Первый рейд Гелеарр
Шрифт:
— И резак, — подсказал Саша.
— Хорошо. Два школьника и резак могут обойти обученных охранников… и прокрасться в сильно охраняемую зону? К слову о резаке, я там у них и оружие видел… Это смешно звучит, я уж не говорю, как выглядит со стороны.
— Для начала, не два школьника, а два студента. И потом — это пока было легко. Если все пройдет нормально, то так же легко мы и выйдем отсюда. Но все может измениться в любую минуту.
— Только что-то очень это похоже на театральную постановку.
—
— А может, я не хочу играть в ней?
— С чего вдруг? Ты подумай, — Саша широко улыбнулся, — у тебя же главная роль!
— Очень смешно…
— Да ты только представь: вокруг тебя тайны и камеры, секреты и декорации, все что-то знают, но не говорят, и в центре — ты, такой весь…
— С амнезией, которой все пользуются. Слушай, может, ты мне просто скажешь, что там с Каролиной, и мы пойдем домой?
— Струсил? Не бойся, в сценарии этого нет. Мы должны прокрасться в секретную комнату и нарыть секретную документацию, секретно ее прочесть и так же секретно свалить отсюда. И все это должно быть в строжайшей секретности!
— Ты чего паясничаешь?! — возмутился Чарли.
— Да потому что ты чушь какую-то несешь! — прошипел в ответ Саша. — И вообще — думай, что хочешь, но играй свою роль как положено. А тебе положено сейчас молчать и следовать за мной!
— А я отказываюсь играть, даже не прочитав сценарий!
— А я слышал, что самые лучшие актеры всю жизнь импровизируют!
— Я только не помню, когда это я соглашался свою жизнь превратить в чью-то шпионско-детективную постановку.
— Вся жизнь — театр… слышал?
— Слышал. Но я забыл, кто это сказал.
— Робер Сунь-аль-Халиб Татарстанович.
— Кто? — переспросил Чарли, в его голосе были слышны нотки накатывающего истерического смеха. Он не знал кто это, но был уверен, что Саша только что выдумал это имя, и такого человека никогда не существовало на свете.
— Не важно, ты его все равно не знаешь. Успокойся и пошли дальше.
Они прошли несколько поворотов, по дороге им не встретился ни один человек.
— А что массовку уволили? — тихо спросил Чарли.
— Какую массовку?
— Ну тех, от кого мы должны были старательно прятаться?
— А… нет, по сценарию мы пробираемся так профессионально и круто, что нам вообще никто не попадается на встречу. Но они ходят по коридорам, чтобы совсем безлюдно не было. Слышишь?
Чарли прислушался. Действительно по коридорам разносился звук шагов нескольких человек.
— А разве это реалистично? Что мы вот такие крутые пришли…
— Послушай, Би, не знаю, какая муха тебя укусила, но я очень прошу — перестань. Иначе мне придется тебе доказать, что это всё не игра, что мы — настоящие, и что все вокруг нас — не декорации.
— Да ну? Ты хоть одно из моих замечаний нормально объяснил? По поводу
Саша резко остановился. В его взгляде что-то поменялось и он спокойно сказал:
— Хорошо, будь по-твоему. Идем.
— Куда?
— Реквизит театральный смотреть.
— Зачем?
— Хочу показать тебе, какая должна была быть следующая сцена с твоим участием.
— Э-э-э… мне что-то это не нравится… ты как-то резко переменился.
— Чарли, идем! — в голосе Саши отчетливо различалось требование вперемешку с нетерпением. — Хочешь театра — будет тебе театр!
Это был чуть ли не единственный раз, когда Саша назвал Чарли по имени. Последний решил послушаться, возможно из-за того, что где-то в глубине души побаивался разозлить этого человека, хотя и не помнил почему. Они резко поменяли направление движения и направились…
— В морг? — спросил Чарли, пройдя третий указатель, где на каждом из них только два значка повторялись с завидной регулярностью. Но то, что они шли не в туалет, парень понял и сам.
— Там у нас реквизит к сцене, где ты увидишь последствия после падения корабля.
— А почему реквизит в морге?
— Потому что в морге хранятся трупы, пусть они и муляжи. Или это нелогично, по-твоему?
— Ну, в принципе…
Спустившись в морг и ощутив холод, Чарли зазнобило. Холод был настоящим. Это уже настораживало. Он окончательно запутался в том, как относится ко всему происходящему. Интересно, что собирался показать ему Саша? Его спутник шел уверенно, как будто тут всю жизнь и работал. Хотя, если это все декорация, а он — актёр…
Они прошли небольшой коридор, разделявший кабинет патологоанатома и его основное рабочее место и зашли в собственно сам морг. Внутри была целая куча тележек с… чем-то накрытым белыми простынями. Саша направился к холодильникам, выбрал один и что-то нажал. Внутри устройства тихонько зажужжало.
— Ты что делаешь? — спросил Чарли.
— Готовлю реквизит к осмотру.
— Это как?
— А вот так!
Спустя минуту он открыл холодильную камеру и вытащил из нее тело.
— Ну, чего ты там стоишь? — спросил Саша. — Подходи.
— Зачем тебе я? — неуверенно спросил Чарли.
— Хочу показать, тебе какие классные муляжи для трупов мы делаем! Ты же этого хотел?
Чарли думал было послать Сашу к черту, но его привлекло внимание то, что лежало на выдвинутой «другом» из холодильника полке. Парня постепенно заполняло чувство, что ему не понравится то, что он сейчас увидит. Подойдя к холодильной камере, Чарли посмотрел на лицо лежащего и сразу узнал его. Это был тот самый парень, который вчера спросил его, был ли он на «внешке».