врывается в меня. Клянусь, если бы я не сдерживалась, оргазм захватил бы меня, и я была бы потеряна и расстроена тем, что все так быстро закончилось. С Крузом, невозможно сдержаться. Его нежность и сила не похожи на все то, что я могла себе представить. Я никогда не думала, что могу быть с таким человеком, который делает это со мной. Губами он усиливает мое освобождение, когда опускается на меня, пробуя меня, как будто я его последняя еда. Облизывая меня, всасывая клитор и вторгаясь

во все чувствительные области, с которыми он так хорошо знаком. Он снова и снова приносит мне удовольствие. То, как он сжимает мои бедра, только чтобы подтянуть мою киску ближе к своему рту, честно говоря, уже может заставить меня кончить. Смотря на его макушку, хватаясь за густые волосы и наблюдая за тем, как он пробует меня, я чувствую, что меня заносит. Когда Круз поднимается и целует меня, я могу ощутить свой вкус на его губах и поймать себя на мысли о том, что раньше мне было неудобно, но с этим человеком нет ничего жарче, ничего более эротичного чем то, что мой вкус остается на языке человека, которого я люблю. Боже, все, что он может сделать своим ртом.

Это так интимно и жарко! И единственный подарок, который мне нужен на Рождество, — это мой любимый полицейский.

Мы соприкасаемся телами с криками и стонами, которые, уверена, слышат мои соседи, но мне все равно. Я хочу, чтобы все было так. Когда мы трахаемся, я обнаруживаю, что мне нравится все больше и больше, когда мы это делаем. Круз любит экспериментировать, и я открываю для себя, что мне тоже это нравится. Когда мы занимаемся любовью, это другая история. Наш кайф — находиться рядом друг с другом, завернувшись в запутанный беспорядок губ, рук, ног и языков.

Да, когда я с ним, я вижу звезды. Я согреваюсь в красоте наших тел. Мы без всяких слов понимаем друг друга. В кино показывают, как все выглядит гламурно. Иногда и с нами такое происходит. В других случаях это сплошной умопомрачительный, горячий-как-блять-хрен, засунуть-вишню-на-верх-мороженого и трахни-меня-на-следующей-неделе, опыт.

Когда мы заканчиваем, Круз хватает одеяло с дивана. Он прижимается к моей спине и заворачивает нас, и мы любуемся красотой мерцающих огней.

— Это было невероятно!

— Я скажу горячо, — шепчет, обнимая меня своими большими руками. — Прошел почти месяц, малышка, — он весь светится и хлопает ресницами.

Я знаю, сколько времени прошло. Секс по телефону воспринимается так далеко. Ничто не сравнится с реальной вещью.

— Спасибо, Круз. Это так удивительно и невероятно. Моя первая елка в моем первом доме. Я не знаю, как тебя благодарить.

Он целует меня в щеку и садится:

— Не нужно благодарить меня, Репка. Но есть еще кое-что.

Я сижу, прижимая одеяло к своему телу:

— Еще? Что еще можно сделать?

Круз идет к елке и извлекает две маленькие коробки, а я смотрю на его прекрасную голую задницу. О, Господи, мне так нужно это под своей елкой!

Круз поворачивается ко мне, улыбаясь:

— Ну, подарки, конечно, и перестань пялиться на мою задницу.

Я сбита с толку. Я в шоке и быстренько пытаюсь все переварить. У меня еще не было возможности подарить ему что-нибудь, и теперь я чувствую себя неловко из-за этого.

— О,

малыш, я еще ничего не купила тебе. Просто не ожидала, что ты приедешь на Рождество.

Круз вручает мне первую коробку, и я колеблюсь.

— Открой, Репка! Она не кусается.

Я срываю блестящую бумагу и вижу белую квадратную коробку. Вскрываю крышку и вынимаю салфетку, лежащую сверху, бросая ее в сторону.

Я вытаскиваю… кружку. Да, кружку. На ней написано «Я люблю копа». Я смеюсь.

— О, дорогой, тебе не стоило.

Он улыбается мне.

— Хитрая задница!

— Загляни внутрь.

Я достаю из кружки футболку. Голубого цвета, как его глаза, и с надписью «Собственность полиции Сэнди Коув».

— Тебе нравится?

Я лежу на груди Круза. Улыбаюсь ему. Моя улыбка такая большая. Мой полицейский. Я собственность Круза.

— Конечно, мне это нравится! Это же твой подарок.

С дьявольской усмешкой и приподнятыми бровями он говорит мне:

— Ты будешь надевать каждую ночь, пока меня не будет здесь, но когда я с тобой, я хочу, чтобы ты не носила трусиков. Поняла?

Я киваю:

— Поняла.

Я наклоняюсь над ним и целую.

— Так прекрасно, — шепчет Круз напротив моих губ. — Открывай следующую коробку.

Это маленькая коробка, длинная и прямоугольная. Я рву бумагу, чтобы открыть, и достаю какой-то сертификат.

— УMCA?

Он кивает головой:

— Это абонемент на уроки плавания.

Я изумлена подарком. Это не бриллианты. Не жемчуг. Это не билеты на экзотический остров. Это что-то от души. Что-то, в чем я нуждалась, и думаю, что это самый ценный подарок, который я когда-либо получала.

— Для тебя будет много значить, если я это сделаю, да?

И я знаю, что да, но мне нужно прояснить. Круз берет мою руку и кладет ее на свои губы. Целуя каждый пальчик, он переходит к ладони:

— Ты ценный груз, моя дорогая, и я хочу тебя спасти. Ты упоминала об этом, когда погружала пальцы в воду, и я подумал, что это было бы здорово.

Я дотягиваюсь до него, чтобы дотронуться до его прекрасного лица, чтобы посмотреть в его прекрасные глаза, почувствовать его прекрасную кожу:

— Это превосходно. Ты мне нравишься.

Наши губы встречаются, и Круз дарит мне такой поцелуй, который должен быть занесен в Книгу Рекордов Гиннеса, как самый страстный и наполненный любовью поцелуй.

Этот поцелуй начинает второй раунд с моим прекрасным мужчиной.

***

Рождество было прекрасным. Кроу, Грета и я провели ночь с родителями, просыпаясь под мамины французские тосты и от того, что папа все время заставлял нас открывать подарки по одному. Мама была немного сентиментальна, потому что понимала, что это будет последний раз, когда все трое ее детей собрались, чтобы провести рождественское утро.

А у меня никогда может не быть. Я могу усыновить ребенка. Не представляю свою жизнь без детей. Если я останусь с Крузом, который дал мне понять ранее, что он не хочет детей, то мне придется или смириться, или мы должны будем обсудить это. Я забегаю вперед. Но человек не может каждый день говорить, что он тебя любит, хотя я знаю, что это правда.