Первый рейд Гелеарр
Шрифт:
— Джес, но я же могу заречься надолго при любых раскладах не использовать…
— Да? Это ты можешь к Алексу применить. Или к любому другому, на которого у тебя есть влияние чисто женского характера. А этот вариант под такую классификацию не подпадает, потому что его разум уже всецело твой и виной тому вовсе не твой шарм. И только от тебя зависит, соображает он сам в данную минуту или беспрекословно подчиняется приказам.
— Джес, чего ты на меня напираешь? Что я по твоему не смогу…
— Да твое дело! Только учти, что между людьми бывают не только романтика и поцелуйчики, но
— Надо будет — пойду на уступки!
— А если он не примет твою любовь и захочет уйти, ты уступишь? Ты отпустишь его?
Вивер промолчала.
— Вот видишь. Ты сама себе ответила на вопрос.
— Джес, я хочу попробовать.
— Да поступай как знаешь! Или тебе мое благословение надо?
— Нет… просто ты так рьяно напала на меня…
— Я просто хочу, чтобы ты понимала, что у тебя с ним может хоть что-то получиться только если ты согласишься терпеть, не смотря ни на что, его выходки в тех пределах, которые заставят тебе считаться с тем, что он все-таки личность, а не зомби. Иначе ты просто его поэксплуатируешь, а если еще и привяжешься к нему, то момент, когда тебе придется подчинить его себе, будет тебе же стоить огромных нервов и, весьма вероятно, разбитого сердца и дополнительного озлобливания на мужиков вообще. Очень это будет нужно твоим будущим любовникам…
— Я учту это.
— Учти-учти. Но все-таки подумай еще раз.
— А я уже и забыла, какого это… ведь такие взгляды на жизнь… такую точку зрения тебе вдолбить мог только…
— Да, Алекс… только ему этого не говори… а то еще загордиться. А мы же этого не хотим, так?
— Так. Не скажу, не бойся.
— Ладно, мне пора уже. Солнышко, — обратилась Джессика к раненой девушке, — к тебе просьба — веди себя тихо. Не будешь доставлять неприятностей, тебя и пальцем никто больше не тронет. А уж коли нарвешься — пеняй на себя.
— Вы меня отпустите… когда-нибудь? — тихо спросила пленница.
— Когда-нибудь, да. Еще палкой выгонять будем, ибо не захочешь уходить.
— На этот счет… не беспокойтесь. Ни на секунду не задержусь.
— Не зарекайся, — добродушно улыбнулась Джессика. — У нас там такие мальчики-душечки, девичьи сердца покоряют на раз.
— Не буду я посягать на вашего… Алекса. Сдался он мне…
— А при чем тут он? Этого кадра вообще-то не так просто расколоть. Не даром он когда-то один с нами со всеми воевал. К тому же он занят сейчас одновременно тремя дамами, одна из которых — я. А такой фильтр сложно обойти… любой красавице. Но у нас там куча других замечательных мальчиков. Поверь — выбрать будет из кого…
— Особенно учитывая, как сильно вы ими очарованы, — добавила Вивер. — Ноль-ноль-ноль-четыре, перенастройка протокола подчинения. Новый хозяин, — Вивер показала пальцем на Джессику, — она. Новый уровень подчинения — «полный». Срок действия протокола — неограниченный.
—
— Джес, а как их всех звали? Кем бы он ни был, сейчас это не имеет значения. Называй как хочешь, он на любое имя отзовется.
— А если нас повстречают в городе, а я к нему буду обращаться как-то странно…
— Ну, во-первых, если вас встретят в городе, то тебе все равно придется активировать какую-то часть его памяти, чтобы он мог адекватно отвечать. А если ты еще помнишь теорию ментальных прошивок, то имя — одно из корневых, и его все равно придется активировать. Во-вторых, ты совсем забыла, как я делаю зомбей? У него прошито достаточно программ адекватных реакций на любую простую команду. Им не так сложно управлять…
— А, ну да…
— И, в-третьих… если вас встретят в городе, то я выторгую у Алекса инструктаж на все твои тренировки по конспирации и шпионажу на ближайшие десять лет… нет, на ближайшие сто лет! И помимо того, что загоняю тебя на них, так еще и на каждом занятии буду напоминать, что «вас встретили в городе».
— Он тебе их не даст!
— Даст. Между прочим, в прошлый раз я сама отказалась идти к тебе инструктором, хотя он меня долго уговаривал.
— Вот… козел!
— Джес, неужели ты не знаешь, что таким как я, ты и он сложно подбирать инструкторов?
— Да знаю уж! Сама ненавижу… ему подбирать кого-то. Он всех как орешки щелкает, и под конец обычно непонятно, кто у кого инструктор.
— А учитывая-то, как ты, Джес, можешь им вертеть, что он и сам прекрасно понимает, то полноценного инструктора из него для тебя не получится, даже если вы разругаетесь в хлам. Особенно учитывая то, что вы сейчас опять вместе. Поэтому я — одна из наиболее подходящих кандидатур.
— Но он учит меня!
— Да он всех учит! Потому что, как бы мы к нему не относились, в критической ситуации только он остался, а нас всех захватили. А принцип, что «лучшая тактика у того, кто выжил» никто не отменял. И ведь никто не хочет вновь попасть под паразита, поэтому волей-неволей начинаешь прислушиваться к тому, у кого тактика лучше. То есть к нему. Но ведь и Алекс живой. А ты его любимая… и это все знают. И он это понимает не хуже окружающих. Тренировки наши и их сложность ты сама можешь оценить. И то, что он будет стараться тебе их облегчить — естественное явление для ваших отношений. Это закономерно для полноценной пары. Но умом он понимает, что это неправильно, поэтому ему тебе полноценным инструктором быть не получится. Он и не стремится.
— А ты, значит, можешь…
— Конечно! Ведь погонять я тебя могу достаточно хорошо, даже для твоего уровня подготовки, и меня не будут мучить угрызения совести на почве психофизических межполовых отношений.
— Злюка ты!
— О-хо-хо, кто бы говорил! Короче, давай закругляться, — Вивер сузила глаза и сказала. — Кажется, сейчас достаточно выгодное время, чтобы незаметно уйти. Людей на улице почти не стало. Спасатели ушли и у военных смена караула в разгаре.
— А откуда ты… подожди… ты что — глазами зомби это увидела?