Пленница

Соболевская Наталья

Ещё один? Мне бы первый, что ты, оказывается, обыкновенная куча навоза, переварить.

Клятвенно пообещав, вести себя естественно и как обычно, переступила порог комнаты, но вглубь не прошла, остановилась у двери и, склонив голову чуть набок, поинтересовалась:

– И что за сюрприз? Приятный надеюсь.

– А то. Песок с морем любишь?

– Терпеть не могу, – на полном серьёзе ответила я, и вуаля улыбка Рената померкла. – Да шучу, люблю, конечно, я же не с Марса.

– Маленькая зараза, – беззлобно огрызнулся мужчина, встал с

кресла и начал двигаться в мою сторону. – Танцуй, через неделю летим в отпуск.

Милота да и только, значит, Юдину приспичило погреться на солнышке, и он берёт меня с собой как чемодан, у которого не надо спрашивать, а хочет ли он, а может ли и есть ли у него какие другие планы. Просто достал с полки и покатил в аэропорт.

– И куда? – обвив шею мужчины руками, поинтересовалась я.

– Карибское море, со страной ещё не определился, – подтягивая к себе за талию, с предвкушением сообщил Юдин и следом поцеловал кончик носа.

– Карибы, очень круто. Никогда не была.

– Поверь, ты будешь в восторге. Кто хоть раз вошёл в Карибское море, другое с трудом воспринимает. Говорю из личного опыта, – проворные руки Рената забрались мне под тонкую ветровку и хозяйничают, как им вздумается. Обычно с этого всё и начинается, а потом я долго-долго отдышаться не могу, ноги трясутся, а тело всё потное. То есть если не хочу, чтобы Олег меня в гостиной около часа прождал, бежать надо сломя голову.

– Неа, – увернулась я от поцелуя в губы, – С «десертом» придётся подождать. Забыл? Олег же в гостях. Всё, побежала, а то сейчас твоё орудие придёт в полную боевую готовность и того… напрочь мозг вырубит.

Шагая по коридору, задавалась вопросом, Юдин же далеко не дурак и задатки психолога у него неплохие, почему же он не удосужился позвать меня на море так, чтобы ущемлённой себя не чувствовала? Это же совсем несложно. Просто не ставь перед фактом, а сначала спроси «Хочешь, удобно, других планов нет?». И всё. Ну, нет же… «Танцуй, мы едем в отпуск».

Бесспорно, я для Юдина дорога, возможно, даже, что меня любит, но в то же время он не относится ко мне как к равной. Считает, что его положение выше, мнение важней, слова весомей…. И такое отношение меня изнутри пожирает.

Хотя чего я хотела, наше общение началось с позиции, он похититель – я пленница, он диктует условия – я подчиняюсь. Ренат так привык, и не факт, что когда-нибудь сможет отвыкнуть. Лишь единственное однозначно­ - я не могу и не хочу быть с человеком, чьё уважение ко мне стоит под огромным вопросом. Увы, но взаимного притяжения и отличного секса мне недостаточно.

– Как погляжу, ты одна, – не без садистского удовольствия заметила Олег, когда вернулась в гостиную. – А что так? Юдин отказался, со мной чаи гонять, я прав?

– А я ему и не предлагала, – проигнорировав ехидный тон брата, спокойно пояснила я, и так всё слишком сложно, не хватало ещё нам друг друга цеплять колкими замечаниями. – Пойдём, прогуляемся. Душно здесь.

Духотой в комнате с включённым кондиционером

даже не пахло, зато в правом углу под потолком мигала лампочка камеры, а за ней находился человек, который в данную минуту наверняка нас слушает, чтобы после Ренату всё слово в слово передать. А то, что собираюсь сказать брату для ушей Юдина не предназначено.

– Олег, сколько у тебя денег, если убежим, нам хватит на год? – тихо спросила я, как только под ногами оказался пол открытой уличной веранды.

– С разумной экономией и на три хватит, но так долго, думаю, скрываться не потребуется. О нас уже через год забудут. Ник, а ты передумала?

Вот теперь Олег доволен, глаза загорелись, грудь расправилась, в общем, порадовала, так понимаю, братишку. Ну, хоть у кого-то от моего решения на душе поют соловьи, потому что лично мне хочется от тоски выть. Видимо, за несколько недель успела заработать Стокгольмский синдром, а как иначе объяснить, что я ещё здесь, а по Ренату уже скучаю.

– Передумала, да.

– А можно спросить, почему? – полюбопытствовал брат.

– Спросить можно, ответ получить нельзя. По крайней мере, сейчас.

– Всё понял, мучить не стану. Вот как мы улизнём….

Глава 21

С той минуты, как решила больше не быть, пусть и любимым, но домашним питомцем Юдина, а ещё собралась спасать брата самостоятельно, не надеясь на призрачную помощь со стороны, миновало без малого пара дней. Хотя для меня словно два полных месяца протянулись. Каждый раз приходилось наступать себе на горло, притворяясь перед Ренатом, что у нас всё хорошо и впереди нам светит совместное будущее. Не моё это, обманывать, глядя прямо в глаза. Измучилась, говоря одно, а думая совершенно иное.

– Ник, ты случаем не приболела? – спросил Юдин за ужином и приложил ладонь к моему лбу. – Температуры вроде бы нет, но всё равно ты какая-то вялая и грустная.

Ренат прав, я действительно недомогаю, только плохо мне не из-за физической боли, а из-за моральных терзаний. Ложиться с мужчиной в одну кровать, любить его, просыпаться в обнимку, проводить днём большую часть часов, зная, что без предупреждения скоро исчезнешь – тот ещё ад.

– Не бери в голову, – небрежно махнула рукой. – У девушек часто настроение скачет в зависимости от периода цикла.

Если что не так и надо скрыть – сваливай всё на месячные. Главный женский козырь.

– А понятно. Скоро у тебя эти самые «счастливые дни». Кстати, когда всё начнётся, ты же не заведёшь песню, что тебе полагается отпуск? Лично мне на некоторые неудобства плевать, и я против любых пауз. Категорически.

–Кто бы сомневался, – усмехнулась я. – Какие уж тут отпуска с твоим-то темпераментом.

Опять я, надев на лицо улыбку, солгала. Паузе быть, никак не избежать, причём долгой, а для нас с Ренатом она станет длиною в целую жизнь. Для Юдина же пауза закончится, когда он новой любовницей обзаведётся.