Племя
Шрифт:
Наступала очередная ночь.
Облегчение принесла чайка, мирно качающаяся на волнах прямо по курсу. Обыкновенная чайка — и именно ее обыкновенность смогла вернуть путешественников в обычный мир.
— Нос налево спокойно! — приказала командующая, и гигантский корабль, не желая тревожить птицу, начал отворачивать в сторону. — Нос прямо. Нос направо не торопясь.
И словно в награду за благородство в небе между устремленными ввысь махинами проявился характерный профиль стрекозы: темный штрих с капелькой на конце. Еще несколько часов,
— Есть, — облегченно вздохнула морячка. — Завтра высадимся. Теперь якорь за борт и всем спать!
Утром корабли на веслах приблизились к берегу на двести пятьдесят — двести метров, и снова отдали якорь. Каменистые россыпи вдоль полосы прибоя не оставляли никаких надежд на возможность вытащить малые суда на берег. Поднятая свежим ветром волна пенясь от злости, со змеиным шипением врезалась в щели беспорядочно набросанных крупных валунов, и с бумажным шуршанием выкатывалась обратно.
Зато теперь моряки могли более подробно рассмотреть странные вертикальные скалы, так долго мотавшие из них нервы.
Однообразного серого цвета, они вздымались на невероятную высоту измеряемую километрами.
Кое-где на идеально ровных стенах удалось примоститься травяным кочкам и мелким кустарникам, в некоторых местах из скал выпирали могучие деревья в окружении мелких растений.
Но самое странное — на некоторых скалах сквозь серость потаенно пробивались подозрительно знакомые слюдяные отблески.
— Как ты думаешь, Нефтис, здесь часто случаются дожди? — задал риторический вопрос Найл.
— Наверное, нет, мой господин.
— Тогда сюда следовало привезти принцессу Мерлью.
— Кого? О чем это вы говорите, правитель? — Назия не принимала участие в походе через Серые горы, и прозвучавшие намеки прошли мимо ее понимания.
— Завладев Комплексом Мага, — пояснил Найл, — наша чистоплотная принцесса первым делом приказала отмыть в нем все окна. За прошедшие сотни лет на них накопился слой грязи и пыли с руку толщиной. До того, как Комплекс отмыли он выглядел точно так же.
— Вы хотите сказать…
— Да, Назия. Это построенные нашими предками дома.
Впрочем, от прибрежных каменных россыпей до ближайшего дома предстояло преодолеть два десятка километров, заросших кустарником и деревьями, сквозь которые проглядывали менее величественные развалины.
— Как вы высаживаетесь в таких местах, Назия?
— Вблизи нашего города нет таких мест, Посланник. Может, пройдем вдоль берега и поищем более удобное место?
— Сомневаюсь, что его удастся найти, — задумчиво потер шею Найл. — Скорее всего, здесь стояла красивая набережная, облицованная камнем, и по ней разгуливали сильные женщины с упитанными мужчинами. Но и те, и другие улетели в другие миры, а набережная осталась стоять под ударами волн. Кладку размыло, а валуны так и валяются на прежних местах. Если уж наши предки решили украсить морской фасад города набережной, они наверняка сделали это везде.
— Тогда нам не удастся
— Если валуны лежат на отлогом берегу, — вслух подумал Найл, — значит прибой за тысячу лет подравнял спуск в воде, и никаких ям на дне нет.
— Ямы меня не беспокоят, правитель. Меня беспокоят камни. — Это можно разведать, — пожал плечами Посланник Богини. — Иначе для чего я с таким трудом добывал в морском лесу пироги?
Затея правителя командующей флотилией не нравилась, но явных возражений она предъявить не могла. Все, что оставалось Назии — это выделить самых опытных моряков.
Хотя по сравнению с водами, лежащими сразу за морским лесом, волны у здешнего побережья гуляли нешуточные, но опасности для построенной Черным Волосом пироги они не представляли.
Найл и Нефтис заняли в ней места посередине, Тигнай устроился на самом носу, а Кирнук на корме.
— Дно-то тут какое пологое, — заметил Тигнай, тыкая вниз веслом. — До берега еще сто метров, а я уже землю достаю. Тут пешком высадиться можно!
— Смотри, чтобы камней не было, — предупредил его с кормы Кирнук. — Если судно брюхом шкрябнет, Назия нас за корму вместо блесны выбросит.
— Песок тут везде, — вгляделся вниз моряк. — Мелкий гравий.
— Вон слева какой-то валун.
— Да нет, это водоросли растут.
Тигнай ткнул в предполагаемый подводный куст веслом, и дно внезапно изогнулось.
Песочек и мелкий гравий неожиданно оказались огромным, словно причал, мясистым хвостом, взметнувшимся вверх, ударившим пирогу снизу и подбросившим ее на несколько метров вверх, а прямо под «кустом» открылась длиннющая, широченная пасть, распахнувшаяся прямо под порхающими людьми.
Найл, секунду назад сидевший на узкой неудобной скамье, так и не успев ничего понять, ощутил толчок, невесомость и увидел, что вниз головой падает прямо в розовую влажную глотку. Утыканные острыми зубами челюсти сомкнулись и… намертво зажали круглый армейский щит.
Правитель со всей скорости врезался в собственный щит головой, отлетел в сторону, перекувырнулся еще раз и рухнул в воду, разбрасывая в стороны тысячи брызг. Краем глаза он увидел, как голова на толстой короткой шее колотит щитом о пирогу, надеясь разломать прочный панцирь попавшей в пасть добычи — борта долбленки разлетались с каждым ударом во все более крепкие щепки, но щит держался молодцом. Посланник вскочил — воды оказалось по пояс — и быстро выбрался на сушу.
Немного дальше через валуны пробиралась Нефтис, а следом за нею оба моряка.
— Все целы?
— Да, мой господин, — ответила стражница за себя и моряков. — А вы как?
— Пока не знаю. Дай дух перевести…
— Великая Богиня! — изумленно пробормотал Тигнай, глядя как морское чудовище добивает пирогу. — Это у него мы только что вырвались из пасти?! Теперь я буду жить вечно…
— Если веслами куда попало тыкать перестанешь, — добавил от себя Кирнук. — Мне чуть внутренности не отшибло. — Заткнитесь, — тихо приказал Найл. Он не успел толком ни испугаться, ни обрадоваться спасению. — Главное, что мы высадились. Теперь нужно придумать, как помочь высадиться остальным.