Подчинись мне, Софи
Шрифт:
— София, выйди из машины. — настойчиво вторгается в мои мысли Максим, внезапно оказавшись возле открытой дверцы пассажирского сиденья.
Игнорируя его руку, иду прочь к дому. Нет сил сейчас с ним спорить и это при том, что я полна энергии. Внутри лишь пустота и страхи. Такой загнанной я себя еще никогда не чувствовала.
Знаю, что он рядом, что смотрит жадно, оставляя на теле ожоги от взгляда, знаю, что в голове его сейчас крутятся самые темные желания и это пугает больше всего. Хочется зарыться под такое чужое одеяло и уснуть, хотя догадываюсь, что из-за всего сон не придет. Пусть даже так, только бы Максим
Всю дорогу на второй этаж ощущаю тяжелые неспешные шаги позади меня и боюсь лишь того, чтобы он не пошел за мной. Боятся мало и у меня есть совсем маленький шанс на спокойную ночь. Не знаю, как далеко он от меня и успею ли, но делаю хоть что-то для того, чтобы убежать. Быстрый рывок вперед и вот я уже бегу по лестнице к комнате, выделенной для меня. Мгновенно запрусь и путь хоть дверь выломает. Позади от притока адреналина ничего не слышу, кроме собственного дыхания и колотающего сердца. Остаётся всего-то несколько шагов к заветной цели. Хватаюсь за ручку двери и тяну ее на себя, но она с жутким грохотом закрывается перед моим носом, а мое тело совсем неаккуратно разворачивают и прижимают к холодной поверхности.
— До чего же ты предсказуема, наивная птичка… — украдкой шепчет Максим мне прямо в губы, оставляя между нами жалкие сантиметры пространства, что сразу наполняется запахом мужского тела.
23
Он проникает внутрь меня и с бешеной скоростью распространяется по телу дикой волной жара. Максим пахнет как самая порочная фантазия вперемешку с древесными нотками. Каждый дюйм моего тела отзывается на него, посылая к моему центру пульсирующий разряд тока. Нет, это совсем неправильно и лучше я умру, чем он узнает, как влияет на меня.
— Отойди, я хочу спать! — шиплю ему в лицо.
Должного эффекта это не производит и на пухлых губах растягивается наглая ухмылка. Хочется содрать ее с лица вместе с кожей. Внезапно он начинает смеяться, смотря мне в глаза, как будто я — глупый ребенок.
— О, нет, сегодня ночью тебе точно будет не до сна…
Он резко хватает меня за руку и невозмутимо ведет в конец коридора. На мои жалкие трепыхания и удары Максим никак не реагирует, будто меня тащит не человек, а танк, не видящий преград перед собой.
***
Ждать больше не было смысла. Максим до одури хотел Софию и пусть сегодня не намерен думать о своем удовольствии. Этой ночью он сделает первый шаг к раскрытию ее чувственности и женственности. Подарит ей незабываемое удовольствие, унося на край небес. Каждый раз он будет заставлять птичку чувствовать себя извращенной нимфоманкой, пока девочка сама не поймет, настолько сильно хочет мужчину. Может это прозвучит слишком самонадеянно, но Максим давал ей от силы неделю, чтобы София сама приползла к нему за новой порцией ласки и удовольствия.
Ногой он открыл дверь в свою спальню и прямо-таки приволок внутрь девочку. Слишком неаккуратно и собственное возбуждение давало о себе знать. Хотелось содрать с нее одежду, втянуть в рот нежную
Резко развернул к себе девочку, стоя посреди комнаты. Увидел в глазах сопротивление и непокору, я сам себе улыбнулся, отмечая, насколько это сильно заводит его. София пыталась освободиться от крепких рук Максима, что сжимали ее плечи, но попытки провалились с треском. Когда уж совсем надоело ждать, мужчина быстро притянул ее к себе и шепнул на ушко фразу, что смогла утихомирить строптивую, хоть и не надолго.
— Если будешь вести себя тихо, то обойдемся сегодня без проникновения. Если же будешь продолжать в том же духе, оттрахаю жестко до тех пор, пока не насыщусь тобой до предела. — очень тихо и в то же время доступно сказал он, и видно, что сделает так, как говорит.
Пользуясь ее замешательством, Максим резко сдернул легкую ткань платья. Послышался хруст ткани, а после тяжелый мужской вздох. Зря все-таки поверил в свою выдержку и решил не думать о собственном возбуждении. Но удовольствие Софии важнее и то, что он получит взамен уже очень быстро.
Тряпка упала к ногам девушки, и кожа покрылась мелкими светлыми пупырышками. На девочке были лишь кружевные бикини и в туфлях на каблуке она выглядела сногсшибательно возбуждающе и будоражуще мужское сознание. София решила прикрыться руками, но времени на это не было. Максим опрокинул ее на большую кровать и начал действовать быстро, пока птичка ничего не поняла. Снял черный галстук и завернув его вокруг тонких запястий, привязал к изголовью кровати.
— Отпусти меня немедленно! — испуганно пропищала девочка, пытаясь вырваться. — Зачем… Зачем ты это сделал?
Она безуспешно дергала ручками, пытаясь освободиться, но ничего не получалось. Захват был слишком сильным. В комнате стало очень жарко, стоило Максиму бросить мимолетный взгляд на нежное нетронутое никем тело без единого изъяна. Бархатистая кожа блестела, в свете луны и вся кровь моментального прибыла к члену, делая его каменным за считанные секунды. Он снял черную рубашку и отбросил ее подальше, оставаясь в брюках, что низко сидели на бедрах и совсем не скрывали внушительную эрекцию. Нужно было действовать очень осторожно и быстро, ведь в глазах девочки с каждой секундой возрастала паника. Она судорожно извивалась на кровати, пытаясь высвободиться, но все тщетно.
24
В мгновение ока мужчина оказался уже над ней, нависая сверху. Попытка пнуть его закончилась фиаско, как только Максим припал к напряженному соску. Он покусывал острую вершинку и моментально зализывал ноющую ранку, даря некое блаженство. Честно говоря, Максим не знал, что сейчас творится в голове Софи, но, как только его язык обрушился на нежное тело, попытки освободиться понемногу прекращались.
Мужчина ласкал острые розовые соски девочки, перекатывал их между пальцами и вновь облизывал шершавым языком, заставляя тело птички покрыться гусиной кожей. Максим медленно прокладывал дорожку из поцелуев от груди к мочке уха с маниакальной жадностью пробуя на вкус каждый миллиметр кожи. До чего же сладкая и порочная в своей невинности, София пробуждала в нем невиданное ранее желание. Остановился возле уха и очень хрипло прошептал: