Поцелуй злодея

Кент Рина

И все же прямо сейчас его большая грубая рука и пульсирующий жилистый член подталкивают меня к незнакомому краю.

Мои органы чувств переполнены им: лесной запах, поразительные глаза, угрожающая змея. Наши запахи смешиваются в эротическом тумане.

Полностью мужском.

Полностью, блять, мужском.

Ни цветочных духов, ни нежных прикосновений, ни сисек.

Только твердые мышцы и мощные, болезненные и полностью контролируемые прикосновения.

Это не должно было меня возбуждать,

но я вжимаюсь в него и стону, пока он размазывает по нам сперму.

— Я сказал, — он замедляет шаг. — Повтори.

— Пожалуйста, — мой голос настолько хриплый, что я едва узнаю его, но мне все равно. Если он снова остановится, я могу умереть от разочарования.

Мой разум погрузился в блаженную дымку, когда я вцепился в его руку.

Он трет нас друг о друга сильнее, быстрее, и мои глаза закатываются к затылку.

— М-м-м… твой член так хорошо ощущается. Ты весь течешь по мне.

— Блять… блять… я… я…

— Вот и все. Падай. Почувствуй, что ты делаешь со мной, малыш.

— Блять… о, боже… пожалуйста… я уже близко… пожалуйста…

— Такой нетерпеливый. Такой чертовски красивый, — он стонет, в его голосе звучит похоть, когда он сжимает нас с этой греховно приятной грубостью. — Кончи вместе со мной, малыш.

Не знаю, то ли из-за его слов, то ли из-за его прикосновений ко мне, то ли из-за всего вышеперечисленного, но я не могу сдерживаться.

Но хотел бы.

Если бы в меня не вкололи наркотики, я бы сдержался и убедил себя, что мне противно, страшно и откровенно жутко.

Я бы дал отпор.

Именно это я говорю себе, когда кончаю так сильно, как никогда раньше. На его член. Струи моей спермы разлетаются во все стороны, и он присоединяется ко мне с гортанным стоном.

Наша сперма смешивается, покрывая его руки, забрызгивая мой пресс и его бедра.

Я напряженно моргаю, но в голове полная каша.

Пытаюсь найти в своих воспоминаниях оргазм лучше чем этот. Потому что это необходимо, чтобы вернуть мое здравомыслие, но натыкаюсь только на пустоту.

Я одновременно взволнован и очарован тем, что это лучший оргазм, который я испытывал за почти двадцать два года жизни.

— Какой беспорядок. Всегда, блять, беспорядок, маленький монстр, — размышляет он, его голос грубее, глубже и, если бы мне нравились мужчины – а мне они не нравятся, – привлекательнее.

И по какой-то причине, по какой-то гребаной причине, которая также называется наркотиками, я не могу перестать кончать, глядя на него, пока он продолжает дрочить, используя нашу сперму в качестве смазки.

Это отвратительно.

Я повторяю себе это снова и снова, но потом он кое-что делает.

Этот ублюдок наклоняется

и обхватывает ртом мою головку, высасывая из меня сперму. Ощущение его горячего, влажного рта заставляет меня громко застонать.

— Бляяяять… черт возьми… гребаный ад…

Я кончаю ему в рот, не в силах остановиться, потому что почему, черт возьми, это так приятно?

Я никогда не воспринимал минет как что-то особенное. Так почему…?

Мой вопрос так и повисает в воздухе, пока он поднимает голову и слизывает сперму со своей руки, демонстративно облизываясь и позволяя мне смотреть.

Нашу сперму.

Его и мою.

Клянусь, гребаным Богом, я отрежу себе член, потому что даже после такого оргазма, этот ублюдок продолжает подергиваться.

Мои болезненные соски и покусанная грудь болят, когда он переползает через мое тело, но я не могу сосредоточиться на этом, когда он засовывает одну наполненную спермой руку в мои волосы, а другой хватает меня за челюсть.

Возможно, потому что я вымотан и не могу сопротивляться ему, или потому что он сильно сжимает мои щеки, у меня не остается выбора, кроме как разомкнуть губы.

Кейден наклоняется и выплескивает сперму прямо мне в рот.

Мою и его сперму. Мне в рот.

Его глаза темнеют, становясь почти черными. Я замечаю в них черные вкрапления, когда его лицо оказывается слишком близко к моему.

Среди серого цвета виднеются крошечные, любопытные черные пятна, совпадающие с оттенком его густых бровей и волос.

Он наблюдает за тем, как наша сперма скапливается на моем языке, не позволяя мне сглотнуть.

Затем он вводит два пальца внутрь и надавливает ими на заднюю стенку моего горла.

— Проглоти все до последней капли. Я хочу видеть, как это горло наполняется спермой.

Я невольно сглатываю вокруг его пальцев. Его стон падает на мою кожу, словно искаженное ласковое прикосновение.

Вкус отличается от прошлого раза, когда это была только его сперма. И ощущения еще хуже.

Более нездоровые.

Как человек, ненавидящий чужие прикосновения и жидкости, я не могу вызвать в себе чувство отвращения к его вкусу, поскольку поглощаю все, что он мне дает.

Я не могу перестать лизать и глотать.

Чертовы наркотики. Это должно быть из-за них.

Внезапно он вынимает пальцы из моего рта и встает.

Я продолжаю смотреть на него как в тумане, во рту пересохло, а тело стало горячим, потным и покрытым спермой, пока он освобождал мои запястья.

Они падают по обе стороны от меня, безжизненные, без всякой силы.

Длинные пальцы Кейдена касаются моей щеки.

— Ты был хорошим мальчиком сегодня.

Возникает странное ощущение.