Плен сердца
Шрифт:
“Мать, — вдруг понял он. — Она работала так же. Спокойно, методично, никогда не теряла нить мысли”.
— Милорд? — голос Элианы вырвал его из воспоминаний. — Я закончила с сортировкой. Вот предварительный список срочных писем и черновик ответа торговцу тканями. Проверьте, пожалуйста.
Он взял пергамент. Текст был составлен грамотно, без раболепия, но с должным уважением. Краткость и чёткость формулировок выдавали не только старание, но и природный ум.
— Хорошо, — Виктор вернул лист. — Отправь с посыльным. И ещё… — он помедлил. — Сегодня после обеда
Глаза Элианы на мгновение вспыхнули.
— Вы доверяете мне такие расчёты?
— Ты уже доказала, что способна на большее, чем раскладывать письма, — он слегка улыбнулся. — Но помни: точность превыше всего. Ошибки в таких цифрах могут стоить нам обороны в случае осады.
— Я понимаю, — она выпрямилась. — Сделаю всё максимально аккуратно.
В этот момент дверь приоткрылась, и в кабинет заглянул молодой слуга:
— Милорд, гонцы из северных земель прибыли. Они ждут во дворе. Сир Гарольд просит вас присоединиться к ним у главных ворот.
Виктор поднялся.
— Передай Гарольду, что я буду через пять минут. И попроси его пока предложить гостям вина — дорога была долгой.
— Слушаюсь, господин, — слуга поклонился и исчез.
Лорд Виктор обернулся к Элиане:
— Оставайся здесь. Закончи с перепиской, составь черновик сводки по запасам. Когда вернусь, обсудим детали школы для детей слуг — я хочу услышать твои идеи по организации.
— Да, милорд, — она склонила голову, но в глазах читалась радость. — Я подготовлю набросок программы.
— Хорошо. Действуй.
Виктор направился к двери, но на пороге остановился. Он бросил последний взгляд на Элиану — она уже склонилась над бумагами, её пальцы быстро и уверенно раскладывали документы по стопкам. Туман за окном почти рассеялся, и первые лучи солнца упали на стол, осветив её сосредоточенное лицо.
“Может, Гарольд и прав, — подумал Виктор. — Но если эта «мягкость» приведёт к тому, что замок станет сильнее, разве это плохо?”
Виктор вышел в коридор, но не успел сделать и десяти шагов, как навстречу ему поспешно двинулась Маргарет. Её обычно невозмутимое лицо выражало лёгкое беспокойство.
— Милорд, — она поклонилась, — прошу прощения за беспокойство, но у меня срочное сообщение. Матильда только что заявила, что не допустит открытия школы для детей слуг. Она собрала нескольких старших слуг и убеждает их, что это подорвёт дисциплину в замке.
Виктор остановился, брови его сошлись на переносице.
— Где она сейчас?
— В южной галерее, милорд. Пытается заручиться поддержкой повара и старшего конюха.
— Ясно. — Виктор на мгновение задумался. — Пошлите за сиром Гарольдом. Пусть подойдёт туда же через десять минут. И сходите за Элианой в мой кабинет — скажите, что я прошу её присоединиться к нам. Хочу, чтобы она услышала аргументы противников своей идеи.
— Слушаюсь, — Маргарет склонила голову и поспешила прочь.
***
Тем временем
Она осторожно развернула его и пробежала глазами по строкам:
“Милорд, смиренно просим вас учесть, что нынешний год выдался тяжким. Дожди и заморозки погубили посевы, а доля, положенная в казну, оставит наши семьи без запасов на зиму…”
Девушка на мгновение замерла, затем сложила письмо и отложила его в особую стопку — ту, что предназначалась для срочного рассмотрения лордом Виктором.
“Нужно будет напомнить ему об этом позже”, — подумала она.
Внезапно дверь приоткрылась, и в щель просунулась голова Лины.
— Элиана, — шёпотом позвала она, — тебя зовёт Маргарет. Говорит, срочно.
— Что-то случилось? — она подняла голову, отложив перо.
— Не знаю, но она выглядела взволнованной. Сказала, что лорд Виктор ждёт тебя в южной галерее.
— Хорошо, иду. — Элиана быстро собрала разложенные бумаги в аккуратную стопку, накрыла их пресс-папье и направилась к выходу.
***
В южной галерее уже собралась небольшая группа. Матильда, подбоченившись, что-то горячо объясняла повару и старшему конюху. Рядом переминались с ноги на ногу ещё несколько слуг. Сир Гарольд стоял чуть в стороне, скрестив руки на груди, и внимательно слушал. Когда появился лорд Виктор, все замолчали. Матильда выпрямилась и сделала шаг вперёд.
— Милорд, я лишь высказываю мнение большинства, — начала она. — Школа для детей слуг — это ненужная роскошь. Вместо того чтобы учиться работать, они будут тратить время на буквы и цифры. Дисциплина упадёт, обязанности станут исполняться спустя рукава…
— Достаточно, Матильда, — Виктор поднял руку. — Я ценю вашу заботу о порядке, но выслушайте меня. — Он повернулся к собравшимся. — Мы не просим вас отказаться от традиций. Мы предлагаем дать детям шанс. Грамотный человек лучше считает запасы, точнее выполняет поручения, быстрее учится новому. Разве это не выгодно для замка?
— Но кто будет учить? — возразила Матильда. — У нас нет учителей!
— Найдём, — спокойно ответил Виктор. — Возможно, кто-то из монахов согласится приезжать раз в неделю. Или пригласим отставного учителя из города.
Элиана вышла вперёд, стараясь говорить ровно и уверенно:
— И я могу помочь, — сказала она. — Я училась грамоте у своего отца. Могу взять на себя младшие группы. А старшие дети пусть изучают основы ремёсел — это напрямую пригодится им в работе.
Матильда хотела что-то сказать, но сир Гарольд неожиданно вмешался:
— Послушайте, — его голос прозвучал неожиданно мягко. — Когда-то я был мальчишкой в этом замке. Меня учили держать меч, но не читать. И знаете что? Однажды я не смог разобрать приказ командира — буквы расплывались перед глазами. Из-за этого мы потеряли время, а люди — жизни. Грамотность — это не роскошь. Это инструмент. Как меч или лопата.