Плакса
Шрифт:
– Здорово. Вы очень красивые, – я и правда не могла отвести взгляда от своих родителей.
– Спасибо, Лисенок, – мама послала мне ласковую улыбку. – А как у вас дела? Дом еще цел?
Не считая того, что есть риск замыкания электричества из-за того, что мы все свободные розетки использовали для гирлянд, никаких рисков не было. Но родителям я этого, естественно, не озвучила.
– Ребята внизу, ждут нас.
– Я грущу, что мы празднуем не вместе, но я счастлива, что вы присматриваете
– Маам.
– Давайте условимся, что следующий новый год мы отмечаем вместе, всей семьей?
– Аля, еще целый год впереди, столько всего может произойти.
– Так давайте и решим, чтобы не случилось, следующий новый год мы отмечаем вместе.
– А если твой сын улетит играть за океан?
– Прилетит.
Мама была непоколебима в этом вопросе. Мы с Мариком переглянулись.
– Ладно, согласен, - сказал брат. – Но билеты с вас, если что.
Мама махнула на него рукой, решив, что он шутит.
– А ты, Лисенок, что скажешь? – спросил меня папа.
Я колебалась. Но не из-за предложения родителей, а из-за того, что теперь я думала не только о себе, но и о Леше. Я не могла обещать родителям отмечать новый год с ними, не обсудив это с Лешей. Словно прочитав мои мысли, папа закатил глаза и добавил:
– И парня своего тоже можешь взять с собой.
– Вообще-то у него имя есть, – я с укором посмотрела на отца.
– Вообще-то я знаю, но парнем твоим он от этого быть не перестал?
– А я могу привести плюс? – спросил Марик.
В глазах мамы появился блеск предвкушения. Она готова была броситься в атаку с вопросами, но папа ее опередил.
– Только если этот плюс один будет не меньше, чем твоя невеста.
Я хихикнула и погладила Марика по руке. Если такое случится в ближайший год, то я запишусь на танцы. А я не люблю танцы. Не то, чтобы я сомневалась в своем брате. У него, совершенно точно имеется личная жизнь, но, насколько мне известно, у них с той девушкой история без хэппи энда.
– Договорились, – ухмыльнулся Марик.
И так, мысль на грани безумия, возникла в моей голове: а вдруг он сделает предложение девушке, лишь для того, чтобы утереть нос папиному ультиматуму?
– Когда вы собираетесь вернуться домой? – спросила мама.
– Второго января.
– Замечательно, мы тоже. У нас с папой для вас есть новости.
– Можете рассказать сейчас, – предложил Марик.
– Лучше при встрече.
– Что-то случилось?
– Ничего, о чем стоило бы волноваться, – мама потянулась к монитору ноутбука рукой, словно хотела дотронуться до меня, но опомнилась. – Нам пора идти, дети. С наступающим! Мы вас любим.
– Мы вас тоже, – ответил Марик и потянулся к телефону, чтобы завершить вызов, но я его остановила.
– Пап, есть новости по поводу
Он тяжело вздохнул, явно показывая, как ему надоели разговоры о Леше. Папа хорошо к нему относился, но я не думаю, что он принял тот факт, что проблем с кофейней не было бы, если бы он не был моим парнем.
– Конкретно обещать ничего не могу. Но тренер Гончих, – папа посмотрел на Марика, – мой хороший друг. Он посмотрел его статистику и те видео, что ты мне прислала.
– Ну, и что он сказал? – поторопил его брат.
– Сказал, что с такими материалами он прямо сейчас покупать билет на самолет и лететь играть в НХЛ.
– Миша, не ерничай, – пожурила мама. – Расскажи детям все нормально.
– Нечего рассказывать. Сказал, что нужно смотреть его в действии вживую, а не на видео. Если Лисовский младший хочет играть в хоккей, то пусть приезжает в Москву и Валера его посмотрит.
– Я правильно понимаю, что у него есть, шанс играть в профессиональной лиге? – спросила я.
– Правильно. Номер Валеры, если будет нужно, спросишь у своего брата. Нам пора. С наступающим, дети!
На последней фразе голос папы смягчился, а взгляд потеплел.
– Мы вас любим, – добавила мама и, помахав нам на прощание, они отключили звонок.
Несколько секунды мы с Мариком пялились в экран телефона, пока тот не потух и в нем не отразились наши лица. У обоих на лице было одинаковое выражение задумчивости. Иногда я забывала, что не смотря на то, что в между нами слишком много разного, мы все же двойняшки и внешне у нас есть общие черты.
– Скажешь Лису о том, что нам сейчас поведал отец? – Марик смотрел в отражение моих глаз на темном экране.
– Да. Я должна. Ради этого все и затевалось.
– Хорошо, – Марик утвердительно кивнул, а затем уголок его губ приподнялся в улыбке. – В голове не укладывается, что, возможно, я снова с Лисом выйду на лед.
Я повернула голову влево и посмотрела на Марика. Он выглядел расслабленным, а я, наоборот, была напряжена от предстоящего разговора с Лешей. Словно почувствовав мое настроение, Марик без лишних слов обхватил меня за плечи притянул в свои объятия.
Бытует множество теорий о том, что близнецы всегда чувствуют друг друга ментально. Как бы далеко или близко они не были друг от друга, если с одним что-то случится, другой обязательно это почувствует. Я бы хотела объяснить все эти вещи мифической связью, но не получается. Потому что я знаю, когда Марик грустит – уголки его губ еле заметно опущены вниз. Когда раздражен – голубые глаза словно покрываются тонким льдом, становясь синими. Мы с ним были вместе еще до того, как появились на свет и я знаю это все не потому, что я его близнец. А потому что я его сестра.