Плач кукушонка
Шрифт:
Света приблизительно подсчитала, что этого продукта по мизеру хватает месяца на два. А там обычно наступает тепло, тает снег, и она пойдет собирать "подснежники", бутылки на хлеб. Болезнь медленно, но уверенно покидала организм. Для поддержания энергии продукта хватает, даже можно читать и решать задачи. Света даже вычислила, что по калориям четыре средних картофелины в день при ее физической нагрузке вполне достаточно. А имеющегося количества до теплых дней хватит. Хлебушка сильно хочется, но идти на поиски и тратить энергию на авось не стоит. И к тете Вере рискованно идти, вдруг она еще не появилась. Но и просить стыдно, когда еда еще есть. Ведь тетя Вера долг не берет,
30
Огромный могучий тягач тащил, пыхтя и кряхтя, на платформе еще больший размером самого тягача, схожий по величине с приличный гараж, деревянный ящик. Впереди буксира шла машина ВАИ с мигалкой и включенной сиреной, громко предупреждая встречный транспорт принять вправо и пропустить крупногабаритный нестандартный груз.
В эскадрилье, словно на параде громкий шум и оживленное движение. Все офицеры с женами и детьми, благо, выходной, вышли встречать посылку. А прислал ее вертолетный завод специально для них. Первая ласточка, первая восьмерка, упакованная в разобранном виде, как вестник перевооружения на новую технику, встречалась празднично и торжественно. Крупногабаритная коробка явно не проходила в стандартные ворота вертодрома авиаэскадрильи, так что ворота заранее сняли и столбы выкопали. Поскольку это первая, но не последняя посылка, то спланировали и заказали новые, соответствующего размера, ворота.
Тягач подогнали к ангару, но внутрь въезжать не стали. Перестройка ангара на этот год не запланирована. Поэтому разборку и сборку решили произвести на испытательной площадке, оборудованной необходимыми приспособлениями, талями, подъемниками. Четверка по габаритам не на много меньше Ми-8.
Шампанское о борт корабля бить не стали, но веселье и распитие начали в процессе разгрузки. Замполит пробовал напомнить народу о курсе партии в борьбе с распитием, но ему быстро налили шампанского, густо разбавленного техническим спиртом, которого в эскадрильных кладовых было безмерно. И тогда речи замполита приобрели пафосный настрой. Он ратовал за перестройку и за перевод эскадрильи на новую технику.
Глядя на развернувшееся веселье, командир понял, что на завтра серьезные планы лучше не намечать, и присоединился к народу, приняв из рук инженера стакан с авиационным коктейлем. Женщины дефилировали между мужчинами, стараясь принудить их к обильному заеданию гремучей смеси, но все равно к вечеру они с трудом могли уволочь своих благоверных обезноженных и обезглавленных. Те есть, ноги, и головы им уже не принадлежали.
Вся неделя была посвящена разборке контейнера и сборки вертолета, в которой принимали участие не только инженера, но и летный состав. Главный инженер личный состав к ювелирной и ответственной работе старался не привлекать. Их основной труд состоял в трех ипостасях: поднести, отнести упаковочный и подсобный материал и уборка. Даже такую тяжесть, как установка лопастей, поручили летчикам. Можно хоть спросить и привлечь к ответственности.
И вот красавец в полной сборке заблестел на морозном солнце всеми красками. После опробования всех систем на привязи, вертолет готовился к первому полету, знакомству с воздушной средой. Из пяти переученных командиров право первого полета досталось капитану Тимошенко, Иванычу. Место бортового техника занял Женя, Шарипов Реджепбай. А правое кресло доверили молодому выпускнику училища лейтенанту Сургутанову. В училище он обучался на Ми-8, так что кресло летчика восьмерки для него самое привычное из троих.
Владу в числе других досталась роль наблюдателя.
Свист двигателей сопровождался одновременным вращением винтов, что для четверочников ново. Там запуск двигателя
Влад застыл в угрюмом молчании. Ему вдруг не понравилось веселье, а причину пока не знал. Спроси, дал он команду второму себе. После начала освоения функций и работы единой компьютерной системы, Влад стал делить себя на два Я, пока полностью не сольется в единое целое с системой. Для полного освоения потребовались дополнительные значковые обозначения, так как в его лексиконе не хватало запаса слов. Но уже даже после поверхностного знакомства, Влад понял, что технологии ему вручили очень древние для уровня их цивилизации. Но даже эта древняя наука не могла еще найти применения в современном мире. Мы оказались намного древней их древности. Однако несколько кристаллов не поддавались вскрытию, намекая о совершенном пароле, знание которого возможно наступит через очень долгое время. Перестраховались ребята. Перерождение в монстра, Влад давно понял, невозможно. Он легко контролировал свои эмоции, и сверхвласть не приносила суперэмоций. Только чувство удовлетворения от своей благородной миссии. Он продолжал любить и понимать людей. А это главный показатель.
Влад не обиделся за глубокую засекреченность. Скорее всего, он так предполагал, в потайных чипах заложены более современные технологии и тайны, а возможно, хотя маловероятно, там записан их адрес. Может и была у них надежда на перерождение цивилизации, и чипы раскроются через много веков в случае успеха превращения серой планеты в зеленую. Но это личные фантазии. Они-то знают адрес и в состоянии сами проверить результат. Но шанс на расшифровку оставили, тогда и узнаем тайну, позже, так позже. Жизнь теперь казалась бесконечно долгой.
Чувство тревоги нарастало, и Влад для подробнейшего анализа притормозил время. Вся округа моментально окуталась ватной тишиной и розоватым движением воздуха. Серые оболочки экипажа странно вибрировали. Влад перевел взгляд в сторону предполагаемого взлета и увидел легкие, чуть заметные, полупрозрачные тени в районе высоковольтных проводов, пересекающих образное продолжение взлетной полосы. Его почему-то второе Я предупреждало о предполагаемой гибели экипажа на взлете. Но необходимо было хоть маленькое объяснение причины будущей катастрофы.
Влад посмотрел на застывший в густой временной массе вертолет и прошелся глазами по всей конструкции. Вероятность падения на взлете чаще из-за выхода из строя силовой установки. Перегрузка здесь практически исключена. Даже из-за полной заправки отрицательная температура наружного воздуха давала приличный запас загрузки. Влад немного ускорил время и прислушался к работе турбин. Ясность наступила мгновенно. Правый двигатель свистел с подозрительным сипением. В нормальном временном пространстве сипения не слышно, но оно отчетливо обнаруживается при многократном замедлении. Взлет необходимо срочно запретить.
Влад рванул к последней рулежной дорожке, примыкающей к взлетной полосе, и преградил путь вертолету, скрестив руки над головой.
— Туши мотор, праздник отменяется.
От такой наглости Иваныч резко нажал на рычаги тормоза шасси и сбросил обороты. Выглянув на половину туловища из распахнутой двери, он выразительно постучал кулаком себе по лбу, так как вслух высказать свое мнение не позволял рев турбин даже на малых оборотах. А слов накопилось много. Такой праздничный торжественный вылет сорван бзиком Влада.