Пламя Луны
Шрифт:
– Никому, более, не известно. Конклав допустил ошибку, мы признаем это. Уверен, что Колин понес заслуженное наказание.
– Он посмотрел на спокойное лицо Даниила.
– Но, сейчас, мы хотели бы обсудить иные вещи…
– Уж очень много ошибок совершил Конклав в последнее время. Возможно, мне пора обновить состав советников?
– Селена прервала советника, ничуть не смутившись от этого. Окинула всех насмешливым взглядом.
– Вы выбрали странное время, Килим. И, как мне кажется, сделали это сознательно.
Наследница и сама поднялась, продолжая держать за руку Даниила, который встал за ее спиной.
– Вы можете остаться здесь. Я не буду выгонять вас. Хорес поможет уважаемым советникам.
– Она смотрела скептично.
– Но, говорить мы будем тогда, когда я посчитаю это возможным. Сегодня, у меня нет настроения, слушать вас.
И с этими словами, не дожидаясь ответа мужчин, Хранительница покинула зал, сопровождаемая Оберегающим.
Измиль, стоявший все это время у дверей, почтительно склонил голову, выходя вслед за ними.
Даниил практически подхватил Иллию, стоило им закрыть дверь зала. Мотнул головой воину, чтобы тот проследил за советниками, и повел любимую наверх. Он знал, как трудно давалась ей эта невозмутимость. Ощущал, как слабость накрывает наследницу, замедляя дыхание и останавливая ритм сердца. Мужчина старался поддержать ее, но нельзя сказать, что сильно преуспел. Уйти в этот момент - было лучшим выходом.
Конклав не знал о нынешнем состоянии Дочери, и не стоило посвящать Килима в это.
– Тебе надо отдохнуть, малыш.
– Даниил помог любимой сесть на кровать, присаживаясь на корточки у ее колен.
– Ну, уж нет.
– С улыбкой прошептала Иллия.
– Ты обещал отвести меня в архив. Я помню. И, никакая слабость не сможет помочь тебе избежать этого обещания, Оберегающий.
Ее руки вцепились в его плечи, в поисках опоры, но мужчина знал, что Илли не отступит.
– Хорошо, малыш.
– Он поцеловал ее губы.
– Мы пойдем. Но сначала, ты отдохнешь пару часов. Да, Блик?
– Усмехнулся кашим серебристому котенку, запрыгнувшему на подушку рядом с хозяйкой. Котенок мяукнул и свернулся клубочком. Но, не преминул рыкнуть в сторону окна, с которого только что слез.
– Что это с ним?
– Удивился Даниил, щекоча пальцем ухо котенка.
– Не знаю.
– Иллия не могла сильно противиться желанию лечь. Ей, в самом деле, стоило отдохнуть.
– Он весь вечер такой.
Оберегающий внимательно присмотрелся к котенку, перевел задумчивый взгляд в окно, а потом, укрыл Иллию, так ничего и не сказав.
– Отдыхай, малыш.
– Мужчина лег рядом, обнимая любимую, прижимая ее к себе, с наслаждением вдыхая запах кожи девушки, отводя шелковый ворот ее блузы. Прижался губами к шее, лаская ее.
– Спи.
"Это
Мальком не стремился уничтожить следы своих забав, с наслаждением растирая кровь между длинными изящными пальцами.
Пылающий задумчивым взглядом окинул останки того, кто еще недавно был воином его врагов.
"Действительно забавно",- хмыкнул гаррун.
Отвернувшись, мужчина пошел прочь, идя дальше за тем, что вело его этой ночью.
Его сын думал, что смог уйти от него. Ха, это Мальком отпустил своего наследника.
Для Пылающего несложно было предугадать поступки Даниила. Потому что он сам направлял их. И теперь, стоило только сделать следующий шаг, оставить еще одну зацепку, которая повернет кашима и Дочь в нужном направлении.
Пылающий очень давно придумал этот план. И, пусть не сразу учел в нем сына, теперь, все было просто идеально. Безукоризненно. И все разыгрывалось им правильно. Комбинация за комбинацией. Ведя гарруна к давно поставленной цели.
Не то, чтобы Иллия плохо видела в темноте. Отнюдь. Хранительница великолепно ориентировалась без света. Но, в этом мраке, укутывающем коридоры подземных переходов, даже она не видела ни единой грани. Ни один силуэт или образ не проступали в бархатистом покрывале тьмы, настолько плотном, что проще было рассмотреть красные всполохи собственного пульса перед распахнутыми глазами, нежели увидеть стену, мимо которой они шли. Девушка ощущала себя слепой.
А вот Оберегающий, спокойно и уверенно вел ее по лабиринту тоннелей.
Что это было, как не проверка ее полного и безоговорочного доверия ему, спрашивается? Не в опасении предательства, а в испытание воли? Во всяком случае, именно так казалось той части Дочери, которая еще до недавно могла выделить себя в Селену.
Даниил не пожелал зажигать свет. Извинился, когда отказывал в ее просьбе.
Почтительно и мягко попросил не применять свою силу, вызывая разряд молнии, до того, пока он сам не скажет, что это возможно сделать. Предложил понести любимую.
Но, Иллия отказалась, не испытывая сейчас усталости. Она хотела идти сама. А теперь, была вынуждена передвигаться, абсолютно забыв о глазах, ориентируясь лишь на крепкую большую ладонь кашима, которая держала ее ладошку, и вслушиваясь в мягкий и уверенный звук его дыхания.
– Ты не передумала, малыш?
– Он остановился, предусмотрительно обхватив ее за плечи, чтобы она не ударилась, врезавшись в движении в его тело.
– Я могу понести тебя.
– Нет, Даниил.
– Иллия не боялась и, не смотря на все неудовольствие от нехватки зрения, испытывала трепет предвкушения и возбуждения перед тем что, так или иначе, было приключением для нее.