Плен сердца
Шрифт:
Он вспомнил их первую встречу: испуганную девочку, которую привезли из деревни, её дрожащие руки, когда она впервые пыталась подать блюдо. Теперь же она двигалась с грацией, которую он сам в неё вложил. Но эта грация принадлежала не только ему.
Раздался осторожный стук в дверь.
— Да? — резко отозвался Виктор.
Вошла Маргарет, неся поднос с чаем и свежими булочками. Она окинула взглядом комнату, заметила смятое письмо на столе и едва заметно нахмурилась.
— Господин, я подумала, что вам
— Не в весне дело, Маргарет, — Виктор вернулся к столу и сел в кресло. — Маркус напомнил о платеже. И о том, что Элиана — “ценный актив”.
Женщина замерла на мгновение, затем расправила плечи.
— Он всегда был жаден до денег, — тихо произнесла она. — Но теперь, когда девочка стала такой, какой вы её сделали… он захочет больше.
— Знаю, — лорд провёл рукой по лицу. — И он прав в одном: она действительно стала ценной. Не как актив, а как человек.
Маргарет посмотрела на него с удивлением, но ничего не сказала. Вместо этого она налила чашку чая и поставила перед ним.
— Элиана сейчас в саду, собирает цветы для главного зала, — заметила она. — Хочет сделать композицию по совету Гарольда. Говорит, что это поможет ей сосредоточиться.
Виктор кивнул.
— Пусть занимается. Но передайте ей, что после обеда я жду её в малом кабинете. Нужно обсудить подготовку к приёму барона Реймонда. И… Маргарет.
Женщина остановилась у двери.
— Да, господин?
— Будьте с ней осторожны. Маркус может начать проявлять излишний интерес. Если заметите что-то странное — сразу докладывайте.
— Разумеется, — Маргарет склонила голову. — Я прослежу.
Когда дверь за ней закрылась, Виктор снова взял письмо и перечитал последние строки.
“Следите, чтобы она не испортилась”.
Он встал и подошёл к книжному шкафу. За одной из книг скрывалась небольшая шкатулка. Внутри лежали документы — договор с Маркусом, подписанный полгода назад. Сумма долга была внушительной, а проценты — грабительскими. Но тогда выбора не было: Элиану нужно было спасти от нищеты и унижений. Лорд закрыл шкатулку и поставил её на место.
“Я найду способ, — подумал он. — Не позволю Маркусу решать её судьбу. Она заслужила больше, чем быть чьим-то активом”.
В коридоре послышались лёгкие шаги.
Виктор выпрямился и взял в руки перо.
Когда дверь открылась и в кабинет вошла Элиана, он уже выглядел так же невозмутимо, как всегда.
— Вы хотели меня видеть, господин? — спросила она, слегка поклонившись.
— Да, — лорд указал на стул напротив. — Присаживайтесь. Нам нужно обсудить детали приёма. И, Элиана…
Она подняла на него глаза — спокойные, уверенные. Совсем не те испуганные взгляды, что были раньше.
— Да, господин?
— Будьте осторожны в ближайшие
Элиана на мгновение задумалась, затем кивнула.
— Да, господин. Я буду бдительна.
Виктор сдержанно улыбнулся — впервые за утро.
— Хорошо. А теперь давайте поговорим о том, как вы будете обслуживать стол барона Реймонда…
***
Позже тем же днём Элиана поднялась в свою комнату на втором этаже замка. У окна на маленьком столике лежали два свежих письма — одно от Анны, второе от Томаса.
Она села на кровать, взяла первое и осторожно развернула.
“Элиана! У нас весна, всё цветёт. Вчера мы с Мартой собирали первоцветы там, где мы с тобой любили сидеть. Помнишь, как ты говорила, что хотела бы просто жить тихо, растить детей? Я всё думаю о тебе. Надеюсь, ты в безопасности. Пиши, прошу тебя! Твоя Анна”.
Элиана перечитала строки несколько раз.
Тёплые воспоминания нахлынули волной: запах полевых цветов, смех Анны, тихий вечер у костра… Слёзы покатились по щекам, падая на бумагу. Она аккуратно сложила письмо и прижала его к груди, стараясь унять дрожь в руках.
Второе письмо было написано неровным детским почерком — видно, Томас писал под диктовку матери:
“Элиана! Я скучаю. Мама говорит, ты скоро вернёшься. Я с нетерпением жду твоего возвращения, чтобы мы с тобой запустили нашу летающую лошадку Надежду. Когда ты приедешь, мы пойдём на холм и отправим её в полёт! Твой Томас”.
Элиана закрыла глаза, и перед внутренним взором всплыла картина: они с Томасом мастерят из дерева и ткани игрушечную лошадку, смеются, представляя, как она полетит над холмами. В груди защемило от тоски, но вместе с тем внутри что-то укрепилось. Она вытерла слёзы и глубоко вдохнула.
“Я не могу сломаться, — подумала она. — Они верят в меня. Я должна быть сильной ради них”.
Элиана аккуратно убрала письма в шкатулку, где хранила самые дорогие сердцу вещи: рисунок, который Томас нарисовал перед её отъездом, засушенный цветок от Гарольда и серебряную шпильку, подаренную лордом Виктором. Затем встала, подошла к окну и посмотрела на сад внизу.
— Я справлюсь, — прошептала она. — Ради Анны. Ради Томаса. Ради себя.
В дверь постучали.
— Элиана? — послышался голос Маргарет. — Лорд Виктор ждёт тебя в малом кабинете через десять минут.
— Иду, — ответила она, последний раз взглянув на шкатулку. — Спасибо, — добавила она тихо, будто обращаясь к письмам.
Элиана расправила плечи, поправила косынку и вышла из комнаты. В душе всё ещё жила тоска по дому, но теперь к ней прибавилась твёрдая решимость. Она не подведёт тех, кто в неё верит. Спускаясь по лестнице, она столкнулась с Гарольдом.