Поцелуй под омелой

Сандерс Эллен

– А ты, похоже, навела обо мне справки, – усмехнулся Ричард.

– Врага нужно знать в лицо, – отрезала Камилла.

– Врага? Я не думал, что ты... Впрочем, у тебя есть основания обижаться на меня... Но, Ками, прошло столько лет!

– Измена не забывается.

– Измена?

– Да. Я смотрю, ты неплохо устроился. Сначала закончил учебу на денежки своего отца, а затем окрутил богатую невесту. У тебя роскошный дом.

– Достался по наследству.

– Наследницей, разумеется, была твоя благоверная.

– Не понимаю, к чему ирония. Ты ведь первой

предала нашу любовь.

Камилла окаменела.

– Что? Как у тебя язык повернулся сказать такое?! Я полюбила тебя с первого взгляда! Я думала о тебе и днем, и ночью. Мечтала стать твоей женой и нарожать тебе кучу детей. Мне было плевать, есть у тебя деньги или нет. Купим мы собственный дом или всю жизнь будем ютиться в крохотной съемной квартирке. Разве ты забыл о том, как поклялся мне в вечной любви? А наши свидания по ночам? Ты ведь очень боялся, что твоему отцу станет известно о наших отношениях! Еще бы! Я ведь не принадлежала к тому избранному обществу, представительница которого от рождения заслужила право быть твоей законной супругой. Кем я была тогда? Всего лишь девушкой из бедной семьи. А ведь я тогда еще жалела тебя. Думаешь, мне нравилось, что ты вынужден постоянно лгать отцу, прятаться и не спать по ночам? Но что я могла сделать? Для меня было счастьем уже то, что я видела тебя, целовала, обнимала...

– Камилла... – Ричард взял ее руку в свою, но Камилла тут же оттолкнула его.

– Ты спрашиваешь, помню ли я о тебе? Разве можно забыть твое первое признание в любви? Мы стояли посреди шумного потока машин, на пересечении Грин-авеню и Пятьдесят первой стрит... Мне было страшно, а ты смеялся и обнимал меня. Я чувствовал себя тогда самой счастливой женщиной на свете. Знала, что ты всегда будешь за моей спиной. Что, даже если я закрою глаза, ты переведешь меня через дорогу... А затем было то Рождество... мы пришли самыми последними к Нику и Сидни, потому что никак не могли вылезти из постели. Помнишь, какой ты был тогда страстный и неутомимый любовник?

Ричард кивнул. Он смотрел на Камиллу не отрывая взгляда, словно боялся упустить хотя бы одно слово или жест некогда любимой женщины. А сейчас? Какие чувства он испытывал к ней сейчас? Что изменилось за пролетевшие двадцать лет? Теперь они жили в разных странах, на разных континентах. У каждого из них была своя жизнь. Оба чего-то добились, а что-то упустили в своей жизни... Да, они уже немолоды. Камилле сейчас, должно быть, тридцать восемь. Ему сорок четыре. Времена бурной молодости и отчаянных поступков миновали. У них появились серьезные проблемы и заботы. Обязательства перед близкими.

– Стоит мне закрыть глаза, – продолжила Камилла, – как я снова слышу твой смех. В ту волшебную рождественскую ночь я всерьез полагала, что мы будем вместе до конца своих дней... Ник и Сидни предложили всем парам поцеловаться под веткой омелы. Помнишь, как мы были счастливы? Ты поднял глаза и указал мне взглядом на омелу. «Похоже, мы первые».

– А ты сказала, это значит, что на нас омела окажет самое сильное действие... – продолжил Ричард.

– Мы

долго целовались, а потом ты сказал, что через два дня улетаешь учиться в Лондон. Вот так все и было, – с горькой усмешкой закончила Камилла.

– А ты? Хочешь сказать, что ждала моего возвращения?

Камилла вспомнила тот день, когда Ричард улетел. Из аэропорта она отправилась к врачу и узнала, что беременна. А потом ее закружил вихрь событий. Ссора с родителями, уход из дома, поиски работы и жилья... Ричард не приехал на летние каникулы. Затем от Ника она узнала, что отец купил Ричарду юридическую контору и что вскоре Ричард женится на англичанке, которая неприлично богата.

– Я позвонил тебе через неделю. Твой отец не пожелал со мной разговаривать.

Камилла впервые услышала об этом звонке, а потому как завороженная уставилась на Ричарда.

– Я звонил снова и снова, пока трубку не подняла твоя мать.

– И что... что она сказала?

– Она сказала, что ты больше не живешь с ними. Что у тебя своя жизнь и... своя семья. Сказать, что я был поражен, – не сказать ровным счетом ничего. Я был убил, сражен наповал этим известием. Мог ли я поверить, что моя Камилла, милая, нежная Ками так быстро нашла себе другого? Я позвонил через неделю, когда понял, что сойду с ума, строя предположения о том, что могло произойти за время моего отсутствия. Твоя мать не пожелала дать мне твой новый адрес или хотя бы телефон.

– Она его не знала, – тихо ответила Камилла.

– Неужели?

Камилла кивнула. Уйдя из дому, она больше никогда не виделась с родителями. Джозефина изредка созванивалась с ними и даже пару раз навещала стариков. Однако Камилла взяла со старшей сестры клятву, что та ни словом не обмолвится с родителями о ней.

– Я решил, что ты вышла замуж и уехала из Нью-Йорка. Тогда я пошел на компромисс с отцом и... Ну, дальше ты все знаешь. Я сполна заплатил за сделку с собственной совестью.

– Ты счастлив? – Камилла подняла глаза и встретилась с Ричардом взглядом.

Ему не понадобились слова, чтобы ответить на ее вопрос. Его глаза были полны боли и страдания. Камилла помнила эти глаза излучающими веселье и радость жизни. В ее воспоминаниях глаза Ричарда всегда смеялись. Как не похожи были ее грёзы на явь! Мечтала ли она об этой встрече? Возможно, прежде...

– Прошло слишком много лет, – произнесла со слезами на глазах Камилла. – Мне очень жаль.

– Я всегда помнил о тебе. – Ричард притянул дрожавшую всем телом женщину к себе и обнял.

– Ричард, не надо. Не будем ворошить прошлое. В конце концов мы прожили эту жизнь не так уж и плохо. Оглянись вокруг. У тебя свой дом, красавица жена и прекрасный сын.

– Я думал, что Александр тебе не понравился.

– Он милый, воспитанный мальчик. И очень чуток и заботлив.

– Но... тогда почему ты против его союза с Грейс? Неужели дело во мне? Ты настолько ненавидишь меня, что готова разрушить счастье наших детей? Ни Александр, ни Грейс не виноваты в том, что наша любовь не перенесла жизненных испытаний.