Печать Тамирайны
Шрифт:
Последнюю фразу я пропела и с пьяной обидой поинтересовалась у птицы:
— Так неужто ты думаешь, что со мной две подлые старушенции справятся?
— Ну-у-у, королева Тарана — серьезный противник. И ты ей очень не нравишься.
— Я к ней в невестки не навязывалась, если тебе память не изменяет. Сама меня таковой провозгласила. Отпустила бы нас на все четыре стороны — и никаких проблем. А может, она меня еще полюбит, когда узнает получше?
— Твои надежды напрасны, — печально вздохнул пернатый. — Не откроет тебе Тарана свое сердце…
— Тогда
— По печени — это в натуре самый практичный и действенный способ!
Мужской голос, прозвучавший за моим плечом, заставил меня вздрогнуть. Обернувшись, я увидела парившее в воздухе привидение.
— Федор! Ты-то как сюда попал?
Мне показалось, что призрак смущенно покраснел. Но все же справился с волнением и с напускной небрежностью сообщил:
— Слушай, я решил тут у вас отсидеться. Там один из моих корешей сообразительный оказался. Когда у него неприятности начались, он нанял братву из питерского монастыря. Типа, изгоняющие дьявола. Они приехали, весь его дом каракулями какими-то исчертили, лабуду какую-то днями и ночами пели. Не то чтобы это меня напугало, но как-то неприятно стало в городе находиться. Казалось, где ни затаись, все равно это нудное пение слышишь. Вот я и решил у тебя отсидеться, подождать, пока питерцы из города уберутся. Благо давно почувствовал, что ты куда-то далеко забралась. Кстати, а где это мы?
— В настоящем средневековом замке, с настоящей королевой-матерью. Феденька, очень рада тебя видеть. Здесь для тебя настоящее раздолье будет. Тутошние жители, по складу их менталитета, должны привидений как огня бояться…
И тут мне пришла в голову идея, показавшаяся просто замечательной. Я с тайной надеждой спросила:
— Федор, а ты домой вернуться сможешь?
— Да легко, — заявил призрак. — В любой момент! Только живым людям по дорогам мертвых хода нет, так что вы со мной не пройдете.
— Феденька, родной ты мой! Главное, чтоб ты домой попал! — радостно завопила я. — Выручай! Мы тут так влипли, так влипли! Чужой мир, я выхожу замуж за принца, мамаша у него — тиранша и деспотка, подруга мамаши — еще хуже. Вернуться домой — никакой надежды. Слушай, слетай в наш город и сообщи в милицию, что нас здесь в заложниках держат! Пусть спасают!
— Ага, — насмешливо каркнул Аргус, — пусть он еще в ФСБ сообщит, в прокуратуру и в детективное ток-шоу «Запретная зона»! Вот тогда нам точно помогут! Ты хоть думаешь, чего спьяну несешь? Ложись уже спать, а я с твоим приятелем-призраком побеседую.
Лежа под одеялом, я наблюдала за Федором, испытывая глубочайшую зависть. Докатилась! Мертвецу завидую! А что? Пусть у него и нет тела, зато он в любой момент может сизым облачком полететь к родному дому. Отсюда к родному дому…
Бравая старушенция Осанна разбудила меня затемно. Я со стоном слезла с кровати. Выяснилось, что надо идти провожать супруга на войну. Времени на то, чтобы привести себя в порядок, не было. Я успела лишь выпить кружку воды, сполоснуть лицо, натянуть
Во дворе замка уже собрался отряд из нескольких десятков всадников. Мужчины, облаченные в доспехи, гордо восседали на скакунах, похожих на наших земных ослов. Разве что размерами побольше. Рядом стояли пехотинцы — около сотни. Королева Тарана толкала напутственную речь. Я по причине бессовестного опоздания услышала только финал этого шедевра микерской риторики:
— Так пусть же сгинут от ваших рук все еретики-отступники, бросившие вызов великой богине Тамир! Да будет с вами ее благословение!
С этими словами королева начертила рукой в воздухе какой-то знак и сжала в объятиях своего сыночка, стоявшего рядом с ней. Кажется, я услышала, как у принца хрустнули кости. Всадники огласили двор воинственными криками. Тарана наконец отцепилась от сына и вытерла слезы платком с вышитым на нем изображением жезла. Точно такое же изображение, как я успела заметить, красовалось на синем фоне королевского знамени, которое держал в руках один из воинов. И как им не стыдно идти в бой под знаменем, на котором вышит… символ плодородия?
Тарана и Осанна прожигали меня тяжелыми взглядами. Кажется, сейчас мой выход? Ну не в настроении я с похмелья изображать безутешную Ярославну! Но пришлось кинуться принцу на шею и заверить его:
— Мой возлюбленный супруг! Я буду с нетерпением ждать вас!
— Не дождетесь! — склонившись к самому моему уху, ответил принц Нот.
— Надеюсь, вы, мой возлюбленный супруг, с честью и как можно скорее сложите голову на поле брани! — не осталась в долгу я.
Отряд покинул двор замка. Первыми двигались всадники, за ними бежала пехота. Несмотря на ранний час, на улицах города толпились люди. Горожане приветствовали всадников криками:
— Война, война! Да здравствует война! Возвращайтесь с победой!
Вернувшись в свою комнату скорбеть по уехавшему супругу, я поделилась с Аргусом своими наблюдениями:
— Слушай, Гусик, они тут все сумасшедшие! Впервые вижу людей, которые радуются войне…
— Посмотри на американцев! По-моему, они не сильно печалились, начиная войну с Ираком.
— Там все понятно: большая сильная богатая страна напала на маленькую слабую и бедную, чтобы без особых усилий завладеть ее нефтью. А здесь…
— А здесь — то же самое. Маленькое отсталое королевство посылает свой отряд на помощь большому и сильному, чтобы под прикрытием сюзерена урвать как можно больше у его противника. Война — это благовидный предлог для обычного грабежа. И микерцы надеются получить свой кусок пирога. Как я слышал, против богини Тамир восстал правитель очень богатой южной страны. Вернувшиеся с победой будут обеспечены на всю жизнь…
К завтраку меня не пригласили. Зато в моей комнате с подносом, уставленным едой, появилась та самая дебелая рыжая деваха, которая с воплями бегала по коридорам замка в день моего появления в Микерах. Кажется, она — одна из придворных дам королевы.