Перехват
Шрифт:
Министр рассмеялся, и Штерн с удовольствием к нему присоединился. Все же здорово, что у них было принято встречаться в массажном салоне. Ну где бы он мог так запросто общаться с министром?
В министерстве? Шиш! Там очередь из просителей стояла от балкона до туалета тыловой службы. А тут – говори, и тебя услышат.
12
Генератор волн нагонял скуку, и на мгновение Штерну показалось, что министр совсем о нем забыл, прислушиваясь к крикам ошпаренного генерала Бурна, но
– Я вот все думаю про этих инсайдеров… – произнес министр и слегка перекосил физиономию, когда по ногам прошла волна арктического холода.
– Ух, зараза! – подыграл ему Штерн.
– Могут, да?
– Ох могут, сэр! Ох и могут!
– Вот поэтому я люблю сюда ходить, у них массаж так массаж, бассейн так бассейн.
– Это да, – кивнул Штерн. – Стоящее место.
– Что вы о них думаете, Клаус? Потянут они такой заказ?
Штерн сделал неопределенное движение головой – сразу говорить было нельзя, требовалось определить, что хотел услышать сам министр.
– Нет, про качество я не говорю, мы же получали от них… Тральщики?
– Спасательные станции, сэр.
– Вот именно. В плане качества никаких претензий, но сотни кораблей… Пусть и не самых больших.
– Ну что я могу сказать, сэр, оборудование они покупали за немалые деньги, оснастка у них первоклассная. Все производство роботизировано – даже страшно со стороны смотреть на все эти манипуляторы, дизъюнкеры. Как будто ядовитые пауки, туда-сюда, туда-сюда. Там дисковой пилой – вжик! А там сваркой – шварк!.. Производит впечатление, так их разэтак. В любом случае через три дня получим точные данные, они обещали отрапортовать о девяностопроцентной готовности пары сотен бортов.
– На что вначале налегают?
– Ну, мы просили торпедоносцы – они с них и начали.
– Хорошо.
– Потом пойдут ракетные катера параллельно с небольшой серией скоростных абордажных бортов.
– Вот это хорошо, вот это правильно! – закивал министр и, вытянув ноги, достал до нижнего холодного слоя воды. – Ух, мерзавцы! Чем же они ее так охлаждают – никак азотом? Что вы думаете, Клаус?
– Наверняка азот, сэр. Без азота здесь не обошлось!
В бассейн с разбегу вдруг сиганул генерал Бурн. Он поднял тучу брызг, заставив министра с начштабом зажмуриться.
– Что ты наделал, Роберт! – воскликнул министр.
– А что не так-то? – удивился вынырнувший Бурн.
– Ты нарушил ламинарное истечение потоков! Ты все смешал! Теперь вода стала какой-то… сырой…
– Да плевать я хотел на эту вашу воду! Это я к тому, что ставку надо делать на артиллерию! Кто вы без артиллерии? Гэ на палочке!
– У нас будут новые корабли артиллерийской поддержки, генерал Бурн, – осторожно заметил Штерн. – Они уже во множестве строятся.
– Да в каком множестве, Клаус? – завопил Бурн, дыша на гостя свежим коньяком. – Тридцать лет назад вы порушили сто пятьдесят крейсеров! Пустили их на переплавку! А как бы они сейчас пригодились, а?
– Тридцать лет назад, Роберт,
– Дык, это понятно, Руди! И ты не был министром обороны, а прозябал в околотке на Мнявемме сраным лейтенантишкой! Но на ваших местах уже сидели какие-то упыри, это они разрушили нашу боевую мощь! Нашу защиту и опору!
– Роберт! Роберт!.. – закричал министр и ударил по воде рукой.
– Что такое?
– Ты мочишься в бассейн!
– С чего ты взял?
– Ты голый, и ты мочишься в бассейн, вот эти пузыри вокруг тебя свидетельствуют об этом! Выйди вон!..
– Да ладно тебе!
– Пошел во-о-он! – перешел на крик министр, и Бурн поспешил к лесенке. Он знал, когда надо сдать назад.
Штерн тоже невольно стал отплывать в сторону, чтобы не становиться свидетелем этой ссоры, однако министр сказал:
– Останьтесь, Клаус, это все пустяки. А на будущее, если еще не сделали такой ошибки, запомните: никогда не приближайте к себе земляков или родственников. Они присосутся к вам, как пиявки, и неоднократно подставят под удар, а вышвырнуть их вы не сможете.
– Да, сэр, я понял.
– Нам нужно поторопить инсайдеров, пусть это обойдется дороже, но выпуск специальных среднетоннажников необходимо ускорить.
– Хорошо, сэр, я передам это. Думаю, они смогут ускориться, если оплатить им увеличение строительных мощностей.
– К сожалению, сделать то же с крейсерами мы не можем, там совсем другая специфика, а вот тут – придется постараться.
– Не надо было резать корабельную артиллерию, сейчас была бы задница прикрыта! – гнул свое генерал Бурн из дальнего угла купального зала.
– И что бы ты делал с ними теперь, с этими старыми калошами?! – не удержался министр, снова начав сердиться и поднимать в бассейне волны.
– А то бы и делал: расстреливал всякую сволочь на максимальной дистанции!..
– Роберт, друг мой! Да они пожгли бы твои корыта раньше, чем экипаж успел бы что-то понять! Ты знаешь, на какой дистанции они могут обнаруживать нас?..
– Нет, – после некоторой паузы признался Бурн, медленно натягивая кальсоны.
– Семьдесят тысяч километров! А эффективный огонь могут вести с двадцати тысяч километров! А сколько осиливала твоя реактивная артиллерия?
– Пять тысяч семьсот, – совсем уже тихо пробубнил Бурн и поднялся.
– Куда ты? – строго спросил министр.
– Возьму коньяка…
– Какого тебе коньяка?! В бассейне нассал, еще не хватало, чтобы и в лифте?
Бурн опустился на стул и замолчал, а министр проплыл до бортика, вынырнул и встряхнул головой.
– Вы, я вижу, слегка удивлены, Клаус? – спросил он, и начштаба не понял, к чему это относилось – к разговорам о службе или к поведению генерала Бурна.
– Да, сэр. Я удивлен, конечно, но не очень… – неопределенно ответил Штерн, осторожно подгребая руками и стараясь держаться на струе водомета, чтобы не сильно уставать.