Пена дней
Шрифт:
— А что такого? Это куда лучше, чем коллекционировать Партра, — сказала Ализа и ущипнула Шика за ухо.
— Надеюсь, у Хлои ничего серьезного? — спросила Исида.
— Она не пишет, чем больна, но жалуется, что у нее ноет грудь, — ответила Ализа.
— Хлоя такая красивая! Невозможно себе представить, что она захворала.
— Ой, — прошептал Шик. — Смотрите, смотрите!..
Часть застекленного потолка приоткрылась, и по периметру образовавшегося проема появились чьи-то головы. Оказывается, отважные поклонники
— Их можно понять, — сказал Шик. — Лекция совершенно выдающаяся.
Партр вышел из-за стола и продемонстрировал слушателям муляжи различных типов блевотины. Самая прекрасная из них — непереваренное яблоко в красном вине — имела огромный успех. Шум стоял такой, что даже за занавесом, там, где сидели Ализа, Исида и Шик, стало уже почти невозможно разговаривать.
— Когда же они приезжают? — спросила Исида.
— Завтра или послезавтра, — ответила Ализа.
— Мы их так давно не видели!.. — сказала Исида.
— Да, — подхватила Ализа, — со дня их свадьбы…
— Что и говорить, свадьба удалась на славу! — воскликнула Исида.
— Еще бы! — сказал Шик. — Ведь именно в тот вечер Николя проводил тебя домой…
К счастью, в этот миг весь потолок обрушился, завалив зал, и это избавило Исиду от необходимости что-либо уточнять. Вихрем взметнулась битая штукатурка. Выбеленные известкой фигуры метались, спотыкались и падали среди обвалившихся кусков бетона, задыхаясь в ядовитом тяжелом облаке пыли, нависшем над обломками. Партр перестал читать, он хохотал от души и хлопал себя по ляжкам, радуясь, что столько людей втянуто в это светопреставление. Но все же и он поперхнулся пылью и ужасно закашлялся.
Шик лихорадочно нажимал на кнопки аппарата. Из фонографа выбился какой-то зеленоватый всполох, шустро пополз по паркету и скрылся в щели. За ним — второй и третий. Шик вырубил ток как раз вовремя, чтобы не успела вылезти омерзительного вида многоножка.
— Что я делаю! — воскликнул Шик. — Он вышел из строя. Микрофон забит пылью.
Адское игрище в зале достигло своего апогея. Партр, дочитав лекцию, стал залпом пить воду прямо из графина. Он явно собрался уходить. Тогда Шик решился.
— Я предложу ему выйти через заднюю дверь, — сказал он. — Уматывайте отсюда, я вас догоню.
XXIX
Николя остановился посреди коридора. Два солнца и в самом деле теперь не заливали его, как прежде. Желтые керамические плитки как-то потускнели, они словно подернулись легкой пеленой, и солнечные лучи, вместо того чтобы, разбиваясь, разлетаться во все стороны брызгами мельчайших металлических шариков, вяло лились на пол и растекались по нему бесформенными лужицами.
Впрочем, мышки, казалось, не были встревожены этими изменениями, не считая, правда, серой с черными усиками — ее удрученный вид сразу же поразил Николя. Но он подумал, что мышка просто не хотела так быстро возвращаться домой, что она тоскует по новым знакомым, которых приобрела за время путешествия.
— Ты недовольна? — спросил он ее.
Мышка с отвращением указала Николя на стены.
— Да, — согласился Николя. — Что-то здесь изменилось. Раньше было лучше. Не пойму, в чем тут дело…
Мышка на минуту словно задумалась, потом горестно покачала головой и беспомощно развела лапками.
— Я тоже не понимаю, — сказал Николя. — Даже когда протираешь стекла, ничего не меняется. Видимо, воздух здесь стал едким…
Он еще постоял в задумчивости, покачал, в свою очередь, головой и пошел дальше. Мышка же скрестила лапки на груди и с отсутствующим видом принялась жевать, но тут же сплюнула, почувствовав вкус жевательной резинки для кошек. Продавец, видно, ошибся.
Хлоя и Колен завтракали.
— Ну как? — спросил Николя, заглянув в столовую. — Дело идет на поправку?
— Гляди-ка! — воскликнул Колен. — Наконец-то ты заговорил нормально.
— Я не в форменной обуви, — объяснил Николя.
— Я чувствую себя неплохо, — сказала Хлоя.
Глаза ее блестели, щеки заливал румянец, и по всему было видно, что она счастлива вернуться домой.
— Она съела полпирога с курицей, — сказал Колен.
— Очень рад. Я его испек, не заглядывая в труды Гуффе.
— Ну, что будем делать, Хлоя? — спросил Колен.
— И когда обедать? — спросил Николя.
— Мне хочется пойти вместе с вами двумя, и с Ализой, и с Исидой на каток, и в магазины, и на вечеринку, — сказала Хлоя. — И еще мне хочется купить зеленое кольцо.
— Ясно, — сказал Николя. — Тогда я, не теряя времени займусь обедом.
— Только, пожалуйста, Николя, не надевай своей шоферской одежды, — попросила Хлоя. — А то с тобой очень утомительно разговаривать. И тебе придется лишний раз переодеваться.
— Я пойду возьму деньги из сейфа, а ты, Хлоя, позвони друзьям. Мы отлично проведем день.
— Иду звонить, — сказала Хлоя.
Она встала из-за стола, побежала к телефону, сняла трубку и пронзительно мяукнула. Это означало, что ее надо соединить с Шиком.
Николя убирал со стола. Он нажал на рычажок, и грязная посуда поползла на кухню, прямо в мойку, по спрятанной под ковром широкой пневматической трубе. Затем он вышел в коридор.
Мышка, стоя на задних лапках, передними скребла одну из потускневших кафельных плиток. Протертый ею уголок сверкал, как прежде.
— Вот это да! — воскликнул Николя. — У тебя получается!.. Невероятно!..