Пассажирка
Шрифт:
На свою квартиру ехать было опасно. Да и бессмысленно. Я никогда не держала там ничего, за что стоило бы умирать, и сейчас эта предосторожность окупалась сполна. Система безопасности люкса уже наверняка зафиксировала отсутствие пульса у постояльца, и через час-два полиция Альянса начнет проверять все адреса, связанные с «кошечкой». Так что мне следовало убираться с планеты как можно быстрей. И моей целью был космопорт. Самое шумное, самое безликое место на этой и любой другой планете Альянса. Тысячи рейсов, миллионы пассажиров. Там легче всего затеряться, купить билет на первый попавшийся звездолет и исчезнуть, прежде чем яоху поймут, что их «жирный куш» уплыл вместе с какой-то землянкой.
Я
— Космопорт, терминал С-4, — бросила я водителю-дроиду, устраиваясь на пассажирском сидении и поудобнее перехватывая кейс.
Внутри него что-то глухо перекатилось. Что бы там ни было, оно стоило жизни одного яоху и моей спокойной совести. Теперь главное — успеть покинуть планету.
Космопорт терминала С-4 встретил меня обычным хаосом: гул сотен голосов, объявления на всех языках Альянса синтезированным, равнодушным голосом и этот ни с чем не сравнимый запах — смесь разогретого ионного топлива, озона и чужих надежд. Это был лимб. Место между прошлым и будущим, где ты уже не здесь, но еще и не там. Самое подходящее место для призрака.
Я шла по залу прибытия, стараясь сохранять надменную осанку, свойственную киллам. Шаг уверенный, подбородок чуть вздернут, взгляд — сквозь окружающих, словно они лишь досадные помехи на моем пути. Кейс в руке теперь казался не добычей, а продолжением образа. Тяжелый, солидный, он внушал уважение. Никто и не догадывался, что внутри него, помимо возможного состояния, заперта моя смерть. И что ключа от него у меня нет.
У терминала самообслуживания я не мешкала, но и не суетилась. Пальцы, все еще ноющие после удаления пленки, уверенно порхали по сенсорной панели. Ближайший рейс на «Авангард» через двенадцать минут? Нет, слишком поспешно. Полиция в первую очередь проверит те суда, что стартуют сразу после обнаружения тела. Через три часа на Каллисто? Слишком долго. За три часа они могут успеть заблокировать порт. Я выбрала пересадочный узел на секторе Дарис-6. Вылет через пятьдесят минут. Идеально. Достаточно времени, чтобы смешаться с толпой в зоне ожидания, но недостаточно для того, чтобы ориентировки на «кошечку» дошли до каждого терминала.
Получив электронный чип-билет, я направилась вглубь зала и выбрала небольшое кафе с видом на орбитальные лифты. Села в самом углу, пристроив кейс между ног так, чтобы чувствовать его тяжесть коленями. Заказала двойной синте-эспрессо — горький, обжигающий, он помогал удерживать сознание в узде, не давая панике окончательно затопить разум.
Теперь начиналось самое сложное. Ожидание.
Я потягивала свой напиток, якобы лениво косилась в панорамное окно, за которым лениво и неповоротливо проплывали грузовые аэрокары и юркими рыбками шныряли пассажирские модели. Внутри все дрожало. Безумно хотелось вскочить и броситься к стойке посадки. Но нужный мне звездолет был транзитным и только-только выполнял маневры швартовки у внешнего мола. Посадку объявят чуть позже, когда служащие убедятся, что рукав перехода надежно закреплен. Впрочем, обычным, рядовым гражданам Альянса этого знать не полагалось. Это знала я, как бывший студент звездной академии…
Адреналиновый подъем, державший меня в номере люкс, в техническом лифте и по пути сюда, начал стремительно опадать, оставляя после себя сосущую пустоту и холод.
Кто он был, этот яоху? — тревожные мысли лезли в голову против воли. — Насколько он был важен? Сколько времени пройдет, прежде чем его хватятся?
Я судорожно сжала пальцами чашку. Нужно было выстраивать легенду. Теперь я — Элла Нисс, младший финансовый представитель торговой гильдии киллов. В кейсе — зашифрованные контракты по поставке оборудования
Я закрыла глаза на секунду, и перед мысленным взором тут же всплыла безжизненная кожа шеи яоху под моими пальцами. Ни толчка. Ни искры. Я вздрогнула и открыла глаза. Нельзя. Нельзя туда возвращаться даже мысленно. Я — просто пилот. И я в зоне турбулентности. А в кабине не место эмоциям, там место расчету.
Кейс у моих ног вдруг показался мне невероятно тяжелым, будто он весил не несколько килограммов, а целую тонну. А что, если там маячок? Что, если яоху не просто умер от препарата, а его… устранили? А я просто удачно подвернулась под руку тем, кто стоял за этим?..
Нервный тик у края левого глаза стал почти неконтролируемым. Я поправила очки, маскируя с их помощью дрожь век. В горле пересохло, несмотря на выпитый кофе. Пятьдесят минут для меня превратились практически в вечность. Каждое объявление по громкой связи заставляло меня внутренне сжиматься, ожидая, что сейчас назовут мои приметы. Каждый патрульный дроид, проплывающий мимо, казался нацеленным именно на мой столик.
Я снова посмотрела на часы. Наверное, в сотый раз с тех пор, как села за этот столик. Еще двадцать минут. Если за мной сейчас кто-то наблюдает, то точно заинтересуется, почему я так нервничаю…
«Спокойно, Агги, — прошептала я самой себе, используя свое настоящее имя. — Ты просто пассажирка. Обычная, скучная пассажирка, которая хочет поскорее доставить кейс и закончить этот рабочий день. Взлет — это всегда самая опасная часть пути. Но как только мы пробьем атмосферу, ты будешь в безопасности. Наверное. Главное — не дать им вскрыть кейс. Один запрос на ручную проверку, и все закончится еще до взлета».
Я сделала последний глоток уже остывшего кофе, чувствуя, как внутри кейса снова что-то едва слышно перекатилось. Этот звук — глухой, дразнящий — был единственным обещанием того, что все это было не зря. Это если я выберусь. Если успею.
— Вниманию пассажиров рейса семь-четырнадцать до Дарис-шесть. Посадка начинается у гейта «Бэ-двенадцать», — раздался над головой голос диспетчера, лишенный всяких эмоций.
Внутри все сжалось, но я заставила себя встать медленно, с достоинством. Киллы не суетятся, даже если опаздывают на сделку всей жизни. Я поправила жакет, коротким, властным движением перехватила кейс, на всякий случай избавилась от стаканчика, из которого пила, и направилась к выходу. Мои босые ступни в туфлях на низком ходу (шпильки остались в мусорном дезинтеграторе отеля) теперь не пружинили, а четко чеканили шаг.
Гейт «Бэ-двенадцать» находился в конце длинного коридора. По пути мне попались двое патрульных офицеров Альянса. Сердце предательски ухнуло вниз, но я даже не замедлила шаг. Я смотрела прямо перед собой, сквозь них, вложив во взгляд всю спесь своей новой расы. Один из офицеров лениво скользнул по мне взглядом и отвернулся. Для него я была лишь скучным клерком, каких тысячи.
У самого гейта выстроилась очередь. Звездолет «Странник» уже замер у стыковочного узла. От нетерпения мне казалось, я чувствовала его — тонкую, едва уловимую вибрацию палуб под ногами. Мой внутренний пилот непроизвольно отмечал ритм подготовки к старту, пока я медленно продвигалась к контрольной арке.