Первый рейд Гелеарр
Шрифт:
— Заходите! — позвала та, спустилась на несколько ступеней ниже и вошла в дверь.
Джессика проследовала за ней, следом шаркающим шагом плелось тело Шейна. Джессика отметила про себя, что «укрытием номер шесть» Вивер в этот раз служил какой-то подвал в теперь уже разрушенном здании. А вообще она обычно всегда организовывала именно шестое. При этом что такое и где находятся остальные пять знал разве что Алекс… да и то вряд ли.
— Черт тебя дери, Вивер, — сказала Джессика, следуя за первой по узкому коридору вдоль каких-то труб, — предупреждать же надо, что он не завербован! Мы пока от стоянки сюда
— Зато это было естественное для этого человека поведение.
— Хрена се… естественное… даже я до последнего думала, что он тобой был завербован.
— Юридически, так и есть. А вообще, раз даже ты не догадалась, то и любой встретивший его в городе уж подавно ничего странного в нем не заметил.
— Ты же его зомбировала!
— А ты хотела бы, чтобы он по городу передвигался со стонами? И, даже если бы он добрался до вас, я представляю себе этот диалог: «Стой, кто идет?», «Ве-е-е-е-е», «Пароль!», «Ве-е-е-е-е», «Бля, да это ж настоящий зомби!». Бах-бах! «Ви-е-е-е-е». Бах, бабах! «Ви-и-и-и-в-е-е-е-е…». Тра-та-та-та-та-та-та! «Ви-и-и-и-в-е-е-е-е-р-р-р… экх… экх… эх-х-х-х-х», «Бля, да у него было послание от Вивер! Что теперь делать, мы же его пристрелили?!». «Ничего, подождем другого зомби! Они же у нас вместо почтовых голубей!»
— Очень смешно! Ты этого сарказма у Алекса нахваталась?
— Это спорный вопрос кто у кого нахватался. Кстати, в вашей развеселой компашке, только ты да он не удивляетесь моей внешности. К чему бы это?
— Я видела тебя раньше, Вивер!
— Только почему ваша молодежь меня с ними сравнивает, а не их со мной? Я ведь на несколько веков старше! Что вы там обо мне рассказываете? Какую-нибудь хренотень?
— Ну, мы просто обычно не уточняем некоторую особенность твоей внешности по отношению к Рип. К тому же, до их появления, это было и не важно.
— Ха!
— Слушай, ты меня позвала, чтобы пререкаться?
— Нет.
— Так для чего же?
— Сейчас объясню. Всё, пришли. Сюда давай.
Они повернули в один из ближайших проемов и оказались в помещении, которое раньше было котельной. Котлов не было, среди мебели остался только один железный шкаф у дальней стены. Все остальное помещение занимали стоящие люди. Их было человек шестьдесят и у всех были пустые взгляды.
— Хрена се… ты зверюга, Вивер! — восторженно и немного с ужасом произнесла Джессика. — Откуда столько?! Ты же только позавчера прилетела!
— Ну, эти ж клоуны довели кое-кого до того, что она корабль грохнула… ну, а потерпевших никто особо доставать не торопился. Видимо у них просто никогда спасатели не практиковались. Вот я и сколотила небольшой отрядец копачей.
— Из зомби?
— Ну а что?
— И всех, кого находила — определяла туда же?
— Понимаешь… Шейн, этот… у них довольно известная и яркая личность. А он был одним из копачей. Пришлось…
— А чем их теперешняя участь лучше предыдущей?
— Тем, что они живы и невредимы… почти. Если все будет нормально, то когда мы улетим, к ним вернется память, и они будут жить себе дальше.
— А что ты с ними сейчас-то делать будешь?
— Пока не знаю. Думаю посоветоваться с Алексом.
—
— Если точно, то пятьдесят восемь, вместе с Шейном.
— А содержать ты их как будешь?
— Не учи меня пасти зомби! Вот когда покинешь нас, будем кушать и ложится спать. А завтра что-нибудь придумаем по поводу купания.
— Ладно, хрен с тобой. Зачем звала?
— Номер ноль-ноль-ноль-четыре, шаг вперед!
Вперед вышло тело, которое еще недавно считалось заведующим клиникой, в которой загубили девочку с аппендицитом.
— Этот тут проболтался немного, — сказала Вивер.
— О чем?
— О том, что вы должны были кануть в Лету на какой-то там военной базе.
— Да-а-а… а откуда он…
— Вот и я задумалась над этим. Судя по тому, что я слышала, у вас там была та еще история. Но вот в свете того, что кто-то из корпорации знал, что вас должны были уничтожить, всей истории это прибавляет пикантных оттенков, не находишь?
— А ты выяснила, что ему известно об этом?
— Мы можем, конечно, его допросить, но вот ему конкретно было известно не так много. К слову, я заметила интересную закономерность. У них тут есть что-то типа сарафанного радио. Все пользуются слухами, которые никто не проверяет. Что интересно — очень часто они близки к истине. То есть, на всякий случай, своих они обманывают редко. Зато метко.
— Ты хочешь сказать, что они и своим мозги промывают, как и Биллу с Каролиной?
— Не знаю. Но, судя по всему, мы знаем намного меньше о Телепатопии, чем думали. А еще у них тут есть некий рекламный авторитет. Звать его Пророком. В него все верят, его слушают, все выполняют его «заповеди», им угрожают, на него надеются. И, как ты, наверно, уже поняла, его практически никто не видел. Зато видели его группу поддержки… этих, как их… то ли Бдящих, то ли Смотрящих… ну, да, в общем-то, не важно, как их называют… Они у них как буферная прослойка между народом и Пророком.
— Секта?
— Да как тебе сказать… много признаков есть. Но создается впечатление, что даже те, кто не выбирал свой путь попадания в корпорацию, а присоединился к ним по обстоятельствам, остаются здесь по своей воле, а не по принуждению.
— Так ведь для секты…
— Да, характерно. Но понимаешь… достигнув некоего статуса в их обществе, они получают некую… привилегию. Им доверяют какую-то тайну… причем все знают, что эта тайна есть, но не всех в нее посвящают… несколько раз в году избранных забирают на посвящение…
— Дай угадаю — они не возвращаются?
— Да нет, возвращаются.
— С промытыми мозгами?
— Нет.
— Фанатики?
— Да нет же!
— А… что тогда?
— Они возвращаются обычными. Как и были. Только уверенными в правоте своего руководства.
— Ну, значит им там мозги полоскают…
— Джес, ты меня вообще за дуру держишь? Я тебе говорю — нет.
— Значит, объясни мне, что ты видишь в этом особенного.
— Понимаешь… они возвращаются искренне верующими. Не принужденные, не подчиненные, не сломленные, не фанатичные… короче, с ними ничего не делают, а только объясняют какую-то истину, в которую верят все, хотят они этого или нет.