Патриций

Посняков Андрей

–  Legio - patria nostra!
– хором прокричали легионеры.
– Аве, славный Кальвизий, да пошлют тебе боги удачу.

Их было не так уж и много - какая там когорта, вряд ли больше половины центурии, человек сорок. Все с прямоугольными щитами-скутумами, в шлемах с плюмажами из петушиных перьев, в кожаных панцирях. Крайние воины держали в руках ярко горящие факелы.

–  Аве!
– выбежав из ворот, Виниций, а вслед за ним и несколько молодых слуг, с радостным криком бросились навстречу легионерам.

–  Аве!

Высокий

мужчина в длинном красном плаще и шлеме с перьями - центурион - улыбаясь заключил подбежавшего мальчишку в объятия. Крайний факельщик чуть отступил в сторону, и Юний с недоумением увидел позади него серебряный штандарт с изображением дракона - эмблему когорты. Маловат этот отряд для когорты! На манипул еле тянет, а знака манипулы - ладони - почему-то нигде нет. Зато где-то над задними рядами гордо реет еще один штандарт с широко раскинувшим крылья орлом и буквами…

Юний напряг глаза… Ага, блеснувшие в оранжевом свете факелов буквы сложились в надпись «Rapax» - «Хищник»… Но ведь никаких «Хищников» здесь, в Нижней Германии, быть не должно!

Либо восьмой легион - «Августа», либо - двадцать второй - «Примигения». Неужто этот направлен из самого Рима?

–  Что означает - «Rapax»?
– Юний посмотрел на Кальвизия.

–  Что?
– удивился тот.

–  «Rapax», - тихо повторил Рысь.
– Я прочел на штандарте название.

–  Не может такого быть!
– Старый легионер насторожился.
– Легион с таким именем был потерян в Паннонии полторы сотни лет назад! Не может быть.

–  Смотри сам… - Юний усмехнулся и вдруг заметил еще несколько несуразностей: фрамеи вместо пилумов (а они весьма не схожи - у пилума острие длинное и тонкое, словно игла), у многих - мечи на левом боку, а ведь легионеры носят их справа, слева будет мешать щит. И шлемы с перьями! Это в Риме такие носят, а не здесь, в Германиях.

–  Неужели подстава?
– ахнул Кальвизий и громко позвал сына.

Ага, пришел тот, как же! Только что обнимавший мальчишку центурион вдруг резким ударом сбил его с ног. Кальвизий рванулся к сыну… И шею его пронзил метко брошенный дротик. Окропляя свежую траву своей горячей кровью, старый легионер медленно - или Рыси так казалось, что медленно, - повалился на бок.

Лжеримляне завопили и, метая дротики, со всех ног бросились к воротам. Слава богам, их удалось захлопнуть перед самым носом нападавших, и те в досаде завыли.

–  Все по местам!
– Как-то так само собой получилось, что Юний взял на себя организацию сопротивления - у него ведь имелся кое-какой опыт.
– Эй, вы, там, не стойте! Живо на стены. Вы - к башне, а вы - за камнями.

–  Бедный старый господин, - запричитал Флакс.
– Как несправедливы к нему боги!

–  Чем винить богов, лучше иди в дом, к женщинам и детям, проверь, чтоб хорошенько там заперлись, на все засовы!

–  Слушаюсь, мой господин!
– браво отрапортовав, старый слуга, чуть прихрамывая, побежал к дому.

А варвары наседали,

ломились в ворота, однако, поняв, что первый их наскок не достиг цели, ненадолго отступили. В наступившей на миг тишине Рысь вдруг услышал донесшийся с заднего двора шум. Ага! Как же он мог забыть? Похоже, лжецентурия лишь выполняла отвлекающий маневр, а основные силы алеманов в это время обошли виллу сзади, и вот теперь напали.

Лишь бы не подвел Эрнульф!

С обнаженным мечом в руке Юний, позвав за собой людей, как мог быстро бросился на задний двор виллы - основное-то действие как раз начиналось там. Увидев внезапно рванувшееся к звездам пламя, Рысь на бегу улыбнулся - слава богам, Эрнульф все сделал как надо. Перебиравшиеся через ограду враги валились прямо в огонь, а те, кому удавалось миновать бушующее пламя, натыкались на воткнутые между деревьями дротики.

–  Бей варваров!
– воодушевляя защитников виллы, громко закричал Юний.
– Помните, нам на подмогу идут легионы!

–  Нам всего лишь нужно продержаться до утра, - обернулся к нему высокий морщинистый человек с тщательно, до синевы, выбритым лицом - Гретиарий, владелец одной из дальних вилл.

–  Ничего, - улыбнулся ему Рысь.
– Продержимся.

–  Эти твари сожгли и разграбили мой дом, убили Кальвизия и его сына, - с ненавистью произнес Гретиарий.
– Ах, как я желаю отомстить им! Может быть, преследуя алеманов, легионы пойдут за Рейн? В этом случае я бы тоже пошел с ними.

–  Сначала продержаться бы здесь!
– Юний усмехнулся.
– Идем, кажется, там нужна наша помощь.

Варвары рвались на задний двор целыми полчищами, в темноте казавшимися неисчислимыми. С жуткими воплями они пробегали через пламя по трупам павших соратников, а в саду их встречал Рысь и другие воины. Завязалась ожесточенная схватка, казавшаяся немного нереальной в дрожащем оранжевом свете костров. Черные фигуры в объятой пламенем одежде, перепрыгивая через трупы, ворвались в сад - Юний заколол троих и с удовольствием наблюдал, как умело орудовал коротким копьем Гретиарий: раз-два, раз-два - словно на форуме обучал новобранцев. Даже не очень-то хорошо себя чувствующий Эрнульф уже успел окрасить свой длинный меч кровью врагов. Остальные защитники тоже сражались храбро - верили, что утром обязательно придет помощь.

Юний вдруг похолодел, представив - а вдруг не придет? Скорость легиона на марше - двадцать пять миль в сутки, ускоренный марш - почти в два раза быстрее. Слишком медленно! Из Могонциака могли и не поспеть к утру. Все зависит от того, насколько быстро дойдут вести с пограничных постов, или от проворности того же Феликса, если его по пути не перехватили.

И все же не стоит отбирать у людей последнюю надежду. Надобно вести себя так, будто легионы обязательно придут. Легионы… Хотя бы пара когорт, этого бы вполне хватило. Рысь покачал головой, отгоняя нехорошие мысли. Некогда рассуждать, нужно сражаться и верить.