Пираты Короля-Солнца
Шрифт:
— Вы сказали ужасную вещь, отец. Кого я чуть не угробила?
— Себя, дура бестолковая. И Бражелона, который полез спасать тебя… А шансов у вас было… не сто из ста, скажем так. Ты хоть понимаешь, чего ему это стоило?
— Но все же обошлось, — жалобно сказала она, — Не ругайтесь. А то мне тоже становится страшно. Я понимаю, что опасность была очень велика, но нам повезло!
— Все время везти не будет, — проворчал герцог, — Вы могли сорваться.
— Могли, — печально сказала Бофорочка, — В любую минуту. Я-то знаю! Вы правы. Но зачем опять об одном и том же?
Бофор решил как следует
— Я не уверен, что это последнее приключение Анри де Вандома, связанное с риском для жизни. Но запомни: тогда и мне не жить. Своим безрассудным поступком ты и меня убила бы.
— Что вы хотите сказать, отец? — пролепетала перепуганная Бофорочка.
— А то, мадемуазель де Бофор, что в первом же бою герцог Франсуа исчезнет в пороховом дыму. И поминай, как звали.
Бофорочка не на шутку испугалась. Зловещие слова подействовали!
— Вы не имеете права даже думать об этом! Вы… Как же вы можете предать нас?! В вас все так верят! Пожалуйста, батюшка, никогда не думайте о таком ужасе, если хоть чуточку любите меня!
— Я слишком люблю тебя, негодница! Но завтра ты будешь милой благовоспитанной девушкой, а не взбалмошным мальчишкой!
На этот раз Бофорочка затрясла головой весьма энергично.
— Да мы же, наверно, выдали себя, дочка! Думаешь, никто ничего не понял?! Как бы не так?
— Может, и поняли. Даже наверняка поняли. Лишь бы только не догадались, что я девушка. Ваши Пираты — люди воспитанные, какие бы ужасные песни они не горланили, суть не в этом. Завтра все сделают вид, что ничего не произошло. А если наши опасения подтвердятся, и кто-нибудь сделает вывод, что паж Анри де Вандом — внебрачный сын вашей светлости, это бедный паж как-нибудь переживет. Честно говоря, мне кажется, этот вывод уже сделали многие — и капитан, и Гримо, и Рауль, и даже малек! Но правду все равно узнают. О том, кто такой Анри де Вандом на самом деле. Но сейчас нельзя.
— Тебя, что ли, увлекает романтическая игра? Тебе нравится морочить людям головы?
— Нет. Нет. Совсем нет. Мне стыдно морочить людям головы. Но ваше утверждение о том, что своим эксцентричным поступком я хотела привлечь к себе внимание вашего любимца Бражелона — голословно. Это не так!
— Это именно так, хотя ты стараешься уверить меня в обратном!
— Это не так! Не так! Не так!
— Ты может, сама не понимаешь, что это так.
— Не так!
— Отрицание не доказательство, — усмехнулся герцог.
— Голословное утверждение тоже не доказательство, — возразила Анжелика.
— А-а-а! Тебе нужны доказательства? Пожалуйста! Ты вечно так и смотришь ему в рот, так и пялишься на него. Я сказал бы даже, что ты бегаешь за ним. Словно вернулись веселые денечки Фронды.
— Клевета! — покраснела Бофорочка, — Все неправда!
— Но ведь он тебе нравится.
— Очень нравится! Прелесть!
— Вот и отлично!
— Что же тут отличного? — удивилась Анжелика.
— Ба, крошка! Поверь моему жизненному опыту: становись снова девушкой, займись своими юбками, помадами, мушками и — разрази меня гром, если 'Корона' еще не дойдет до Алжира, а ваши любовные дела устроятся наилучшим образом.
— Как это? — вытаращила
Бофор покусывал усы.
— В таких случаях 'приказывает' женщина.
— Вы с ума сошли! Он и не помышляет ни о чем таком! У него одни его Пираты в голове! А если бы даже и думал… Вы что, не знаете о Лавальер? И после всего этого вы хотите, что ли, чтобы я сказала: 'Повелеваю! Женитесь на мне, сударь!
— Дитя мое! Милейшая Шевретта считала тебя весьма способной своей ученицей! Что-то ты усвоила из ее уроков? Не прикидывайся дурочкой, ты прекрасно понимаешь, что я хочу сказать. И что, ты считаешь бедняжку Луизу опасной соперницей?
— Да. Очень опасной. Она в любом случае 'милая и обходительная' , а не 'зареванная лахудра' .
— Поверь мне, моя очаровательная девочка — ей до тебя далеко. И она сама далеко.
— Но в любви нет логики, и любят не всегда самых красивых. А уж зареванную лахудру…
— Отрекаюсь! Торжественно отрекаюсь от своих слов! А дальше — это уж твоя задача!
— А мне это надо? Вот еще!
— А ты представь, какой фурор произвело бы это событие при Дворе короля! Многие наши враги взбесились бы от ярости. И его враги, кстати, тоже.
— Свадьба на корабле? — удивленно спросила Бофорочка, — Разве так бывает?
— Бывает. Конечно, бывает. Я на слово прошу поверить мне, адмиралу!
— Ваши враги, — повторила она слова отца, — Вы не об этом ли секретничали с графиней?
Бофор загадочно улыбнулся.
— А если даже и так?
Анжелика задумалась.
— Отец, скажите, это ВАМ нужно, чтобы я вышла замуж за де Бражелона? Вы преследуете какие-то политические цели?
— Я о 'политических целях' предпочел бы беседовать не с молодой девицей, а хотя бы с ее предполагаемым супругом.
— Возможно, для всех вас, умные взрослые господа, это было бы очень кстати… Возможно, говорю я, потому что решение принимает не девушка… А 'предполагаемый супруг' .
— О! Он примет нужное решение! Дьявольщина! Я на его месте так и поступил бы! Я уверен! Так и будет! Надо быть полным идиотом, чтобы отказаться от дочери Бофора! Я уверен, что…
— А вот я не уверена, — сказала Бофорочка, — И потом, отец, вы обещали, что я выйду замуж по любви. Разве нет?
— Но ты только что сказала, что любишь его. Разве нет?
— Я сказала 'нравится' . Я не хочу, чтобы меня приносили в жертву даже вы, уважаемые лидеры фрондерской партии! Вы хотите укрепить распавшийся фрондерский блок этой свадьбой? Новую Фронду затеять? А нас вы спросили? Я вам не принцесса Генриетта и не эта… древняя… Ифигения…
— Богинь в жертву не приносят, 'юная Богиня Фронды' .
— Какая же я богиня? Великий Конде мимоходом сказал комплимент маленькой девочке, а его превратили в прозвище. Я — зареванная лахудра, вот кто я!
— Опять! Принц Конде — остроумный, галантный красноречивый вельможа, и он сказал правду! А я — косноязычный Рыночный Король, сболтнул глупость. Забудь! Ифигения… Вот и давай юной особе классическое образование! Генриетта! Сравнила! Бедняжку принцессу выдали замуж за юного негодяя в интересах союза двух великих держав.