Подчинись мне
Шрифт:
Автобус тут вообще вряд ли ходит. Да и кто посадит меня туда бесплатно?
Обняв себя руками, все же решаю спуститься на первый этаж. Абрамов — озабоченный мудак, но все же не похититель. Надеюсь на это. Хочется верить, что когда хозяин дома вернется, куда бы он не отправился сейчас, мне удастся уговорить его отпустить меня.
Только вот куда идти?
Первым делом, думаю, поеду к маме. Все же зря я не спросила совета. А, может, и вовсе зря отказала ублюдку Абрамову. Секс с ним решил бы все мои проблемы, которые он же и
Но у меня в голове никак не укладывается мысль продавать свое тело за деньги. Это аморально и неправильно. Это мерзко.
В просторном холле, куда я попадаю, Никиты не видно. И я, на всякий случай, подхожу к огромному панорамному окну, пытаясь разглядеть своего ученика на улице.
Красивая ухоженная территория, несколько машин и забор, метра в три высотой. Попытка побега вновь отпадает сама собой. Я пока не обладаю навыками Человека-паука, чтобы запросто вскарабкаться на такую стену. А, жаль. Такая способность сейчас бы, ой, как пригодилась.
— Добрый день!
– неожиданно слышу позади себя приятный женский голос.
У меня даже дыхание спирает. Не знаю почему.
Щеки тут же багровеют, и я отчетливо начинаю ощущать наготу под футболкой. Незаметно стараюсь натянуть ткань ниже, чтобы как-то скрыться. И только убедившись в бесполезности этого занятия, разворачиваюсь к говорящей.
— Здравствуйте, - произношу робко, сглатывая неприятное напряжение.
Незнакомкой оказывается принятая на вид женщина средних лет с тугим пучком на голове и добродушным взглядом. Мне на секундочку становится легче, пока не начинаю думать о том, в каком амплуа предстаю перед ней я.
Абрамов прямо-таки мастерски выставляет меня своей подстилкой, вынуждая всякий раз отчетливо прочувствовать этот образ на себе.
На автомате хочу сказать, что не имею со шлюхами Тимура ничего общего, но женщина не дает мне этого сделать.
— Я - Алла Егоровна, - улыбается мне она.
– Управляю тут всем. Простите, но ваша одежда пока не готова, но совсем скоро я ее принесу. Пойдемте пока на кухню, покормлю вас. Вы, наверное, голодная.
— Если честно, очень, — признаюсь, потому что управляющая умеет расположить к себе. Странно даже представить ее рядом с Абрамовым.
– Я Варя, - тоже представляюсь. Вряд ли Абрамов удосужился сделать это за меня.
— Очень приятно, Варвара, - кивает Алла Егоровна.
– Пройдемте, кухня у нас там, —показывает куда-то в сторону, и я следую за ней.
— Простите, а вы не видели, куда пошел Никита? — интересуюсь. Правда, пока не знаю, о чем буду говорить с ним. Еще и голова раскалывается.
— Разве он уже вернулся? — оборачивается на меня женщина.
– Вчера после школы его забрал к себе дед.
— Да, - растерянно утверждаю.
– Буквально только что я столкнулась с ним на втором этаже. Но он убежал.
— Наш Никита не слишком общительный мальчик. У него бывает такое.
— Какое?
— Ну, закрывается
Да уж. Застеснялся.
— Ясно. Очень надеюсь, что вы правы.
— Конечно, права, - по-доброму усмехается Алла Егоровна. — Мы все здесь отлично, знаем нашего мальчика. С самого детства.
— И. я хотела бы прояснить кое-что...
– все же не выдерживаю.
– Я сейчас не очень прилично выгляжу, но... я нормальная, понимаете? Я учительница Никиты. Работаю в школе. Работала, если быть точнее. И я... В общем, с хозяином этого дома меня больше ничего не связывает. И, надеюсь, связывать не будет. А мои вещи... Он просто...
Алла Егоровна вдруг останавливается.
— Знаете, Варвара, я еще ни разу не видела, чтобы Тимур Александрович относился к кому-то с таким трепетом. А ваша одежда, она была перепачкана рвотой. Пришлось ее постирать. Похоже, ночью вы где-то неплохо провели время. Но я не осуждаю, вы не думайте. Со всеми бывает.
Господи! Меня что, рвало? На Абрамова, надеюсь?
Хотя, нет, я бы не хотела, чтобы он видел, как меня выворачивает наизнанку. Уверена, зрелище не из приятных.
И... «с трепетом»? Она точно сейчас про Абрамова?
А... что, если в нем все же есть что-то нормальное? Ну, там внутри, очень глубоко? Нужно просто копать тщательнее.
— Присаживайтесь, Варвара, - женщина указывает мне на место возле массивного овального стола.
– Сейчас я распоряжусь, чтобы вас покормили.
ЕДа оказалась очень вкусной. По-домашнему. Хоть и выглядела как в ресторане. Красивая посуда, блестящие столовые приборы. Идеальной чистоты стакан со свежевыжатым соком. Это вам не мои тарелки, с отколотыми краешками, которые до сих пор жалко выбросить.
Снова вздыхаю, понимая, что не готова продать свое тело. Даже ради идеальной жизни в таком большом доме.
А у меня ведь еще мама... И возможность отправить ее в зарубежную клинику.
Позже мне, действительно, приносят мою одежду. Но только ее. Ни телефона, ни денег среди вкусно пахнущих тряпок я не нахожу. Зато прошу Аллу Егоровну разрешения позвонить с ее номера и набираю маму. Спешу уверить, что все в порядке, и я скоро приеду к ней.
И мне очень хочется в это верить. Иначе никак.
Под футболку натягиваю белье, а остальную одежду откладываю в сторону. Сейчас слишком жарко для свитера и джинс. Но когда трусики на месте, я уже чувствую себя гораздо увереннее.
Наивно полагая, что что этот кусок ткани способен защитить меня от притязаний хозяина дома.
Время тянется медленно. Мне разрешают передвигаться по дому и участку, чем я, собственно, и занимаюсь. Хочу найти Никиту, но безрезультатно. Его нигде нет.
Алла Егоровна сказала, что «их мальчик» любит подолгу гулять. Быть может, и сейчас он просто проводит время с друзьями, а я надумываю себе всякого?