Побег
Шрифт:
«При необходимости ты сможешь быть очень чёрным магом», - смеялся Том.
*
В полночь после дня летнего солнцестояния все собрались в подземелье поместья «Вишнёвый сад». Большой пустой зал, выложенный грубо обтёсанными камнями был предназначен именно для совершения всяких обрядов и ритуалов. В центре был находился идеальный круг из чёрного камня. В зале было очень холодно. Домовики с трудом втащили вырывающегося и блеющего барана, предназначенного для принесения в жертву.
Люциус и Астория стали рядом посреди круга. Драко подошёл к отцу, взял его за руку и режущим заклинанием рассёк его палец. Люциус зашипел и капризно заявил, что ему ужасно больно. Драко, не обращая внимания на жалобы, мазнул кровью по лбу Астории, потом залечил палец.
– Начинайте уже! – раздражённо приказал лорд Малфой. – Я не собираюсь мёрзнуть тут всю ночь!
– Фор, - прошептал Гарри, подходя к ним поближе.
Два прозрачных силуэта сияли в центре круга. Поток силы Люциуса сегодня был особенно высоким и мощным. Магия Астории была видна, как слабый алый ручеек.
Гарри попытался палочкой отделить от силы Люциуса хоть каплю, но сразу понял, что это невозможно. Гарри растерялся. Ведь когда он экспериментировал с магической силой Драко или Грега, он научился легко отделять каплю. А вот переливать её в Асторию помогало убийство курицы или петуха.
А тут он не может даже отщипнуть от этого плотного яростного тёмно-красного потока с языками чёрного пламени.
«Баран», - сказал Том.
– А? – не понял Гарри.
Потом до него дошло. Он махнул рукой, и Арчибальд Гойл перерезал горло барану. Тёмная мрачная сила мощно толкнулась в грудь Гарри. Он почувствовал какой-то дискомфорт.
Бесполезная палочка занимала руку, всё вокруг почему-то стало каким-то расплывчатым.
Он провёл по лицу, легко смахнув очки. Не глядя, сунул и палочку, и очки подскочившему Грегори. А потом юноша шагнул прямиком к Люциусу, глядя ему в глаза.
Лорд Малфой отшатнулся, увидев яростный взгляд таких знакомых ярко-синих глаз. Гарри чувствовал злость. Какого дьявола этот белобрыс не может спокойно постоять на месте?
– Стой спокойно, Люци, - властно приказал Гарри, хватая его за волосы. – И не вздумай сопротивляться!
– Да, Повелитель, - покорно прошептал перепуганный Люциус и замер.
Гарри погрузил обе руки в его поток энергии, зачерпнул пригоршню и, не обращая внимания на обжигающую боль в ладонях, перенёс к Астории.
– Лэй, - прошептал он.
А потом ещё и ещё раз. Боль в руках была дикая. Как будто он сунул обе руки в кипяток и держит там. Внезапно накатила оглушающая слабость.
Последнее, что он увидел, это как слабый ручеек энергии Астории внезапно запульсировал красным цветом и рванул вверх полноводной рекой с темными всполохами.
– Пркр, - машинально произнёс
Снейп подхватил лёгкое тело. С ужасом он смотрел на сожженные ладони Гарри, на которых уже вздувались пузыри. Он Мобилокорпусом перенёс юношу в его комнату, уложил на кровать и полностью раздел. Примчавшийся следом за ним Драко тут же начал лечение. Сначала он немного залечил руки, которые потом зельевар намазал мазью от ожогов и забинтовал. Затем положил свои руки на грудь и начал лечить сердце. Снейп отметил для себя, что надо будет сварить зелье для укрепления сердечной мышцы.
После двух часов стараний целитель продиагностировал пациента и сообщил, что обморок перешёл в глубокий здоровый сон. Снейп решил остаться дежурить у постели.
Гарри несколько раз за ночь начинал метаться и что-то бормотать Снейп обтирал его пылающее лицо мокрой губкой и давал напиться водой с выжатым в неё лимоном. Гарри пил, не открывая глаз, и опять проваливался в сон. Ему снилось что-то знакомое и очень плохое.
– Смотрите, он опять играет со змеёй! – раздался крик Виктора Урбанта.
Шестилетний ребёнок, гладящий крохотного ужика, сжался. Он нашёл змейку в парке возле их приюта и выпустил её на задний двор в траву. Змейке понравилось, что вчера он принёс ей блюдечко молока, которое выкроил из своей порции. А сейчас он пытался выяснить, что она ест: ужик был такой крохотный, что с мышью точно бы не справился.
– Тебе запрещено приносить змей домой! – орал Виктор.
Он поднял ногу и с силой впечатал её в асфальт, превратив тельце змеи в тошнотворную кровавую массу. За что? Это же просто уж! Он не ядовитый!
– Мы тут рвём траву для кролика, а ты тут змей разводишь! – загомонила остальная компания десятилетних пацанов. – Урод!
В живом уголке приюта жили два кролика: чёрный и белый, медлительная черепаха и хомяк. О чёрном кролике Виктор заботился особо, во всеуслышание объявив его своей собственностью.
– Живо собирай траву, придурок! – затрещина оглушила его.
Чтобы его не избили, как обычно это бывало, когда Виктор обращал на него внимание, малыш начал рвать траву, складывая её в подол своей рубашки, которая была ему великовата.
Он не понимал, почему никто в приюте не хочет дружить с ним. Дети всё время сторонились его, утверждая, что «Том Реддл их пугает». Он привык быть один. С ним разговаривали только змеи, которых он постоянно видел в заброшенном городском парке.
– Почистишь клетку и дашь ему траву, понял? – поступило новое приказание.
Он согласно кивнул головой. Как Виктор ни любил кролика, обязанности по чистке клетки он возлагал на других.
Толстый чёрный кролик пресыщено смотрел на груду травы, которую малыш вывалил перед ним, предварительно вычистив клетку.