Пленница
Шрифт:
Да, вот такая я идиотка со Стокгольмским синдромом скучаю по своему похитителю, что хочется шею в петлю запихать.
– Олег, сходи в магазин или свари кофе, да что угодно, главное меня не трогай. Когда почувствую потребность поговорить, поверь, первым об этом узнаешь.
– Ник, я же….
– Хочешь как лучше, пытаешься помочь. Знаю и ценю. Но объясняю на пальцах, у меня глубокая рана кровоточит, никакие слова её не излечат, просто надо подождать, когда сама затянется.
Ренат
– Ну и, новости есть? – громыхнул я на только что вошедшего
– Записи с камер торгового центра нам отправили, видно, как Ника говорит по телефону, выкидывает его в урну, выходит на улицу и движется в западном направлении, дальше полный ноль. Делал запрос, в той местности дорожных камер нет, и ни одно видеонаблюдение соседних зданий тот участок не охватывает.
– То есть опять рукава от жилетки, – устав от бесполезной диареи из слов, рявкнул я. – Тогда какого ко мне свой зад притащил, чтобы показать тупоголовую рожу?! На хрен она мне не сдалась. Ника где?!
– Ищем, Ренат Матвеевич. Все ресурсы задействованы.
– Сборище идиотов, – ударил по столу кулаком, а по-хорошему надо было треснуть по черепушке Андрея, чтобы надвое раскололась, он ей в любом случае нечасто пользуется. – Может, я чего-то не понимаю, вот объясни, как трое специально обученных мужиков упустили девчонку? Какого… они столпились у одного входа, зная, что в грёбаном кабинете их два? У них что мозг пластмассовый, совсем не фурычит?!
– Ренат Матвеевич, я извиняюсь, но парни получили от вас чёткие указания. Нику только оберегать, препятствий ей не чинить и свободу не ограничивать, – промямлила гнида, которая, если сейчас же не сквозанёт, будет разодрана на куски.
Резко поднялся на ноги, и кресло, что подо мной находилось, на приличной скорости покатившись, с грохотом врезалось в стену. Сучёнок Андрей, согнувшись, тут же попятился в сторону выхода. Здесь же резко смекнул, что почки могут отбить, так какого к Нике дебилов приставил?
– Совсем оборзел, ты ещё и варежку открываешь, – обогнув стол, приближаюсь к тому, кому светит следующие три дня мочиться одной кровью. Хоть пар выпущу.
– Ренат Матвеевич, простите, я неправильно выразился. И в мыслях не было оправдываться. Просто хотел сказать, что Вероника....
– Говори, говори, скреби себе на хребет, – протянул я, и сотрудник, не закончив фразу, заткнулся, зато вынул из кармана мобильный, трясущимися пальцами разблокировал экран и явно водит глазами по тексту. Ему бы не сообщения просматривать, а молитву читать.
– Ренат Матвеевич, ещё неточно, возможно ошибка, но, кажется, к местонахождению Ники появилась ниточка, – приободрившимся голосом выпалил Андрей как из пулемёта. – Разрешите, немедленно удалиться, чтобы лично убедиться в достоверности информации?
Твою же… настроился на тяжкие телесные и что теперь боксёрскую грушу отпускать? Дилемма.
– Пошёл вон. Жду через час с результатом. И сразу предупреждаю, отсутствие оного плохо отразиться на твоём здоровье.
Вернувшись за стол, минуту смотрел на разложенные документы. В результате смёл их
Как же хреново….
Утром три часа кряду колотил по снаряду, а желание давить всё, что движется, даже на секунду не стихло. Ни на чём сосредоточиться не могу, в горло ничего, кроме алкоголя не лезет, но и от него толку немного, два бутыля вчера в себя влил, а вырубился только к утру, да и то всего на пару часов.
Всё из-за неё….
Забилась неизвестно в какую конуру, а мне её предательская ухмылка повсюду мерещится, причём чаще всего суку с закрытыми глазами вижу.
Всё, это дно. Ниже упасть уже невозможно. Опять в бесчисленный по счёту раз, сам не понял, как добрался до спальни и вошёл в гардеробную. Меня сюда не просто так тянет, здесь от вещей этой стервой громче чем от подушки пахнет.
Какой же она себя наверняка умной и неотразимой считает. Нагнула Юдина ниже плинтуса.
И чего ей только не хватало? Ведь зайцем скакал перед ней, любую прихоть был готов выполнить, даже присутствие её братца в своём доме и то глотал.
Дрянь мелкая.
Найду – убью.
Глава 23
Безжалостные пальцы, сдавливающие моё горло, с каждым мгновением усиливают захват. От недостатка кислорода голова кружится, сознание постепенно меркнет, а тело, предчувствуя скорую гибель, подрагивает от судорог. Кричать хочется практически так же сильно, как вдохнуть полной грудью, но я даже хриплого стона издать не могу. Так же, как и оттолкнуть душителя: руки с ногами словно парализовало, выше нескольких несчастных сантиметров от горизонтальной поверхности, на которой лежу, не поднимаются. Лицо человека, что постепенно выдавливает из меня жизнь, скрыто за тёмными клубами дыма, но его личность для меня не секрет, точно знаю, надо мной склонился Ренат.
Чего так панически боялось, то и случилось. Юдин добрался до меня и в наказание за побег вынес смертельный вердикт. Лишь одно остаётся неясным, почему умираю настолько мучительно долго, разве я уже не должна была сознание потерять? Отчего казнь тянется целую вечность, Юдин специально себе удовольствие продлевает или перед кончиной у человека меняется восприятие времени?
Распахнув глаза, резко села.
Оказывается, я по-прежнему нахожусь в съёмной квартире, в окно заглядывает тусклый свет от луны, от стен несёт всё той же вонью, а у соседей сверху судя по выкрикам с топотом в самом разгаре пьяная вечеринка.
– Чтоб тебя…, я спала, – размазав по лицу слёзы, вслух озвучила заключение, но на душе от сего факта совсем не полегчало и чувство тревоги тоже никуда не ушло.
Сглотнув, глубоко вдохнула и выдохнула. Надеюсь, это был всего лишь кошмар, следствие дневных переживаний, а не вещий сон.
Ещё секунду назад мучилась от жары, а теперь трясусь от озноба, хотя чувство холода объяснимо, футболка на мне пропиталась потом и полностью влажная.
Мне срочно требуется в душ и не только потому, что как мышь мокрая, главное – это смыть с себя омерзительное ощущение ужаса и обречённости.