Паслен

Лейк Кери

– Тебе больше не разрешается сопровождать меня в этих визитах .

– Но леди Прецепсия...

– Леди Прецепсия умирает. Как и ее интерес к тебе.- Почувствовав, как его палец коснулся ее щеки, она дернула головой

подальше от его нежелательных прикосновений.
– Ты останешься такой же нелюбимой, как и твоя мать .

1 8

ФАРРИН

Я ополоснула лицо теплой водой и взяла лежавшее рядом чистое белье, чтобы насухо промокнуть кожу. Ткань пахла свежей сиренью, ароматом, который вернул

меня в детство, к прекрасному кусту сирени перед нашим домом. Сквозь ткань я ощупала шишку от падения и поморщилась. Аня дала мне немного льда, чтобы снять опухоль, но она все еще выступала достаточно сильно, чтобы причинять боль.

Когда я опустила ткань с лица, что-то за окном привлекло мое внимание. Вдалеке что-то похожее на огромную чернокрылую птицу взмыло ввысь, ее силуэт вырисовывался на фоне луны. Прищурившись, чтобы сфокусироваться, я на цыпочках подошла ближе к окну, когда оно рассекало воздух по дорожке, ведущей к собору. Чем ближе она подходила, тем более различимыми становились её черты.

Не птица, а человеческое тело с черными крыльями.

Я ахнула, отступая от окна.

– О, Боже .

Темнокрылые существа.

Услышав щелчок двери позади меня, я обернулась на крик.

Молодая женщина, возможно, всего на год или два младше меня, с огненно-рыжими волосами, вошла в комнату. Белый фартук, завязанный на талии ее серого платья А-силуэта с капюшоном, подсказал мне, что она служанка. В руках она несла причудливый серебряный поднос, уставленный чем-то таким, от чего по всей комнате разносился восхитительный запах.

– Просто принесла немного еды, на случай, если ты проголодаешься.

Голодный - не совсем подходящее слово. Скорее, очень голодная.

Возможно, это подействовал чай, которым меня угостили, но мне пришло в голову, что я вообще почти ничего не ела.

– Я умираю с голоду. Спасибо. Я Фаррин .

Опустив голову, она украдкой бросала быстрые взгляды уголком глаза, явно стараясь не смотреть на меня, пока раскладывала еду на соседнем столе.

– Аурелия .

– Вот, позволь мне помочь тебе с этим.

Я наклонился к ней, и она отскочила назад, с грохотом опрокинув на пол целую миску чего-то похожего на заварной крем.

– О, мне так жаль .

Она схватила одну из салфеток, которые принесла с моим ужином, и низко присела, чтобы вытереть ее.

Когда я потянулся за разбитой миской, она вскочила на ноги и сделала еще один шаг к двери, обеими руками упираясь в небольшой бугорок живота.

Беременная.

Нахмурившись, я уставилась на девушку, уловив дрожь губ и страх в ее глазах. Из-за меня?

– Шишка у тебя на лбу ... это заразно?
– спросила она.

Бездумное прикосновение моей руки к линии роста волос напомнило мне об очевидном источнике ее беспокойства.

– Нет. Я поранила себя, вот и все.

– Другие девушки, они не хотели приносить еду наверх.

Они все верят, что у тебя буллио. Итак, меня выбрали. И меня это устраивает, но я не хочу причинять вред своему ребенку .

– Я обещаю тебе, что это безвредно .

– Я стараюсь хорошо питаться и делаю как можно больше физических упражнений. Я не могу позволить себе заболеть. И я не хочу, чтобы мой ребенок смотрел — я имею в виду, я просто хочу быть осторожной, пока я здесь. Говорят, буллио может убить ребенка, когда он родится .

– Буллио?

– Это ужасный недуг. С ужасными повреждениями и болезненными деформациями.

– Ох. Я знаю, шишка выглядит плохо, но на самом деле это просто так. Шишка. Ты ... планируешь покинуть это место?
– Спросила я, пытаясь оценить, была ли она, как сказал Ксифиас, одной из тех, кто не мог уйти. Человек, по сути.

– О, да. Стигийский водопад - самое странное место, где я когда-либо была. Конечно, это исходит от того, кто жил в монастыре.

С сомнением во взгляде она оглядела меня с ног до головы.

– Почему ты здесь?

– Я заблудилась в лесу. Аня нашла меня .

– Ты сбежала от своего похитителя?

Похититель?

– Нет. Я пришла кое-кого искать. Кто-то, я думала, может быть здесь .

– Кто?

– Мой отец .

Я вытащила медальон из-за воротника и открыла его, заметив, как ее глаза расширились от заинтригованности.

– Ты видела его?

– Нет. Твой отец здесь? Тогда он сможет нам помочь! Он может вернуть нас домой!

Только тогда мне пришло в голову, что она даже не знала, что попала в совершенно другой мир.

– Как вы добрались сюда? В Стигианский водопад?

– Я точно не знаю. Мы с Марией раскладывали белье во внутреннем дворе. Один мой друг.-Улыбка, промелькнувшая на ее лице, быстро исчезла.
– Кто-то схватил меня сзади. Я почувствовала ужасную боль в затылке .- Она поднесла руку к затылку, как будто боль все еще была там.
– Когда я проснулась, я была здесь.

Печаль закружилась в ее глазах.

– Я думала, что мне это снится. Бесконечная мечта. Но я так и не проснулась. Так и не вернулась домой .

– А ребенок?

– Человек, который похитил меня ... Ну, я уверена, что это его.

Меня лично никогда раньше не похищали, но что-то было не так в ее разговоре. Возможно, это был стокгольмский синдром, но, похоже, ей следовало быть более психически неуравновешенной. Потрясенной.

– От Ван Круа?

– Нет. Мастер Ван Круа не особенно любит меня. На самом деле я вообще никогда с ним не разговаривала.

– Как тебе удалось сбежать от этого человека? Того, кто похитил тебя?

– Я должна быть честна, я не знаю. Я проснулась, блуждая по лесу, пока не добралась до ворот поместья Ван Круа. С тех пор я нахожусь здесь. Я не думаю, что мастер Ван Круа очень ценит мое присутствие здесь.