Пассажирка

Серебрянская Виктория

Эффект от выходки Старффа ощутили, кажется, все.

— Эй! Что происходит? Почему все сдохло?! — Келен, до этого сидевший тише воды, вскочил, едва не задев плечом Дариана. Блогер лихорадочно тыкал в свой браслет, но тот отвечал лишь тусклым свечением. — Нас подбили? В нас выстрелили?!

— Ты опять пытаешься залить в галанет материал века? — неодобрительно рыкнул на блогера Ворн. — Мало того, что уже натворил?

— Сядь на место, — не оборачиваясь, добавила я, вглядываясь в мечущиеся полосы на главном экране. Пальцы сами собой легли на тумблеры, переводя систему в режим ручного управления. Келен оказался

той еще занозой, и я иногда даже жалела, что мы его спасли. Но все же отмалчиваться не стала: — Старфф включил подавление. РЭБ на полную мощность.

— Зачем? — Ворн подошел ближе, хмуро разглядывая «белый шум» на радаре. — Зачем ему ослеплять всех в секторе? Рокхэм же сейчас решит, что это нападение!

— Затем, что сейчас Рокхэм не видит даже собственного носа, — хмыкнула в ответ, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Все его хваленые радары и внешние камеры превратились в бесполезное желе.

«А еще потому, что Старфф сейчас совершает преступление», — добавила я про себя, не решаясь произнести это вслух.

Я знала, куда смотреть и чего можно ожидать. В отличие от остальных. А потому видела, как огромная, лишенная огней туша флагмана Старффа начала медленно разворачиваться, закрывая собой звезды. Он не просто шумел в эфире. Он филигранно втискивал свой крейсер в пространство между нами и флагманом Рокхэма, превращая свой корпус в гигантский заслон.

Сейчас Рокхэм на своем мостике мог сколько угодно вглядываться в мониторы — он видел только серую цифровую пыль. Без работающей оптики и лазерных дальномеров мы для него просто перестали существовать. Растворились в пространстве. Старфф создавал идеальную «мертвую зону». В которой он мог сделать с нами что угодно: расстрелять, забрать на борт или испарить. Главное, что в «черных ящиках» Рокхэма не останется ни одного байта информации о том, куда именно делся катер со свидетелями. Я не знала, зачем ему это, но была уверена: Старфф не просто спасал нас, он выжигал любые доказательства нашего существования.

— Идет на сближение, — тихо сказал Дариан, тоже заметив, как стремительно темнеет за обзорным стеклом.

— Идем к нему в пасть, — в тон отозвалась я, уверенно гася последние навигационные огни «Стрижа». Теперь мы были просто крошечной серой тенью на фоне бесконечного серого металла. Два призрака в ослепшем космосе.

— Смотри, — Дариан кивнул на боковой монитор.

Но мне не нужно было смотреть на цифры, чтобы понять: флагман уже здесь. На обзорном экране катера не осталось ни одной звездочки, ни одного отблеска — исполинская туша крейсера просто заслонила собой остатки звездного света. Просто бесконечная стена матовой брони, надвигающаяся на нас в абсолютной тишине. И лишь в двух углах дисплея, если приглядеться, еще можно было заметить изменение плотности черноты.

Катер ощутимо дернуло — флагманские магнитные замки схватили нас так резко, что я инстинктивно вцепилась в подлокотник и едва не прикусила себе кончик языка. «Стриж» ощутимо просел, будто хотел прыгнуть, но его прижали сверху. По корпусу прошел глухой вибрирующий отклик. Это мощные магниты нас намертво притянули к стыковочным узлам.

Через секунду послышался протяжный металлический скрежет: катер начали втягивать внутрь ангара. Чувствовалось, как обшивка слегка «поет» под нагрузкой — не критично, просто работа манипуляторов. Но даже

понимая это, я напряглась: жизнь всегда оставляла место для неприятных неожиданностей.

Мы медленно скользили вперед, пока не остановились. Потом раздался короткий, тяжелый лязг — это внешняя створка шлюза закрылась. И все. Тишина. Мы находились уже внутри крейсера. Створки внешнего люка надежно отрезали нас от пустоты космоса.

В следующий миг в кабине стало слышно, как работает система рециркуляции. По обшивке пробежал едва уловимый шелест — в отсек начали нагнетать воздух. В ушах коротко щелкнуло от перепада давления, и из динамиков раздался будничный голос оператора:

— Стыковка завершена. Стабилизация вектора... Прыжок через три секунды. Всем оставаться на местах.

Я едва успела вжаться в спинку кресла.

Мир на мгновение вывернулся наизнанку. На долю секунды желудок подкатил к горлу от внезапной, абсолютной невесомости, а в следующую — на плечи навалилась свинцовая, липкая тяжесть. Гиперпространственный прыжок.

«Стриж» мелко задрожал, протестуя против таких перегрузок, но все закончилось так же быстро, как и началось. Мы ушли. А где-то там, за кормой крейсера, Рокхэм остался протирать глаза и гадать, в какой именно дыре пространства растворилась его главная проблема.

Когда свинцовая тяжесть прыжка, наконец, отпустила, в кабине «Стрижа» воцарилась звонкая, почти нереальная тишина. Словно никто еще не мог поверить в то, что все уже почти позади. Больше не будет ни гула двигателей «Селестии», ни визгливых команд Рокхэма. Самое страшное было позади.

— Все, — Дариан первым отстегнул ремни и с усилием поднялся, разминая плечи. — Мы в гиперпространстве. Выходим, в катере больше нечего делать.

Тяжелый люк катера с шипением открылся, реагируя на поданную мной команду. В лицо сразу ударил поток воздуха: холодного, идеально очищенного, с характерным «сухим» привкусом корабельной вентиляции и слабым запахом ионизированной пыли.

Первым катер покинул Дариан. Я увидела на экране, как он на миг замер и осмотрелся по сторонам. А потом обернулся и протянул руку госпоже Варга, помогая той выйти с достоинством. Затем помог Мирабель. И это было нелишним. Потому что Келен, не выдержав напряжения, практически выскочил наружу, едва не споткнувшись о стыковочный порог и едва не сбив с ног нашего почтенного доктора. Я выходила последней, как и полагается капитану, напоследок проверив обесточивание систем катера. И, стоя на пороге шлюза, заметила, как под тяжелым взглядом Ворна наш блогер тут же постарался принять независимый вид.

В ангаре было тихо. Огромное, хорошо освещенное пространство пахло стерильностью и ионизированной пылью. Я на миг напряглась, почти ожидая «почетный караул», который отвел бы нас в лабораторию и запер там под благовидным предлогом. Но в ангаре было пусто. Только двое техников в серых комбинезонах замерли у консолей и настороженно наблюдали за нами.

Раздалось негромкое шипение пневматики. В дальнем конце ангара открылась дверь, и к нам вышел килл в адмиральском кителе. Без фуражки, с расстегнутым воротником, он шел медленно, тяжело опираясь на трость. Ее стук гулко отдавался где-то под потолком. Лицо Старффа казалось высеченным из серого камня, а тени под глазами были такими глубокими, что он действительно выглядел как старик.