ПОЧЕМУ И НЕТ?

Головчук Александр Данилович

Задача - доехать до Риги. И уцелеть.

Вы уже отводили от меня погоню, Сергей Александрович, и Бог вам помог. Сейчас задача неизмеримо важнее. Отведите беду и от князя Куракина.

Вот и все.

Вопросы? Пожелания?

–  Если позволите, Вениамин Андреевич, пусть возницей с князем мой управляющий пойдет. Если он согласится сам, конечно. Надежный человек.

–  Хорошо, вам виднее, Сергей Александрович.

Ступайте с Богом.

Когда шел домой мороза не чувствовал совсем. Кажись, я нашел очередное приключение на свою… голову.

Гаврилу

уговаривать не пришлось. Как только он узнал, что мне, или вернее нам предстоит, сразу встрепенулся как боевой конь при звуке полкового горна. Закис скоморох без дороги. Решился моментально, даже все хозяйственные дела отложил. Короче, сборы он взял на себя. Сани, лошадей теплую одежду, сухпай для людей и коней.

За мной было оружие, документы и деньги. Сменный измайловский мундир с зимней фуражкой уже лежал на лавке в светелке.

Собрались быстро. Я выехал верхом и помчал к дороге, а Гаврила направил сани к штабу. И с каким же удовольствием он, затянутый в тулуп, восседал на облучке. Точно, застоялась бродяжья кровь.

Померзнуть мне пришлось изрядно. Не торопился с отъездом князь Куракин. Наконец, вот они, на дороге показались нужные мне сани. Стоило им подкатить к столбу, где я уже заждался, как князь моментально выпрыгнул из саней, заскочил за разлапистую ель и скинул с себя шубу. Я тоже сбросил шинель и фуражку. Мы обменялись одеянием и князь тут же скрылся за ветками елок, где был привязан заседланный конь. Он не сказал ни слова, только глянул в глаза, словно что-то там выискивая, да руку мне пожал наудачу.

Обмен занял всего секунд десять, не более.

Даже если кто-то следил со стороны за санями, то у них бы сложилось впечатление, что просто пассажир сделал остановку чтобы справить нужду.

Я рухнул под овчинный полог, а Гаврила, гикнув, погнал коней дальше.

ГЛАВА 17

–  Не мерзни, ващесиясь. Сейчас с ветерком пойдем.
– Заорал Гаврила размахивая кнутом.
– Наддай, залетные! Ожгу…!

Тройка набирала ход под перезвон колокольцев.

–  Ты чего, Гаврила? Какой я тебе сиятельство? Чего несешь?

–  А привыкай, ты теперь - Борис Алексеевич, да еще и сиятельство до самого конца дороги ну а я - слуга твой, стало быть.

А ведь прав Гаврила. Если уж работаешь приманкой - делай это на совесть, без халтуры. Да и вообще, в лицедействе скоморохи всегда были непревзойденными мастерами. Значит - слушаем специалиста.

Дорога предстояла не самая близкая, от Смоленска до Риги. Это выходило где-то порядка семисот верст. Сперва - до Рудни, после - на Витебск, дальше - на Полоцк за ним Динабург и Кокенхузен или в другом варианте Куконос, а там уже и Рига.

Десять дней в относительном комфорте на почтовых тройках при доброй дороге и отличной погоде. И где-то там, на дороге меня и попытаются грохнуть.

Ничто не ново под луной. Наверное, подобным макаром и в неолите кандидата на вождя недовольные конкуренты пытались

убрать втихаря, когда он вдали от людей с помощью дубины с кремневыми шипами добывал ритуальный трофей. Да и в моем времени ассортимент способов решения подобных проблем был весьма широким, от автокатастрофы до подрыва офиса.

Принцип всегда один. Нет человека - нет проблемы. Мудрый дядя это говорил. Очень мудрый, знал толк в устранении конкурентов и в способах ведения борьбы за власть.

Как вести себя в роли приманки я не успел толком продумать. Хоть мы и имеем с князем известное сходство распознать подмену вблизи довольно легко. Гаврила же предложил самый простой, но зато действенный способ маскировки.

Положим, заболели у барина зубы. На морозе да ветру застудил так и ходит с перевязанной щекой. А че, раз князь так не человек, что ли? И под это дело мне и говорить почти не приходилось и по голосу выходит теперь не распознать. Везде расторопный слуга успевал за страдающего болью барина и сказать, и спросить, и прикрикнуть.

Роль слуги Гаврила отыгрывал на отлично. Вылитый Труффальдино из Бергамо.

Услужлив был до приторности, многословен и суетлив. Артист.

В Рудне заночевали спокойно. Я не выходил из комнаты, ужин заказал скромный, как и положено хворающему. Ночью спали по очереди, причем большую часть дежурства я взял на себя. Гавриле днем на облучке мерзнуть, пусть хоть чуть больше отдохнет.

В принципе на такое быстрое нападение мы и не рассчитывали.

Убийца - он тот же хищник. Выследил, подстерег или подобрался, а уж после - напал. Пока же слежки за собой не наблюдали. Хотя, береженого Бог бережет.

Да вот и знакомое лицо мелькнуло на улице во время завтрака. Эту рожу я уже как-то засекал. Точно! Видел в Смоленске перед самым отъездом. Похоже, все-таки слежка нарисовалась.

В Витебске убедились в этом полностью. Опять та же физиономия мелькнула, да теперь уже и не одна, а в компании еще трех личностей. А мы ведь ходко ехали - на перекладных. Видимо и эти братцы-кролики добирались похожим способом.

Ужинал я опять в комнате, а вот Гаврила - в общем зале, где и наши соглядатаи. Изображал тихого алкоголика, который втихаря от барина бухает винище.

Я с нетерпением ждал его возвращения из разведки.

Ждать пришлось долго, почти до полуночи. Наконец появился мой управляющий с одновременно довольным и встревоженным лицом. Этакий забавный винегрет чувств на лице.

–  Вашсиясь, сегодня можем спать спокойно. Нас завтра убивать будут. Все что надо я разузнал.
– Гаврила азартно потирал руки.

–  И все…, больше добрых новостей нет. А недобрые будут такие….

Вот первая. Люди, что будут это делать - не простые разбойники и не тати. Все бывшие вояки из армии Костюшко. Живут с сабли. Шесть человек их будет. Командует кто-то из армейцев. Офицер с виду. Только треуголку да шубу видел. Дородный да рослый мужчина. Дышит тяжело, наверное, не строевик. Ну и еще двое, что за нами от Смоленска едут. Шпыни, но тоже не простые. Мокроделы.